«Бульдозер» медиарынка

Наталия Ростова о биографии Михаила Лесина

5 ноября умер бывший министр печати, один из самых влиятельных и неоднозначных медиаменеджеров России Михаил Лесин. Его тело было обнаружено в вашингтонской гостинице The Dupont Circle Hotel . Лесин был одним из главных архитекторов системы, в которой независимым СМИ — особенно если речь идет о телевидении — отказано в праве на существование. Лесин был непосредственным участником многих важных событий в истории новой России: легендарной предвыборной кампании «Голосуй или проиграешь», отъема телекомпании НТВ у олигарха Владимира Гусинского, создании канала Russia Today. Биографию Лесина по просьбе «Медузы» вспоминает старший корреспондент Slon.ru Наталия Ростова.

Министр, поставивший медиа под контроль государства, начинал как рекламщик. Михаил Лесин был одним из создателей агентства «Видео Интернешнл», которое стало гигантом и практически монополистом на рынке продаж телерекламы — по мере роста политического влияния самого Лесина.

Взлет Лесина произошел в 1996 году. Тогда он вошел в предвыборный штаб Бориса Ельцина, который возглавляли глава администрации президента Анатолий Чубайс и руководитель НТВ Игорь Малашенко. В кампании «Голосуй или проиграешь» активно использовались наработки западных политтехнологов. Весной того года рейтинг президента России колебался в пределах 2-5 процентов. Спустя всего несколько месяцев в первом туре выборов Ельцин смог набрать 35 процентов, выиграл во втором, а Лесин начал уверенный карьерный рост.

Той же осенью Лесин взял знаменитое телеинтервью у президента, решившегося сделать операцию на сердце. О грядущей операции уже сообщали немецкий Bild и американский Time. В России достоверной информации об этом не было, а Кремль категорически отрицал саму возможность операции на президентском сердце. Эксклюзивные подробности собрал главный редактор журнала «Итоги» Сергей Пархоменко, но снял из номера уже готовый материал. Сам он рассказывает, что произошло это под влиянием владельца; кроме того, окружение президента пообещало, что Ельцин даст журналу эксклюзивное интервью. Пархоменко обманули; интервью записал будущий министр печати. Тогда же Лесин стал начальником управления президента по связям с общественностью, а позже перешел на работу в ВГТРК, первым заместителем главы государственного холдинга.

17 марта 1999 года на канале РТР, который был главным активом ВГТРК, продемонстрировали кадры постельной сцены двух девушек с одним мужчиной — как утверждалось, генпрокурором Юрием Скуратовым. Был огромный скандал. Главный редактор программы «Вести» Алексей Абакумов рассказывал тогда «Коммерсанту», что пленку доставили на ВГТРК анонимно 15 марта, и «именно государственный канал должен был встать на защиту государства, общества и самого генерального прокурора». По его логике, демонстрация кадров по ТВ исключала возможность шантажа генпрокурора. Сам же Скуратов сразу же связал демонстрацию пленки с расследованием дела о подкупе российских чиновников швейцарской компанией «Мабетекс», и обвинил в показе лично Владимира Путина, тогда — главу ФСБ.

Указание выдать запись в эфир было дано зампреду ВГТРК Михаилу Лесину лично Татьяной Дьяченко, дочерью Ельцина, на совещании в администрации президента, отмечал тогда «Коммерсантъ» в другой публикации. В результате скандала Юрий Скуратов был освобожден от должности «на период расследования возбужденного против него уголовного дела», а потом окончательно ушел с поста генпрокурора.

Спустя годы Михаил Швыдкой, возглавлявший тогда ВГТРК, признавался: «Я горжусь, что похоже моим лучшим и уж точно самым известным литературным сочинением является ставшая впоследствии крылатой фраза: „Человек, похожий на генерального прокурора“. Я ее написал своей рукой».

А Лесин в свою очередь в интервью журналисту Игорю Свинаренко рассказывал, что был «в числе тех, кто принимал это решение». Отвечая на вопрос о ходе своих мыслей в этот момент, он заметил: «В этом деле есть два обстоятельства. Первое. Человек, занимающий пост генерального прокурора, обязан иметь безупречную репутацию. Второе. Генеральный прокурор не может быть марионеткой в руках политических оппонентов (олигархов и сенаторов), которые задались целью сместить действующего президента и, по сути, провести переворот в стране. Поверь мне, это решение было жутко тяжелым».

Вскоре после этого скандала Лесин был повышен — стал министром печати. Ему предстояло курировать освещение парламентских и президентских выборов, которые совпали к тому же с началом второй чеченской кампании. И журналистская вольница, существововавшая во время первой кампании, закончилась. Освещение «контртеррористической операции» проходило под контролем «федералов»: с жесточайшей системой аккредитации. Гражданский министр Лесин владел на этой войне мощным инструментом — механизмом выдачи лицензий телеканалам и радиостанциям, а также возможностью выписывать предупреждения. Два предупреждения в течение одного года могли закончиться закрытием СМИ. Те же, кто не желали распространять официальную версию событий в Чечне, вынуждены были въезжать на территорию Чечни как бы «незаконно». Так делала, например, журналистка и правозащитница Анна Политковская, каждой своей поездкой рискуя жизнью. В 2006 году она была убита в Москве.

