В обществе

Вопиюще живой человек…

3 МАРТА 2015 г. ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ

3 марта на Троекуровском кладбище в Москве похоронили Бориса Немцова. Гражданская панихида состоялась в Сахаровском центре. Проститься с политиком пришли тысячи людей. Очередьрастянулась почти накилометр, поэтому возложить цветы успели не все. Когда гроб после церемонии выносили, чтобы установить на катафалк, в толпе кричали: «Герои не умирают!». Известные политики, правозащитники и журналисты рассказали, кем был для них этот человек.

Сергей Давидис, юрист, член Координационного совета оппозиции первого созыва:

То, что Борис Немцов был выдающимся политическим лидером, — это понятно и само собой разумеется. Других таких лидеров у нас не очень много, но есть. А что было именно его уникальным свойством — это редкостное жизнелюбие и оптимизм. Он всегда «держал удар», сам смотрел вперёд, несмотря ни на что, и поддерживал в этом других. Еще ему была свойственна удивительная открытость: он был вице-премьером, губернатором, позже лидером партии, но не гнушался сам ходить в пикеты вместе с активистами, раздавать материалы. Когда распространяли авторские доклады «Путин. Газпром», «Путин. Олимпиада», «Путин. Итоги», люди выстраивались к нему в очередь за подписью, и сколько он оставил таких подписей — сказать сложно. Наверное, десятки тысяч. Простой, добрый человек, с которым смерть совсем не вяжется.

Евгений Ясин, научный руководитель НИУ-ВШЭ:

Борис Немцов — замечательный человек, очень живой и открытый по характеру, нацеленный на позитивные изменения в России. Нельзя сказать, что он достиг больших успехов на этом пути, но это был яркий политик, который в конце концов привлёк внимание своего народа. Я был в воскресенье на траурном марше в его память, а сегодня на прощании, и почти всю лучшую часть российской элиты и интеллигенции я увидел там, причём без особых приглашений. Это говорит о многом, поскольку Борис Ефимович защищал именно те идеалы, которые были дороги интеллектуальному классу России. Надеюсь, что семена, зароненные им, прорастут.

Лев Рубинштейн, поэт, публицист:

С одной стороны, сегодняшнее событие, по понятным причинам, очень печально. Но если верна версия, что произошедшее – это акция запугивания, то невероятное количество тех, кто пришёл на прощание, свидетельствует о том, что акция не достигла цели. Людей было очень, очень, очень много. Я не люблю и не умею давать прогнозы, потому что сам в политике мало понимаю, но, видимо, с сегодняшнего дня что-то изменится, а в какой степени и в какую сторону — зависит от нас самих. Но неподвижно сидеть и думать, что произойдёт, неправильно, надо шевелиться, кто как умеет.

Борис Немцов был невероятно, вопиюще живым человеком. И как всё живое стал невольной целью для всего мёртвого. Та мертвечина, которая витает сейчас над страной, ненавидела его искренне и совершенно иррационально. Не думаю, что он последнее время был реальным конкурентом для кого-либо или что его заказал кто-то на самом верху — его ненавидели за витальность. В политике вообще редко бывает витальность, но он был именно витальным и всегда производил впечатление счастливого человека, и поэтому вёл себя легкомысленно. Счастливый человек не может допустить мысли, что с ним может случиться что-то плохое. Поэтому он всюду ходил, смело выступал, не пользовался услугами охраны. Я хорошо понимаю такой тип людей, он просто не верил, что может подвергнуться опасности. Но, как сказано в книгах, мёртвые иногда хватают живых. Это и произошло.

Лев Пономарёв, правозащитник, исполнительный директор движения «За права человека»:

Мы с Борисом были друзьями. Ещё в начале 90-х годов он стал депутатом благодаря поддержке партии «Демократическая Россия». Но тогда, на первом этапе, мы общались не так много, я скорее поддерживал контакты с депутатами своего поколения. Однако позже, когда возникла «Солидарность», я общался с ним уже гораздо больше. Про личные качества Бориса сейчас сказано и написано уже очень много. Это действительно был очень честный, светлый человек, с которым всегда было интересно. Даже когда мы ругались – это было не обидно, без оскорблений. С ним было интересно общаться и дружить.

