Карательной психиатрии в России нет (и это неправда). Авторская рассылка «МБХ медиа»

Привет, это Таня Ускова и я хочу поговорить о том, чего в нашей стране не существует.

В нашей стране, как утверждают в НИИ им. Н.В. Склифосовского, нет карательной психиатрии для людей, пытавшихся покончить жизнь самоубийством. По крайней мере, это следует из их официального опровержения моей статьи, вышедшей на этой неделе — интервью с бывшей пациенткой отделения этой больницы, куда попадают после попытки суицида.

В пресс-службе больницы утверждают, что там не привязывают пациентов к кровати. Там не перекладывают работу сестер и нянечек на пациентов. И самое главное — не запрещают жаловаться на условия содержания. За людьми постоянно наблюдают врачи, никто в отделении из пациентов не курит — хотя это единственный способ не сойти с ума. А еще все пациенты подписывают соглашение на госпитализацию. Проводимое в отделении лечение «полностью соответствует утвержденным стандартам».

Когда три года назад Полина Коняхина попала в психосоматическое отделение «Склифа» после попытки суицида, ей сделали укол. Она говорит, что не знает, что это было, но подозревает галоперидол — одно из сильных лекарств-антипсихотиков, которое до сих пор у многих ассоциируется с карательной психиатрией. Полина не могла встать с кровати до тех пор, пока к ней в палату не пришли соседи по отделению, бывшие зэки, и не заставили выпить чифирь. Так Полина смогла встать и провести в этом отделении две недели — по ее словам, самые страшные в ее жизни.

Мы с Полиной познакомились, когда я была в отпуске. Я не искала новых тем для материалов, а просто хотела отдохнуть — поехала с друзьями на море. И через этих друзей узнала Полину, 23-летнюю веселую девушку, обожающую рептилий: у нее дома ящерица и змея, а про варанов она может рассказывать часами. Она много улыбалась, шутила и отлично выходила на фотографиях.

А еще она рассказывала истории о том, как из-за попытки суицида два месяца жила в государственных психиатрических институциях.

Рассказы Полины были похожи на абсурдное, неправдоподобное кино: в «Склифе» ее окружали бывшие зэки, которые готовили чифирь с помощью проволоки и розетки, еще ее там позвали замуж и она встречалась с парнем со шрамом вместо лица. Эти колоритные персонажи и детали появлялись на фоне дистопичных атрибутов классической карательной психиатрии — привязанных рук и ног, пугающего запустения больницы и запрета подойти к окну, чтобы помахать родственникам.

В НИИ им. Н.В. Склифосовского мне подтвердили, что Полина там лежала. Наверное, ее медкарту даже специально искали после выхода статьи. Почти все, что сказала Полина, в пресс-службе опровергли.

Потому что карательной психиатрии, по словам самих психиатров, в России нет. А пациентов обычно никто не спрашивает.

Это текст авторской рассылки «МБХ медиа». Каждую субботу сотрудник редакции пишет вам письмо, в котором рассказывает о том, что его взволновало, удивило, расстроило, обрадовало или показалось важным. Подписаться на нее вы можете по ссылке.