Вокруг России

Решать свои проблемы придется самим

7 МАЯ 2013 г. ДМИТРИЙ ТРЕНИН

Дискуссия, развернувшаяся в «Ежедневном журнале», фактически ставит главный вопрос: чего российское общество, а точнее российские либералы могут ожидать от Запада?

Как минимум россияне вправе ожидать от западного общественного мнения адекватного понимания происходящего в России и следования во внешней политике принципу «не навреди».

Внешняя политика России, как и любой страны – в принципе надпартийна. Иначе либералы будут ориентироваться на Запад, традиционалисты на Китай, мусульманские деятели – на «умму» и т.д. От России в этом случае мало что останется.

Каждая идеологическая или политическая фракция представляет лишь часть общества и не имеет права говорить с внешними игроками от имени страны в целом. Вопрос о национальных интересах, внешней политике страны является составной частью внутриполитического диалога. Существование консенсуса в отношении основных национальных интересов страны – но не обязательно способов их реализации – является признаком наличия в стране политической нации.

В России пока что политическая нация отсутствует, и это обстоятельство является реальной основой для сохранения у власти царистского режима. Ведь если нации нет, то альтернатива проста: либо хаос, либо царь. Последнее – при всех издержках – предпочтительнее.

Главным фактором формирования политической нации является активная позиция экономического класса (условно назовем его «буржуазией»). Усилия либералов как «буржуазной» по сути партии должны быть направлены на объединение «буржуазии», помощи этой самой «буржуазии» в осознании ею своей роли, информирования ее о проблемах и решениях, в том числе в области внешней политики.

Либералы – сила преимущественно национальная. Любое практическое взаимодействие какой-либо политической части общества с внешними силами (в том числе и государствами) предполагает взаимность ожиданий. Иначе говоря, за внешнюю поддержку всегда приходится платить. Российские либералы совершат ошибку, если будут ожидать от Запада слишком многого. Однако ирония заключается в том, что их ошибка будет гораздо тяжелее, если эти ожидания оправдаются.

Западу в принципе пока нет дела до России: много других, более важных забот. Но надо иметь в виду: если и когда Запад займется Россией, то он будет действовать в своих интересах (как они будут представляться его лидерам), а отнюдь не в интересах российских либералов.

Попытки либералов использовать Запад в качестве рычага воздействия на российский режим либо бесполезны, либо вредны. Исключения, разумеется, возможны. Это случаи, когда необходима «скорая помощь» по гуманитарным основаниям, когда речь идет о здоровье и жизни конкретных людей.

Более того, слишком тесное сотрудничество либералов с Западом может привести к тому, что они и без агентского клейма начнут ассоциироваться с западными государствами, их политикой, методами и т.п. Это ведет к дискредитации и политической смерти либералов как российской партии.

Такое сотрудничество может быть позитивным лишь в том случае, если в российском обществе возобладает западная ориентация – как это имело место в Польше и других странах Центральной и Восточной Европы в 1990-х годах (это называлось «возвращением в Европу»). В России и сейчас, и даже в среднесрочной перспективе такие условия отсутствуют.

Более того, следует признать: влияние России на Запад (и уж тем более, развитие внутриполитической ситуации в нашей стране) минимальное за последние сто лет. Даже на Западную Европу Россия влияет сегодня меньше, чем когда-либо с момента основания Петербурга. Это может нравиться или нет, но наибольшее влияние на Запад будут оказывать Китай и другие «поднимающиеся» страны бывшего «третьего мира». Сегодняшняя Россия – это, увы, не альтернатива, не угроза и не стимул для развития Запада.

Если Россия в обозримом будущем двинется по пути быстрой демократизации, это создаст новую ситуацию, поставит Запад перед трудным выбором. Кого поддерживать? Какими средствами? До какой степени? Можно предположить, что в условиях, когда выигрыш не обеспечен и в субъективном понимании западных политиков не особенно ценен, США и ЕС будут проявлять осторожность.

Непонятно, однако, каково будет в перспективе соотношение процессов демократизации и либерализации в России. Нелиберальная демократия пока что выглядит более вероятным вариантом для России, чем либеральная. Национально-социалистическая Россия (не «нацистская», разумеется) поставит перед Западом новые проблемы. Что, если «четвертая волна» демократизации окажется нелиберальной?

Россия могла бы избежать обвальной – и, скорее всего, деструктивной – демократизации, если бы ее правящая элита проявила ответственность за страну, пошла бы на самоограничения и выстроила меритократическую модель управления на основе единых для всех правил игры (что предполагает немыслимое для России условие – верховенство закона) с элементами социальной справедливости. Историческое предназначение либералов – выступать не буревестниками революции, а реформаторами, проводниками подобной трансформации.

Если Россия – пока еще все может быть! – когда-либо состоится как либеральная демократия, то такой результат выставит свой набор проблем перед Европой и Америкой. В период «после Путина» путинская «Большая Европа» может стать реальной перспективой для Запада, провоцируя там не только надежды, но и известный дискомфорт.

Автор – российский политолог, директор
московского отделения Карнеги-центра