На траурном марше было много людей. Это некоторый момент единения, за который нужно зацепиться. Все силы, которые работают на объединение гражданского общества и, условно говоря, стоят за западный выбор, должны что-то делать. Следующий шаг, за который сейчас собирает подписи такая структура, как Конгресс интеллигенции, — убрать всех негодяев, которые сеют ненависть на федеральных каналах. Это конкретные фигуры, которых мы знаем: Владимир Соловьев, Дмитрий Киселёв, Пётр Толстой, Андрей Норкин и другие. Казалось бы, это невозможно. Но именно призывы этих людей, вроде слов Киселёва о том, что «всех их надо к стенке», и создали ту атмосферу ненависти, которая привела к трагедии. Сейчас об этом говорит и оппозиция, и некоторые люди, поддерживающие Путина. Например, Гавриил Попов в своей странной статье утверждает, что вояки и отвязные журналисты объединилась и раскачивают лодку. Все обвиняют именно российское телевидение. И я считаю, что сейчас необходимо убрать этих мерзавцев с экрана, чем я буду заниматься очень плотно. Это важная, и решаемая, задача гражданского общества.

Зоя Светова, журналист:

Мы с Борисом Немцовым не были близкими друзьями, но последние годы я общалась с ним как журналист и как человек, подписывавший все письма об организации митингов. Он очень часто обращался ко мне, когда надо было помочь каким-то заключённым. Последнее, что приходит мне на память: 30 января он позвонил и сказал, что хочет помочь Светлане Давыдовой, многодетной матери, находившейся в Лефортовской тюрьме. Он очень хотел помочь ей найти адвоката, поддержать материально. Для меня Борис Немцов — потрясающий политик, человек, который был совершенно бесстрашным и всем внушал оптимизм. Он был «мостом» между разными оппозиционными силами, которые, как известно, всё время ссорились друг с другом. И он давал веру в то, что режим Путина когда-нибудь сменится, и очень хотел, чтобы это произошло. Я помню, как он убеждал всех нас перед осенним Маршем мира, что если его организовать и на него придёт 100 тысяч человек, то власть испугается. На марше памяти Немцова в воскресенье было очень много людей. Возможно, даже 100 тысяч. И то, что туда пришло так много разных людей, — действительно подобающая память для него.

Когда были выборы в Ярославскую думу, я поехала делать репортаж о его деятельности и очень боялась, что у меня получится «розовый» материал, мне не хотелось его чрезмерно хвалить. Но меня потрясло то, как люди его узнавали, например, на рынке, куда мы пришли, обычные ярославские торговцы подходили к нему, с интересом его слушали. Он был очень доступен, мог говорить с простыми людьми так же, как с послом иностранного государства, для всех мог найти слова и был убедителен.

Его убийство для меня личная трагедия, потому что при всём моём оптимизме и идеализме я вижу, что сейчас в нашей стране наступает настоящий фашизм. И что будет дальше — непонятно, но пока никакого света в конце тоннеля не видно. Последнее интервью, которое дал Немцов, было сделано для украинской программы «Вести», он говорил о Надежде Савченко, о том, что её надо отпустить. И я надеялась, что власть теперь захочет как-то отмыться и всё-таки отпустит её. Но прошло уже несколько дней, и они не собираются этого делать.

Конечно, оппозиция будет собирать марши, правозащитники продолжат ездить к политзаключённым, жизнь не остановится. Но никакого оптимизма больше нет.

Ольга Романова, исполнительный директор проекта «Русь cидящая»:

Сейчас у меня из головы не выходит картинка, которую можно было видеть в ходе очередного собрания или митинга. Борис стоял и говорил всем девчонкам, в том числе и мне: «Стойте рядом со мной, рядом со мной безопасно». И мы всегда так и думали. Потому что он большой, яркий, добрый, сильный и уж совершенно точно — известный. Так что казалось, что никто и никогда на него не нападёт.

Геннадий Гудков, политик, предприниматель, полковник ФСБ в запасе:

Сегодня на поминках вспоминали разные истории и сказали, что главное в Немцове то, что он был очень умным. Это был очень одарённый человек, наделённый многими талантами, в отличие от серого и безликого сегодняшнего правительства, серых и безликих губернаторов, в чьих именах и отчествах путается даже собственное окружение. Немцов был великолепным организатором, прекрасным оратором, он очень чётко, системно мыслил и служил мотором множества проектов. Кроме того, он был великолепным физиком, и физика действительно много потеряла с его уходом из науки, о чём многие говорят. А сейчас тяжёлую утрату понесла оппозиция, ПАРНАС, да и вся страна в целом.

