В оппозиции

50 – 10 =

26 ИЮНЯ 2013 г. АЛЕКСАНДР РЫКЛИН

Михаилу Ходорковскому исполняется 50 лет. Десять из них он фактически изолирован от общества, от семьи, от дела. И тем не менее, именно эти годы вынужденной изоляции сделали его всемирно известным человеком. Потому что на протяжении всех этих долгих лет Ходорковский демонстрирует поразительную стойкость, несгибаемую волю и абсолютно уникальное чувство собственного достоинства.

В глазах миллионов людей он стал символом антипутинского сопротивления. Хотя сам Михаил Борисович наверняка с такой характеристикой не согласится. Поскольку, с его точки зрения, ничего сверхъестественного или героического он не совершал. Просто не стал падать в ноги диктатору, не согласился на его правила игры и в час «Х», когда еще была такая возможность, отказался покинуть Россию. И тем самым смертельно напугал Владимира Путина. Вот этот страх мелкого злобного человека, которому неожиданно продемонстрировали границы его, казалось бы, безграничной власти, стал причиной многолетних мытарств некогда процветающего магната, который создал самую эффективную компанию в стране.

Излишне сегодня говорить о том, что уничтожение и разграбление ЮКОСа, расправа над его руководителями — часть сценария по уничтожению в России свободы в самом широком понимании этого слова. Это давно понятно всем. Ходорковский должен был исчезнуть из общественного оборота точно так же, как живая конкуренция из отечественной политической системы, как правдивая информация с экранов наших телевизоров, как честные ответственные люди из высших эшелонов власти.

Михаил Ходорковский оказался несовместим с нынешним российским политическим режимом. Стала расхожей точка зрения, что он выйдет на свободу, только когда режим падет. Очень хочется верить, что еще десять лет ждать не придется. Что гражданское общество в России найдет в себе силы поставить черту под этим тяжелейшим периодом нашей истории и вернет себе права, оговоренные даже в действующей Конституции.

А Михаилу Ходорковскому вернет свободу. Свободу общаться с родными и близкими, свободу заниматься любимым делом, свободу передвигаться по миру, свободу быть услышанным соотечественниками.

Над его внутренней свободой никто не властен и сегодня.

Фото ИТАР-ТАСС/ Станислав Красильников