С целью возбуждения вражды

Вот и закончились елейные рассуждения о том, что «Церковь во все времена призывала к милосердию», что в Московской патриархии не намерены вмешиваться в ход следствия по делу акции группы Pussy Riot в храме Христа Спасителя, которую сами участницы группы считают антиклерикальной, а многие верующие кощунственной. Что «официальные представители Церкви уже не раз говорили, что не поддерживают идею реального срока заключения по этому делу, но призывают к его общественному осуждению и признанию преступлением».

Вчера в храмах Москвы распространили письмо-обращение к прокурору РФ Юрию Чайке и прокурору столицы Сергею Куденееву, в котором «член инициативной группы» просит «установить и привлечь к уголовной ответственности по ст. 282 УК РФ всех лиц, причастных к организации, проведению акции и распространению в СМИ и Интернете материалов и информации о кощунственной акции с целью возбуждения религиозной ненависти и вражды...». То есть развернуть масштабную кампанию преследований.

Священники на условиях анонимности сообщают прессе, что письмо было составлено в патриархии и разослано по храмам с формулировкой «читать по желанию». Якобы им предложили распространять письмо как инициативу прихожан и отчитываться о выполнении перед архиепископом Истринским Арсением, викарием Московской епархии. Некоторые и под собственными именами пишут в блогах, что за отказ участвовать получили предложение «написать рапорт благочинному».

«Мне неизвестно ни о каком циркуляре "сверху", который бы велел собирать во всех храмах Москвы подписи против панк-группы. Уверен, что такого циркуляра не было, позиция Церкви неоднократно была высказана. Я лично сегодня был даже не в одном, а в двух московских храмах — никаких писем никто не читал», — заявил глава Синодального информационного отдела Владимир Легойда.

Конечно, «циркуляра сверху» наверняка не было — это была бы слишком грубая работа. Да и зачем он нужен, когда имя архиепископа Истринского Арсения, который с 1990 года курирует приходы Московской епархии, а с декабря 2011-го Центральное и Южное викариатства Москвы — дубинка пострашнее всякого циркуляра: не отчитаешься «о проделанной работе» — жди притеснений, любых, от финансовых до потери прихода.

Патриархия, как всегда успешно, перенимает политтехнологии власти. В ответ на митинги протеста и требование «честных выборов» власть организовала симулятивные Поклонную и Лужники. В ответ на письма правозащитников и верующих и неверующих с просьбой «проявить христианское отношение к участницам группы Pussy Riot и ходатайствовать перед судом о закрытии этого уголовного дела» (второе письмо подписали 5739 человек, в том числе 23 православных священнослужителя) патриархия организует заявление Совета православных общественных объединений (без единой подписи, но зато со зловещими угрозами, что «если Россия стерпит произошедшее, значит, ее можно брать голыми руками») и регулярные подстрекательства протоиерея Всеволода Чаплина в блоге «Православная политика»: «Нам, православным христианам, брошен вызов. Вызов хамский, наглый, агрессивный».

В обращении московскому прокурору (еще один вариант письма) особо отмечается, что круг лиц, спланировавших и осуществивших акцию, «намного шире, чем пять участниц, в отношении которых возбуждено уголовное дело» (авторы даже не знают, что на данный момент дело возбуждено против троих), поскольку «для всех очевидно, что действия участниц акции заранее спланированы». Тема таинственной «закулисы», стоящей за действиями панк-девиц и бросившей вызов «традиционным российским ценностям» повторялась в речах представителей патриархии неоднократно. (Тут тоже слепое следование властным образцам — жалко, что Госдеп нельзя во всем обвинить.) Ведь неприятно думать, что именно таково мнение о церковной верхушке многих молодых, и не только молодых, — гораздо приятнее объяснять себе и другим, что все это подстроено, что «злобные силы гнетут», а «православное большинство» в стране пребывает в растерянности и возмущении «попранием святынь».

И православное, и неправославное большинство в стране действительно относится к сомнительному перформансу с осуждением, вернее, относилось — боюсь, теперь, когда растерянность оскорбленных православных приняла столь отчетливо гулаговские формы, вся мощь общественного осуждения, к которому призывали церковные ньюсмейкеры, обернется против самой патриархии.

Когда выносили приговоры организаторам выставок «Осторожно, религия!» и «Запретное искусство-2006», а погромщиков, изуродовавших экспонаты первой выставки, хулиганами не признали, православные не решились публично высказывать свое удивление чудачествами российской Фемиды. Это было время отчаянной борьбы церкви за свои корпоративные права, и многим верующим, наверное, не хотелось идти против «своих». Теперь православная общественность явно встраивается в «большое» гражданское общество и уже не позволяет с такой легкостью манипулировать собой.