Новый запрет

«Православным Бог не указ. Ща получишь, неверующий, в глаз», — визжит в микрофон мужчина в косухе, изображая старуху в белом молельном платке. Рядом с ним трясется мрачный гитарист в черной бейсболке, извлекая из своего инструмента оглушительный гул. Заведенные зрители прыгают под сценой, трясут в воздухе головами и рокерскими козами. Так выглядит концерт «Ансамбля Христа Спасителя и матери сырой земли» («АХС и МСЗ») — чуть ли не самой опасной группы российской контркультуры, если судить по повышенному вниманию к ней представителей силовых ведомств. За репост некоторых песен «АХС и МСЗ» в социальных сетях можно попасть под 282-ю статью УК РФ. На редкие выступления группы из Твери сотрудники полиции и ФСБ ходят как на работу, но чаще всего их концерты просто отменяют из опасений, как бы чего не вышло.

«Сейчас у нас все хорошо. Мы сыграли на фестивале у Паука (Сергей Троицкий — фронтмен группы «Коррозия металла». — Ред.) и в Рыбинске выступили на удивление нормально, — описывает гастрольную жизнь группы один из ее участников Александр Константинов, перевоплощающийся на сцене в бесноватую Старуху Изергиль. — Нормально — это значит, что концерт состоялся, на концерт пришли люди из ФСБ, прокуратуры или полиции, сняли происходящее на камеру и ушли. Но, как правило, из-за наших концертов происходит стычка силовых структур. Например, эфэсбэшники приходят к директору клуба и говорят: “Мы запрещаем этот концерт”. А потом прокуратура звонит: “Нет, пусть они выступят!” — ну, чтобы дело против нас возбудить. Чаще всего директор клуба концерт отменяет, потому что боится ФСБ. Если же он не из робких, то за час до начала концерта в клуб приезжает пожарная инспекция, находит множество нарушений и штрафует клуб или, например, туда врывается ОМОН, чтобы обыскать всех присутствующих на предмет наркотиков и ничего не найти».

Художник-акционист и литератор Александр Константинов, больше 20 лет назад начавший переодеваться в Старуху Изергиль для перформансов, и его музыкальный партнер Алексей Глухов, поклонник агрессивного гитарного звука, придумали «АХС и МСЗ» в середине 2000-х. До этого у творческого тандема, знакомого со времен учебы на тверском филфаке, было несколько радикальных панк-проектов с дикими названиями, которые шокировали звуком и словом, но самым эффективным оказался «Ансамбль Христа Спасителя» — «тотально неполиткорректный проект с уклоном в религиозное и социальное мракобесие». Гротескные песни «АХС и МСЗ», записавших около десятка альбомов и давших соизмеримое количество концертов, — это жутковатый карнавал дремучей ксенофобии, задыхающейся от ненависти ко всему, что не «наше православное», и заговаривающейся в маразме. Казалось бы, всерьез относиться к тому, что мужчина, изображающий сумасшедшую старуху, поет «Путин — это Христос» и «Убивай космонавтов — они лезут на небо», невозможно. Однако за преимущественно сетевой деятельностью андеграундной группы пристально следят многочисленные оперативники центра «Э»: в федеральный список экстремистских материалов, составленный Минюстом, попали несколько любительских видеороликов на песни коллектива — «Сердцу не прикажешь», «Распни этих всех депутатов», «Торговцы Богом», «Резать их сытые рожи» и «Синагога» — и песня «Ломая полумесяц».

— Нельзя запретить выставку, концерт, фильм или группу — это все равно что запретить человека!

Александр Константинов объясняет, что на концертах «АХС и МСЗ», собирающих исключительно интеллигентную публику, песни, признанные судом экстремистскими, не исполняются: «Мы не хотим против себя террора. С другой стороны, как можно серьезно относиться к этим спискам запрещенки? Еще недавно в них был диснеевский мультик “Лицо фюрера”, в котором утенок Дональд Дак издевается над Гитлером. Он в 1943 году получил “Оскар” и был в советском прокате. Что не помешало ему несколько лет находиться в списке экстремистских материалов, и те, кто размещал его в соцсетях, пострадали». Поклонники «АХС и МСЗ» тоже рискуют, добавляя на свои страницы запрещенные песни группы — они систематически становятся поводами для возбуждения уголовных дел. Но непосредственно к создателям группы у представителей правоохранительных органов претензий никогда не возникало. Обратной стороной провокационной деятельности «АХС и МСЗ» стало лишь исключение Александра Константинова из Тверского союза литераторов, ставшее для него абсолютным сюрпризом.

