Бумажки и букашки

Власть у нас принято клясть последними словами всегда — по поводу и без повода. Никто не обращает внимания, что множество проблем, которые идут от чиновников, мы можем сами устранить легальным и действенным способом — просто доведя проблему до ушей тех, кто ее должен решать.

Власть у нас принято клясть последними словами всегда — по поводу и без повода. У нас даже для того, чтобы начать разговор с самым угрюмым и молчаливым таксистом, не требуется больше ничего, кроме фразы: «Довели страну!..», выдавленной куда-то в сторону пролетающих мимо окрестностей. И все — в ближайшие часы собеседник у вас есть: в ритме нескончаемого монолога он вам припомнит все грехи властей нынешних, прошлых и даже будущих.

Никто не обращает внимания, что множество проблем, которые идут от чиновников, мы можем сами устранить легальным и действенным способом — просто доведя проблему до ушей тех, кто ее должен решать. Кто-то скажет — это их, властей, дело — приглядывать и присматривать за перегибами и перекосами на местах, почему мы должны куда-то обращаться, чтобы добиться своего?!

А я вам так отвечу — пока этих самых «приглядывателей» бумажкой, без которой мы букашки, не подорвёшь на бой кровавый за счастие людское — никто ничего не сделает, и, соответственно, дело будет оставаться в прежнем положении — к нам задом, а к какому-то счастливчику передом. Примеры? Пожалуйста!

Когда благоверная, положенная на сохранение на малом сроке беременности в одну из местных больничек, позвонила и рассказала, какие там творятся безобразия — я был в натуральном шоке. Неделями с больными не общался врач, лекарства назначались откровенно бестолково, с путаницей фамилий и перманентным разнообразием, на глазок, доз, кровь из вены у будущих рожениц брали по пять раз на день — признавшись, что предыдущие пробы потеряли, уронили, позабыли доставить и так далее, — туалеты на этаже стояли с выбитыми дверями, а свежесгнившая капуста на кухне сдабривалась свежевылупившимися тараканами.

Я в тот момент прикинул расклад и понял, что хуже уже вряд ли будет — и значит, надо долбиться на самый верх, не тратя время на исполнителей. Я просто открыл справочник, нашел номер управления здравоохранения и позвонил главному акушеру города или как там эта должность называется.

Попал не на секретарей, а именно на нее саму — даму, судя по голосу, властную, но внимательную к собеседнику, что потом и выяснилось на практике. Дама записала все, что я ей сказал, попросила перезвонить через полчаса и заранее извинилась за перенесенные волнения — извинилась как-то очень по-человечески и просто.

Через 15 минут у каждой пациентки той больницы сидело по три медработника с рассказом о диагнозе и увещеваниями, что все в порядке. С выдачей лекарств стало все четче и грамотней, кухонный блок был выдраен и продезинфицирован, и даже, не поверите, разбомбленный туалет преобразился к вечеру того же дня. Обо всем этом мне сначала рассказала благоверная, а потом и та самая главная в городе по роженицам.

Есть и свежий пример встречи бумажки с теми, кто уполномочен проблемы, упомянутые в этих бумажках, исправлять.

Случилось мне, будучи «бюджетником», в составе большого департамента, под управлением которого находилось множество таких же бюджетников с невеликими, а потому вдвое более ценными, окладами, не получать зарплату на протяжении страшно сказать скольки месяцев. Тысячи людей сидели без средств к существованию — и проблема с невыплатами решалась настолько вяло, что даже дату счастливого ее окончания нам не могли сообщить. По всем прикидкам выходило, что материальное счастье нас ждет не раньше осенней сессии областных депутатов.

Я прикинул, что пострадать от начальственных разборок меня устраивает как-то больше, чем получать очередную порцию пусть и молчаливых, но упреков от голодающей, без дураков, семьи: залез в справочник, нашел адрес сайта Заксобрания, за пять минут написал официальное письмо, — в котором, помню, была фраза «хрен без соли доедаем», — и отправил его на емейл местной областной Думы. Подписавшись по всей форме, с домашним адресом и со всеми регалиями.

Через неделю нам выдали первую часть долга по зарплате. Еще через неделю — оставшееся.

А вчера мне пришел письменный, через «Почту России», ответ Заксобрания за подписью его главы. В письме подробно перечисляются причины, приведшие к той ситуации, рассказано, по пунктам, о том, как решались организационные вопросы, и сообщено, что финансирование, в итоге, открыто с такого-то числа и месяца.

А то, что полгода эти самые причины не могли устранить, и ответственные лица решились на что-то только после моего письма и официального обращения к ним облдепутатов, за неделю все сделав — так это только совпадение, да.

Каждый из нас может решить назревшие проблемы вот так, надавив, в рамках закона, на исполнителей — которые, поверьте, так пригрелись на своих теплых местах, что не захотят терять их из-за какой-то малюсенькой, букашечной, в масштабах его полномочий, проблемы.

А там, глядишь, чинуши начнут хорошо работать и не доводить до кризиса «просто так», без пинков, потому что мы с вами их приучили — звонками, электронными письмами и минусованиями на госсайтах в голосовалках на тему «Остались ли вы удовлетворены нашей услугой?».