В июле 1999 года, как только Лесин занял должность министра, в программе «Время» на ОРТ было объявлено о долгах холдинга «Медиа-Мост». Так началась длившаяся два года атака на его владельца, олигарха Владимира Гусинского. Холдинг Гусинского — НТВ в первую очередь — на думских выборах делал ставку не на кремлевское «Единство», а на блок Юрия Лужкова и Евгения Примакова «Отечество — Вся Россия». И государство решило взыскать долги с «Моста» с помощью главного кредитора — «Газпрома». (В это же время к каналу ОРТ, например, не было никаких претензий, несмотря на 100-миллионный долларовый кредит «Внешэкономбанка»). Проблемы появились и у другого телеканала — работавшего на Лужкова ТВЦ. Во время кампании 1999-го ТВЦ получил два лесинских предупреждения, но сохранил существование.

Атака государства на СМИ при Лесине впервые стала очевидным трендом. 2 августа 1999 года главные редакторы ряда российских печатных СМИ обратились к президенту Борису Ельцину с просьбой «найти возможность для встречи», чтобы обсудить «ненормальную ситуацию» на рынке. «Накануне начала избирательной кампании высокопоставленные государственные чиновники пытаются оказать давление на СМИ и журналистов, используя свое влияние и даже имя президента России, — писали они президенту. — По нашему убеждению, такое развитие событий грозит реальным ограничением свободы слова в России. Мы уверены, что в нынешних обстоятельствах свобода слова — одна из важнейших демократических свобод, гарантированных Основным законом Российской Федерации, — может быть в достаточной мере защищена только при непосредственном вмешательстве президента России как гаранта конституционных прав граждан». Обращение подписали руководители газет: «Коммерсантъ», «Сегодня», «Аргументы и факты», «Российская газета», «Общая газета», «Труд», «Московская правда», «Новые Известия», «Вечерняя Москва», «Новая газета», а также журналов «Коммерсантъ-власть», «Деньги» и «Итоги».

Никакие обращения и апелляции не помогли. «Медиа-Мост» был взят Кремлем под контроль, а Лесин вошел в историю как человек, заставивший Гусинского подписать «протокол № 6». Это секретное соглашение к договору «Газпром-Медиа» с Гусинским гарантировало его освобождение из тюрьмы (олигарх просидел в Бутырке три дня) в обмен на акции холдинга. Подписав договор, Гусинский уехал из страны, пытался сопротивляться давлению, но понял, что проиграл. С тех пор Гусинский ни разу не был в России: Лесин публично обещал, что олигарх не вернется, пока он — Лесин — жив.

Примерно в то же время под контроль Кремля был взят и телеканал ОРТ, а его непредсказуемый владелец, олигарх Борис Березовский тоже вынужденно бежал из страны.

Команда журналистов, ушедшая под руководством Евгения Киселева с НТВ, пыталась работать в других местах, но безуспешно. Если для захвата НТВ в 2001-м государством применялся весь спектр инструментария под названием «спор хозяйствующих субъектов», то поводом к закрытию ТВ-6 в январе 2002-го стало обычное решение арбитражного суда. А утвердившийся на этой же частоте телеканал ТВС с остатками «уникального журналистского коллектива» был закрыт простым поворотом рубильника в ночь на 22 июня 2003 года.

В начале 2004-го Лесин взял под свой контроль и городской телеканал «Петербург» (для этого министр лично ездил несколько раз в Санкт-Петербург) — гендиректор Ирина Теркина вынужденно ушла в отставку.

«Мне категорически не нравится репутация монстра и душителя свободной прессы, — говорил он при этом в онлайн-интервью Газете.Ru. — Да, наверное, какие-то административные действия Министерства печати вызывают подобные ощущения. Но я еще раз говорю, задача министерства и моя — выстроить правила игры, дать возможность действовать СМИ в правовом поле, чтобы свобода слова соответствовала Конституции…»

В другом интервью он откровенно издевался над американцами, не исключая, что Минпечати может материально поддержать их организации, которые борются за свободу слова. Но, несмотря на пренебрежение к свободе слова, он любил звучать как либерал, уповающий на невидимую руку рынка. И, казалось, был убежденным сторонником капитализма. Через год после захвата НТВ и ухода звездной команды журналистов с канала Лесин выступил с докладом на конференции «Индустрия СМИ: Направления реформ». Для «государственника» он звучал радикально: государство как собственник, говорил он, должно оставить себе только по одному СМИ — одну газету, одну радиостанцию, один телеканал и одно информационное агентство. А министерство должно быть ликвидировано. Однако чем больше Лесин регулировал отрасль, тем больше государства становилось в СМИ. Бесконечное появление президента на федеральном ТВ, ставшее сейчас нормой, Лесин тогда, смеясь, объяснял популярностью молодого российского президента у телеаудитории. Влияние государства, поставившего под контроль все мейнстримовое телевидение в начале 2000-х, к середине десятых уже распространилось на печать и интернет.

