Оригинал материала
Михайловна звонила
Швейцарский фотограф Беат Швайцер выпустил фотокнигу-трилогию о Крайнем Севере. COLTA.RU публикует снимки из главы, посвященной Норильску, и статью о книге «Аномалия повседневности», написанную Сашей Реннером — швейцарским куратором и критиком из Цюриха, заместителем директора Fotostiftung Schweiz и директором форума документальной фотографии Coalmine в Винтертуре.
Аномалия повседневности
То и дело Беат Швайцер отправляется на российский Крайний Север, пытаясь понять, что удерживает людей в столь отдаленных и вроде бы не самых привлекательных местах. Сам факт, что фотограф живет в районе Швейцарского плато — в одном из наиболее густонаселенных регионов Европы, в стране, где слово «стресс от перенаселения» признали худшим словом 2014 года, в данном контексте — более чем просто случайность. Тема изолированности интересует его уже много лет. Как живут на окраине, отрезанной от остальной цивилизации? Какие психические, политические и экономические факторы заставляют людей проводить жизнь среди снега и льда, одиночества и темноты? Правда, некоторая предвзятость чувствуется уже и в самом вопросе. Слышатся представления о южном рае под пальмами.
А разве у этих заполярных местечек нет своей прелести? Разве откажешь им в бескрайней свободе и тишине? Разве всякая суета и тщеславие не пропадают там так же, как исчезает горизонт в нескончаемый полярный день?
Ознакомившись с трехчастной серией работ Швайцера, мы найдем некоторые ответы. Но их будет столько же, сколько людей и мест, выхваченных его объективом. Норильск — город крайностей: самый северный шахтерский город в мире, построенный на 69-м градусе северной широты посреди вечной мерзлоты, и одновременно — одно из самых грязных мест на планете. Добываемая там никелевая руда вредна и людям, и окружающей среде. Однако полезные ископаемые приносят большой доход. Здесь хорошо платят, а городская инфраструктура позволяет обзавестись некоторыми удобствами даже в суровом заполярном климате; в Норильске проживает примерно 175 тысяч человек. Город, основанный лагерниками при Сталине, по-прежнему хранит свои секреты — иностранцам для поездки требуется особое разрешение.
Если Норильск еще вызывает ощущение нормальной городской обыденности, то о Диксоне, поселке в устье Енисея на 73-м градусе северной широты, такого не скажешь. Этот форпост цивилизации, на гербе которого красуется белый медведь и который на 82 дня в году погружается в полярную ночь, в советское время считался самым северным городом на Земле. Он был важным транспортным узлом Северного морского пути и отправной точкой многих полярных экспедиций. Сегодня здесь живет всего несколько сотен людей. Оставшиеся жители, с которыми удалось встретиться Беату Швайцеру, работают либо автомеханиками, либо пограничниками, либо синоптиками, отсылающими метеорологические показания в Москву. Их существование целиком обеспечивается государством, стремящимся укрепить северные границы.
Териберка, третье поселение, где фотограф побывал в рамках своего долгосрочного проекта, расположена на 69-м градусе северной широты и страдает из-за оттока населения, вызванного упадком рыболовных хозяйств. После открытия в Баренцевом море Штокмановского месторождения, где таятся гигантские запасы природного газа, здесь могли бы появиться тысячи рабочих мест, однако освоение год за годом откладывается. И здесь Беат Швайцер находит любопытных героев, вводя нас в их повседневный мир. Например, поселкового истопника, который не только забрасывает уголь в топку, но и топит тягостный груз прожитых дней в российских телесериалах.
Трехчастная фотодокументация Швайцера — душевный взгляд на особые условия жизни и умение с ними справиться. Этот долгосрочный проект представляет нам формы людского существования, уводя с поверхности анекдотического в глубоко человеческое. Наметанным взглядом фотограф улавливает нечто общее в единичных случаях, а в общем отыскивает индивидуальные черты, сохраняет неусыпное чувство комичного, трагичного и абсурдного — тонкий сенсорный аппарат для аномалий повседневности. Объектив трезво регистрирует наиболее существенное, но в кадрах то и дело сквозит нечто поэтическое или даже фантастическое.
Беат Швайцер принципиально остается лишь наблюдателем. Постановочные кадры, как и вообще любое вмешательство со стороны фотографа, для него табу. Хотя разве современные теоретики документалистики не твердят нам, что простое отображение действительности вышло из моды? И разве не задают тон в актуальной дискуссии о фотографии как о медиуме программируемые, задаваемые алгоритмами изображения, окружающие нас? Иными словами, разве не считается классический документальный подход к фотографии уже устаревшим? Совсем напротив. Даже если современное фотоискусство невозможно без осмысления условий его создания, оно по-прежнему остается реестром действительности — одним из лучших среди доступных нам реестров, создающим — в буквальном смысле слова — нашу картину мира.
В путешествия Беат Швайцер часто отправляется вместе с писателем Урсом Маннхартом. Их опубликованные репортажи и умение обоих авторов обходиться с кадрами и текстами свидетельствуют о том, что они нашли свой неподражаемый стиль в области рефлексирующей документалистики. И эта книга — лучшее тому доказательство: Маннхарт по-своему интерпретирует то, что фотограф передал визуальными средствами, создавая насыщенный нарратив за счет литературного мастерства и свободы, предоставляемой жанром подписи. Дополняют книгу тексты жителей Норильска, Териберки и Диксона. Таким образом возникает многогранный триптих из фотографий, литературных зарисовок и свидетельств местных жителей. Вопреки западным стереотипам складывается живая, многосторонняя картина влияния климатических, политических и экономических факторов на посткоммунистическое пространство.
ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ НА КАНАЛ COLTA.RU В ЯНДЕКС.ДЗЕН, ЧТОБЫ НИЧЕГО НЕ ПРОПУСТИТЬ