Ещё одно свойство, которое у него было — кипучая и очень позитивная энергия. Люди, которые общались с ним, говорили, что у них всегда улучшалось настроение. Он был очень хорошим другом, очень честным в отношениях, всегда первым звонил, если у кого-то что-то случалось, всегда успевал поговорить, сказать доброе слово. И теперь будет очень трудно его заменить, потому что он обеспечивал все контакты. Даже сейчас, когда встала необходимость собраться и что-то сделать, первая мысль, пришедшая подсознательно: надо звонить Немцову. Она возникает, даже несмотря на то, что мы знаем о его смерти. Утрата очень тяжёлая, другого такого человека у нас нет.

Николай Сванидзе, тележурналист:

Это сейчас не вполне употребляемая характеристика, несколько архаичная, но Борис Немцов был очень хорошим человеком. Порядочным, смелым, добрым — это мужские качества, ценимые испокон века. Он был верен в дружбе, незлобив, позитивен и обаятелен, весел. И за это, а не только за несомненную внешнюю красоту его очень любили женщины — как же можно не любить? У него не было никаких комплексов, в хорошем смысле. Он никому не завидовал, был очень одарён он природы. Наконец, он был очень умный, хотя и мог производить поверхностное впечатление. Но он казался таким лёгким просто потому, что был общителен и обаятелен. А за этой лёгкостью скрывался твёрдый характер, прекрасно организованная голова, замечательные организаторские способности и очень большое мужество в отстаивании своих жизненных принципов.

При его жизни это могло не приходить в голову. Казалось, «Боря, Боря!», со всеми на «ты», говорит с матерком, на девчонок глаз горит. Но сейчас, после его ухода, очевидно, что это был человек большого масштаба. И правильно, что прощание с ним происходило в Сахаровском центре. Казалось бы, трудно представить себе двух менее схожих людей, и биографически, и внешне. Но масштаб личности, отношение к людям, неприятие жестокости и насилия, и жизнь, посвящённая тому, чтобы Россия была свободной — это их с Сахаровым несомненно роднит. Только Борису Немцову понадобилось погибнуть для того, чтобы это стало очевидно.

Теперь в гражданском движении образовалась совершенно колоссальная невосполнимая брешь. И я боюсь, что мерзавцы, заказавшие это убийство, во многом добьются своей цели, то есть ещё большей изоляция и «фашизация» страны, ещё большего закручивания гаек. То есть именно того, с чем боролся Борис Немцов.

Георгий Сатаров, политолог:
Эта война объявлена нам кремлевскими подонками, их шакалами с государственных и прочих прирученных телеканалов, всяким человеческим отребьем, которое Путин своими призывами и своими действиями поднял со дна на защиту своей воровской и преступной власти. Она объявлена не сегодня ночью. Но сегодняшняя гибель Бори на этой войне меняет многое лично для меня. Ведь у войны свои законы. Это прежде всего законы нравственные. Поэтому прошу этот пост считать моим заявлением в Московское отделение партии РПР-ПАРНАС о приеме меня в партию. Я прекрасно понимаю, что я один не заполню ту брешь, которую они пытались пробить, убивая Бориса Немцова. Но мне хочется верить, что я буду не один. Я делаю это заявление, продумав его тщательно и всесторонне.

Сергей Пархоменко, журналист:

Да, я говорил сегодня над гробом Бориса Немцова об убийстве Маттеотти в Италии, где поднимался на ноги муссолиниевский фашизм. И еще буду говорить. Потому что считаю, что это верная и уместная аналогия. И нам всем предстоит в этом убеждаться теперь снова и снова.

«Un cadavere gettato davanti ai miei piedi per farmi inciampare», — сказал Муссолини журналисту, который пришел его интервьюировать после убийства депутата и спросил о политических последствиях.

«ЭТОТ ТРУП БРОСАЮТ МНЕ ПОД НОГИ, ЧТОБ Я СПОТКНУЛСЯ»...

Ничего нового они сегодня не придумают. Ничего. Все уже наврано до них. Все уже налицемерено до них. Все уже вывернуто до них на ту же изнанку. Будут только повторять шаг за шагом, слово за словом.

Встали на эти рельсы — будут ехать.

Фото: Россия. Москва. 3 марта. В очереди перед церемонией прощания с политиком Борисом Немцовым. Артем Коротаев/ТАСС



ФОТОПОДБОРКА «Памяти Бориса» - Ежедневный журнал