В середине 2000-х Лесин выгодно продал государству новую богатую идею. Вместе с пресс-секретарем Владимира Путина Алексеем Громовым он запустил на базе РИА Новости телеканал Russia Today. Объявление о создании канала, ориентированного на зарубежную аудиторию, прозвучало в июне 2005-го. «К сожалению, на Западе на уровне массового сознания Россия ассоциируется с тремя понятиями — коммунизм, снег и нищета, — говорила на презентации глава РИА Светлана Миронюк, утвержденная Лесиным. — Мы хотели бы представить более многообразную картину жизни нашей страны».

Главой Russia Today назначили корреспондентку кремлевского пула, сотрудницу канала «Россия» Маргариту Симоньян. Именно она — вместе с журналистом Первого канала Ольгой Кирий — выдала в сентябре 2004-го года сообщение о 354 заложниках, будто бы находящихся в школе в Беслане (на самом деле, их было больше тысячи). 9 марта 2005-го в связи с Международным женским днем Симоньян и Кирий единственные получили награды Министерства обороны — за освещение теракта. Десять лет спустя лишенная работы в РИА Миронюк в интервью Forbes Woman назвала Лесина и Алексея Громова заказчиками ее отставки.

* * *

«Мы были волчарами, которые, закрыв глаза, лезли в любое пекло, любой лес, не разбирая дороги, — говорил Лесин о себе и своих коллегах. — Все было новым и интересным. Мы стремились вперед и о карьере как таковой не думали. Думали, как заработать денег, как построить бизнес, как развиваться».

Бывший кавээнщик, он с иронией относился к себе, говоря, что давно смирился с тем, что его не любят. В «день дурака» он устраивал в здании бывшего министерства (Минпечати было упразднено в 2004-м) игры в преферанс, куда приглашались видные деятели медиаиндустрии. Он чувствовал свою силу и власть, но демонстративно смеялся над этим. Ручку, которой подписывал тот самый «протокол № 6», он выставил однажды на аукцион в том же министерстве (покупатель подарил ее одной из главных звезд старого НТВ Светлане Сорокиной). На возмущение по поводу того, что в прайм-тайм на госканале выходят чрезмерно сексуальные рекламные ролики с двумя девушками на яхте, он с издевкой объяснял журналисткам, что они ничего не понимают в мужских фантазиях. Он и сам любил яхты, и мог зайти на какой-нибудь курорт Черногории под флагом Виргинских островов.

Но однажды признался в упадке сил. «Теряется какой-то интерес, интерес к жизни, — говорил он все в том же интервью Свинаренко. — Все уже перепробовал, ничего не интересно! И думаешь — что делать? Книжки, кино — все уже по-другому смотрится… В театре сидишь, так на декорации и на костюмы больше смотришь и профессионально угадываешь — сколько стоят и как это сделано. И прикидываешь, сколько мест в зале, чтоб посчитать рентабельность. Простые радости перестали быть доступны. Бывало, раньше съездишь на охоту — сколько переживаний! И сейчас езжу, но все не так: быстро, быстро… Ну, где там лось? Завалили его — и сразу в Москву».

Лесин был азартен и готов к вызовам. По легенде, он получил кличку «Бульдозер» за свой пробивной характер. «Хорошо, что не снегоуборочный комбайн», — отвечал он на вопрос, как он к этому прозвищу относится. «Человеком с ласковым лицом детоубийцы» назвала его в своей книге журналистка Елена Трегубова. А он, привыкший публично сносить любые нападки, отвечал: все написанное обо мне в книге — правда, значит, и в отношении других героев книга достоверна.

В последние годы на постановочных официальных фото Лесин все больше начинал походить на героя бандитских американских саг. Казалось, он вполне достоверно смог бы сыграть в аналоге «Крестного отца», будь он поставлен в России. Но на прямой вопрос Свинаренко о связи с «солнцевскими» Лесин отвечал, что с преступными группировками не был связан никогда. «Не буду связан никогда и отношусь к этой социальной группе очень отрицательно», — добавлял он. Впрочем, спустя годы — в декабре 2014-го (в разгар скандала вокруг ведущего Александра Плющева) на встрече с журналистами «Эха Москвы» он с готовностью подтвердил, что о «понятиях» знает.

За год до смерти Лесиным заинтересовалось ФБР. Было объявлено о начале проверки доходов бывшего министра в связи с наличием трех домов в Лос-Анджелесе. Сенатор Роджер Уикер в запросе на имя генпрокурора США оценивал их стоимость в 28 миллионов долларов. Никаких подробностей о ходе расследования за это время не стало известно. Но Лесин тогда быстро ушел с поста гендиректора «Газпром-Медиа», «по семейным обстоятельствам». Он много времени проводил в Калифорнии, а умер в Вашингтоне. Обстоятельства смерти пока не выяснены, их расследует полиция.

Наталия Ростова