У нас незаменимых нет

У нас, наоборот, заменяется все и вся. В основном по многократно встречающейся в научно-фантастической литературе схеме. Там очень распространен сюжет о том, как на Земле исчезли продукты и люди начали питаться эрзац-пищей, изготовленной из всякой дряни. Не менее часто описывается, как исчезли или деградировали сами люди и их место заняли роботы, обезьяны или еще кто-нибудь. Даже есть название популярной книжки – "Почти как люди". В нашей жизни в последнее время все больше и больше таких "почти".

Ну действительно, назвать нынешние Думу и Совфед парламентом немыслимо и невозможно. Кремлевская власть – ВВП и его команда – превратили их даже не в посмешище, а просто в пустое место, в ничто. И тогда начинают создавать эрзацы. Эрзац-Дума – Общественная палата. Эрзац-Совфед – Госсовет. В принципе, может, эрзац – это хоть что-то, то есть все же лучше, чем ничего. Но проблема в том, что эти эрзацы создают те же самые люди, которые фактически аннулировали оригиналы, и по тем же самым законам. И поэтому в "президентской трети" ОП, где должны быть всем известные личности, "имеющие особые заслуги" перед страной, большинство – никому или почти никому неизвестны, а самая распространенная особая заслуга – это подпись под письмом против Ходорковского.

А с Госсоветом вообще интересно. Его создавали как компенсацию губернаторам, изгонявшимся из верхней палаты. Но губернаторы тогда были избранные. Теперь губернаторы назначенные, назначенные президентом, и они же – возглавляемый им Госсовет. Это уже какой-то эрзац эрзаца, то есть просто муляж.

Иногда эти эрзацы и муляжи начинают пытаться оживать, дергаться и делать вид, что они настоящие. Нет, это, конечно, не о Госсовете речь – за ним осуществляет личный догляд сам ВВП. Но вот недавно полпред в ЮФО (звучит-то как, а?! Почти как в 1919-м – "главкомюг") Дмитрий Козак предложил вводить внешнее управление в субъектах РФ, где бюджет на 80-90 процентов и более состоит из федеральных субвенций. Казалось бы, чего спорить главам субъектов, которые уже выразили радостную готовность быть уволенными просто "в связи с утратой доверия"? Здесь все же какой-то критерий, сколько-то понятный ориентир. Но нет, главы субъектов начали возражать. В том числе президент Ингушетии Мурат Зязиков, у которого эта субвенция и впрямь чуть не все 100 процентов республиканского бюджета. Но ведь и Зязикова можно понять. Во-первых, разве можно сравнивать трепетно-возвышенное президентское доверие и какие-то жалкие бухгалтерские проценты? А во-вторых, если вспомнить, как Зязиков стал президентом, то есть как сначала выдавливали из республики Руслана Аушева, а потом на еще формально существовавших выборах снимали фаворитов, как фотомоделей на календарь, то разве президент Зязиков – это не внешнее управление в Ингушетии? А какое управление там может быть еще более внешним, чем кремлевско-фээсбешное? ЦРУ? Моссад? Конечно, от таких предложений и с полпредом спорить начнет самый что ни на есть эрзац-патриот.

Обычно случаи, когда эрзацы начинают как-то жить, выглядят неестественно. А вот когда они создаются не из общерекламных соображений, а с задачей целенаправленно уничтожить что-то живое и заменить его собой, то зачастую происходит нечто, противоположное замысленному авторами всей комбинации. Несколько дней назад было объявлено о создании общественного движения "Сопротивление", призванного стать альтернативой не нравящимся власти правозащитникам. В рамках презентационного круглого стола выступило много достойных людей – сотрудники ФСБ и МВД, журналисты с федеральных госканалов, свидетели Генпрокуратуры против Ходорковского. Основная идея – о подсудимых заботятся слишком много, а вот о потерпевших и свидетелях – никто. Были обнародованы абсолютно кошмарные факты. Например, каждый год преступники убивают до восьми человек, которые находятся под охраной милиции по программе защиты свидетелей. Было описано, как комиссия, куда в основном входили следователи прокуратуры, присваивала статус потерпевшего в Беслане. В частности, ребенку, счастливо оставшемуся живым в школе, следователь дал фотографии для опознания. Естественно, содержание их было таково, что ребенок потерял сознание. В общем, много чего было сказано, в том числе и правдивого. Но правозащитники – люди, по роду деятельности в этом качестве противостоящие государству, в том числе поддерживающие права тех, кого это государство преследует – будь то законно и обоснованно, или безвинно и беззаконно. И все это в ситуациях, когда остальных, то есть свидетелей и – в первую очередь – потерпевших, как раз государство и обязано защищать и поддерживать, отстаивать их права и всячески компенсировать понесенный ущерб и возникающие риски. И коль скоро возникает вышеописанный эрзац, то ведь это не эрзац-правозащитники. Это – эрзац правоохранительной системы страны. И создавая этот эрзац, власть фактически признала, что системы прокуратуры, ФСБ и МВД в своем деле совершенно неэффективны, или, во всяком случае, эффективны не больше, чем Госсовет в своем, что есть еще менее лестная характеристика.

В общем, получается интересная картина – эрзац-парламент, эрзац-губернаторы, правоохранительная система – тоже эрзац. Президент недавно для реализации самых важных, по его мнению, программ, учинил при себе еще один совет, то есть эрзац-правительство. Что любопытно, формальному правительству выразить недоверие де-юре он при этом забыл. А на вопрос, не разворуют ли деньги, отпущенные на эти его программы, загадочно ответил: "Посмотрим!" Что такого нового он рассчитывает увидеть?

Важно, чтобы где-нибудь в мире не появилась какая-нибудь эрзац-нефть, в действительности способная заменить на рынке энергоносителей ту, которая нынче по 60 долларов за баррель. Потому что тогда не только все вышеперечисленное, но и наш эрзац-народ сильно пострадает. Или народ все-таки настоящий, как нефть? Как говорит ВВП, посмотрим.