В оппозиции

Вороны и лисицы

27 ДЕКАБРЯ 2011 г. ГЕОРГИЙ САТАРОВ

Очень хочется победить. Нет, не так: очень хочется результатов. Мы смогли собраться, объединиться, увидеть, что нас много, что мы хотим изменений, настоящих. Так сильно хочется, что реальные результаты слабо распознаваемы, а обманки в красивой обертке радостно принимаются за победы.

Я уже писал, что власть потерпела полное поражение в своей борьбе за контроль улиц и площадей. Два митинга – 10-го и 24-го декабря – подвели черту многолетним усилиям Суркова по сколачиванию разнообразных молодежных отрядов, которые теперь никаких реакций не вызывают, кроме усмешек. Не исключаю, что ближе к марту они еще потратят кучу денег и бензина, чтобы провести по улицам Москвы колонну ликующей гопоты. Но это уже никого не волнует и не обольщает, поезд ушел.

И это не все. Провалилась десятилетняя массированная кампания возвеличивания главного достижения режима – «стабильности». Но тут даже нет никакой нашей заслуги. Это было неизбежно: ценность стабильности всегда рано или поздно сменяется ценностью изменений. А вдобавок власть, уверовав сама в свою стабильность и собираясь править вечно, настолько расслабилась, что это ее достижение сделалось сначала постылым, а потом – ненавистным.

И это не все. Люди перестают верить официальной пропаганде, даже когда ее рупорами становятся Путин и Медведев. Фонд «Общественное мнение» убедительно продемонстрировал, что негативные оценки причин выхода людей на протестные митинги разделяют всего несколько процентов респондентов. Сказки про оплаченных Западом участников митингов уже не вызывают доверия, а вербовочный талант Путина перестал привлекать неопределившихся. Десять лет – и все впустую!

И это не все. Кандидаты в президенты включились в гонку обещаний, главными из которых становятся освобождение Ходорковского и Лебедева и досрочные выборы в Государственную Думу. Ничего этого не было бы, если бы не Болотная площадь и умные, веселые, негодующие люди на ней.

Проспект Сахарова не только нарастил число протестующих, но и показал резкую политизацию протеста. Тут надо смотреть не на лозунги ораторов, а на свободное творчество масс, отраженное в плакатах, которые участники митинга готовят сами заранее. Главным героем стал Путин, а главной изобразительной темой – презерватив. Мы видим, как любые попытки власти оскорбить и опошлить протест оборачиваются против самой власти.

Это чутко уловили официальные телеканалы. После 10-го декабря они увидели, что теряют зрителей по сравнению с теми, кто осмеливается по возможности честно давать информацию о протесте. В результате вечером 24-го декабря и 1-й канал, и «Россия», и НТВ дали весьма развернутую информацию о митингах, причем без попыток подленького опошливания и подвирания, как раньше. И очень полезна была демонстрация контраста – митинг на проспекте Сахарова и игрушечные массовки Жириновского и Кургиняна. Я знаю, что подавляющее большинство тележурналистов делали это с облегчением и удовольствием. Это важный, хотя и неизбежный прорыв блокады с серьезными последствиями. Еще одна наша победа.

На этом фоне поражает наивность, с которой оппозиция заглатывает наживки, которые забрасывает власть с тем, чтобы ослабить накал протеста. По-прежнему не распознается довольно примитивная манипуляция и вульгарный обман.

Типичный пример манипуляции демонстрирует г-н Сурков. Его откровения по поводу митинга на Болотной вызывают очевидную ассоциацию с известной басней Крылова. Сначала идут комплименты протестующим, а затем наживка: «Вот! Мы уже идем вам навстречу! Вы видите, чего напредлогал наш президент? Ну-ка, крикните «ура». Примитивно, но как показывают некоторые отклики – действует.

Неужто не ясно, что наша главная проблема – не нормы законов, бесспорно, скверных!? Главная проблема – в практике применения этих законов. Я вас уверяю, что они без напряжения поменяют законы. Ну, вот вам пример. Сокращение числа подписей с 2 миллионов до трехсот тысяч столь же радикально сокращает абсолютное число подписей, которые нужно признать недействительными, чтобы снять с пробега кандидата в президенты или партию. Что дает изменение избирательной системы, если не меняется преступная практика проведения выборов и подсчета голосов, если наблюдатели остаются бесправными? Призыв организаторов митинга 24-го декабря жестко контролировать выполнение обещаний г-на Медведева не только бессмысленен, но и вовлекает их в игру, затеянную Кремлем, и рождает ложные надежды у митингующих.

Как можно реагировать хоть сколько-нибудь позитивно на подачки Медведева, когда параллельно на ключевые посты в стране уже расставляются верные чекисты, в то время как президент произносит дежурные заклинания про демократию!? Это допускает только одно объяснение: подготовка к резкому ограничению протеста и закручивание гаек непосредственно перед президентскими выборами или сразу после них. Тут наши победы оборачиваются новыми проблемами, и немалыми. Потеряв контроль над площадями силами «Наших» и прочих, утратив идеологическое влияние, власть располагает теперь только одним козырем – силой. Именно ее она сейчас намеренно демонстрирует, преследуя Сергея Удальцова.

У нас тоже только один инструмент – протест в рамках закона, поддержанный нашей правотой, чувством собственного достоинства и смехом. Этот инструмент будет работать только при наращивании масштабов протеста и при четкости, последовательности наших требований.

Я не вправе давать советы людям, вынесенным нынче на гребень протестной волны. И то, что я предложу ниже, прошу считать помощью одного из рядовых участников прошедших митингов.

Мы должны договориться, что впредь будет считаться ответом власти. На проспекте Сахарова уже прозвучал и был поддержан всеми главный тезис: «Власть в стране – это мы!», «Читайте, господа, нашу Конституцию, черт побери!» Их ответ на протест – не жест доброй воли, а конституционная обязанность. Если власть не следует духу и букве Конституции, она должна уходить.

Отсюда любой жест власти может рассматриваться как ответ на наши требования только при выполнении следующих условий:

1. Власть открыто признает состоятельность причин наших требований.

2. Власть открыто заявляет, что ее предложения – ответ на эти требования.

3. Власть открыто вовлекает в отработку своих предложений представителей протестующих на равных партнерских условиях.

4. Власть открыто объявляет, что готова обсуждать весь комплекс наших требований, а не отдельные выгодные ей фрагменты.

5. Власть не ограничивается декоративными нормативными изменениями, но готова вместе с протестующими менять практику применения законов.

6. Круг людей, которые ведут переговоры от имени протестующих, определяется не властью, а самими протестующими.

7. Власть идет на немедленные согласованные с представителями протестующих кадровые решения, которые предохраняют общество от перехода к чекистской диктатуре.

Если мы этого не сделаем, то рискуем оказаться воронами, которых по-прежнему будут ощипывать и потрошить лисицы.

Фотография РИА Новости