Андрей Лошак когда-то окрестил «АХС и МСЗ» «королями троллинга» за точное попадание в болевые точки современного российского общества. Изобразив комических юродивых, Александр Константинов и Алексей Глухов предсказали появление реальных мракобесов. Злая шутка превратилась в дурную реальность: в российскую культурную политику второго десятилетия XXI века ворвались невесть откуда взявшиеся общественные организации, состоявшие из воинствующих охранителей консервативных ценностей. «Осатаневшие праведники» начали срывать казавшиеся им неугодными выставки, писать жалобы на театральные постановки, отменять концерты известных рок-групп и, действуя в традициях опричнины, подбрасывать знаменитым культурным деятелям головы мертвых животных. Некоторые борцы за нравственность не стеснялись и бить «неверующих» в глаз. От их самовольной цензурной деятельности пострадали и «АХС и МСЗ», в которых, несмотря на их православно-патриотический камуфляж, мгновенно распознали «чужих»: в июле 2013 года концерты группы были сорваны Союзом православных братств. Это же общественное движение боролось с оперой «Золотой петушок» в постановке Кирилла Серебренникова в Большом театре и концертами польских металлистов Behemoth.

Концерты «АХС и МСЗ» продолжают отменять и по сей день, хотя Союз православных братств уже несколько лет бездействует. За отменами не обнаруживается воли конкретного человека или организации. В обществе, воспитанном на медиаскандалах, инициированных ревнителями благочестия Еленой Мизулиной, Виталием Милоновым и Натальей Поклонской, уже выработался условный рефлекс на «оскорбление чувств верующих», и оно — по первому раздраженному анонимному звонку — запускает невидимый маховик самоцензуры. «У нас по Конституции РФ никто не имеет права запрещать концерты — ни “Ансамбля Христа Спасителя”, ни Мэрилина Мэнсона, ни Филиппа Киркорова, — возмущается Александр Константинов. — Ни местная власть, ни федеральная. Нельзя запретить выставку, концерт, фильм или группу — это все равно что запретить человека!» Однако негласные запреты и отмены по-прежнему случаются — без каких-либо юридических оснований и судебных решений, исподтишка и с нарушением прав человека.

По мнению Александра Константинова, демонстративное молчание высшей власти в ответ на оргии праведников в культурной сфере свидетельствует о том, что ей они выгодны. «По поводу запрещения “Матильды” Путин только поиронизировал, — говорит Александр Константинов и снова перевоплощается в Старуху Изергиль. — Но я его прекрасно понимаю. Если бы я был Путиным, я действовал бы точно так же, только еще жестче и хуже. Надо, чтобы больше было самоцензуры и полицейского произвола. Только так можно сохранить власть на долгие годы вперед. А игры в демократию ни к чему хорошему не приведут».

Но, как известно из законов Ньютона, любое действие рождает противодействие, а запрет — желание его нарушить. Ранее тяготившийся концертной деятельностью Алексей Глухов говорит, что если бы «АХС и МСЗ» не начали гнобить, то он давно бы забросил группу: «Чем больше нас запрещают, тем больше стимула заниматься проектом». После нескольких лет молчания Константинов и Глухов собираются выпустить этой осенью новый альбом «АХС и МСЗ» и поехать с ним в гастрольный тур по европейской части России, который, скорее всего, будет сорван. Зарабатывая на жизнь продавцом в одинцовской «Пятерочке», Александр Константинов смотрит на происходящее со смирением христианского философа: «Многие считают, что мы издеваемся над верующими. На самом деле нет. Я считаю, что всем есть место на Земле. Я хотел бы попросить наших поклонников о терпимости к православным фанатикам, которые отменяют концерты, и к депутатам Госдумы, которые несут ерунду. Пускай они творят зло — Господь их простит. Наверное».