В Кремле

Иван Иванович Медведев

15 АПРЕЛЯ 2011 г. АНТОН ОРЕХЪ

Телеканалы целые сутки не знали, что делать с этой новостью. И не потому, что это «не новость», а именно потому, что это новость — и они не знали, как с ней быть. Интервью Медведева китайскому телевидению было весьма откровенным. Мы поняли, что он хочет снова быть президентом и что со старшим товарищем Владимиром у него есть даже концептуальные расхождения. И как об этом сообщить российским телезрителям?

Но ровно через сутки Путин сказал — довольно вкрадчиво, — что и он готов пойти на новый срок и что загадывать рано, а надо «мотыжить свой участок», и телевизионщики вздохнули с облегчением. У них теперь были обе точки зрения, которые они в путаном виде, кое-как, но довели до общего сведения.

Вообще я являюсь убежденным сторонником версии про существование противоречий в правящем тандеме. Многие демократически настроенные коллеги и знакомые надо мной смеются, полагая, что «милые бранятся — только тешатся», что вишенка от яблоньки недалеко падает и эти птенцы гнезда Питерова друг от друга несильно отличаются. А стало быть, и противоречий у них быть не может.

Это, друзья мои, посыл неверный. Общее происхождение и общность целей вовсе не исключают борьбы и даже ненависти. На примере вечно ругающихся по всякому поводу демократических сил России это видно куда как наглядно. Но я, конечно, соглашусь с той мыслью, что выбор между Путиным и Медведевым — это не выбор между добром и злом. Это в лучшем случае выбор между добрым и злым, но следователями. Однако раскол в этой паре был бы нам всем только на руку. И не быть такого раскола не может! Не может — я уверен в этом!

Вы полагаете, что Медведева посадили посторожить местечко, погреть кресло до возвращения настоящего хозяина? Так оно и было. Вы думаете, что Медведева потому и выбрали в преемники, что он слабый, безвольный, наименее амбициозный из всех и потому не станет рыпаться? Очень может быть, что так оно и было. Но! Нельзя недооценивать феномен власти. Власть — это страшный магнит. Это наркотическая привязанность. Россия не Чехия, где президент спер при всех протокольную ручку — и это стало новостью. Россия — это великая держава просто по своему физическому масштабу. Кресло президента дает его обладателю огромную власть. И оказавшись в этом кресле, с гербом, флагом и ядерной кнопкой, человек не может не тронуться умом. Не в смысле что свихнуться, а в смысле почувствовать себя равным богам.

Сейчас, в «космические» дни, не раз вспоминали манекена Иван Иваныча, которого пробно запускали перед Гагариным. Так вот даже Иван Иваныч, окажись он на месте Медведева, воспылал бы амбициями. Никто, ни один человек, каким бы мелким он ни был ДО, не отдаст такую власть безропотно и радостно ПОСЛЕ. А если ему каждый день тыкать, что он пешка, что он ничтожество, что у него только твиттер, что как ему скажут, так он и поступит, то он захочет доказать обратное, чтобы хотя бы не чувствовать этого всеобщего презрения и унижения. Даже если он прежде думал как клон Путина, Медведев просто из духа противоречия рано или поздно пошел бы на конфликт.

Все это, еще раз повторю, не говорит о том, что Медведев положительный герой. Что с ним Россия заживет припеваючи. Это не говорит даже о том, что Путин не будет президентом снова. Но это говорит о том, что эти двое уже не друзья. Что в этой компании нет единства и что нас не просто могут, а наверняка ждут самые разнообразные сюрпризы. Ну, во всяком случае, я так думаю.

Вы скажете, что я выдаю за действительное свое желаемое. Да, выдаю желаемое. Потому что при всей призрачности перспектив взбудоражить это болото в ближайшее время снизу есть надежда на то, что его перебудоражат сверху. Увы, но опыт относительно бескровных перемен в нашей истории — это не прогрессивное движение народных масс, а раскачивание верхов. Пусть так. Главное не упустить момент, если что-то реальное действительно начнет происходить. При Горбачеве и Ельцине такие шансы были упущены.

Фотографии РИА Новости