Скандальная история, разворачивающаяся вокруг Павловского горно-обогатительного комбината, может считаться очередным индикатором состоятельности и самостоятельности судебной ветви власти России.

Скандальная история, разворачивающаяся вокруг Павловского горно-обогатительного комбината, может считаться очередным индикатором состоятельности и самостоятельности судебной ветви власти России. За ней пристально следят представители бизнеса, финансовых и государственных структур, ведь в этом многослойном конфликте тесно переплелись интересы отечественной промышленности, чиновников и госкорпорации, обладающей, как выясняется, мощным арсеналом по отчуждению практически любого приглянувшегося бизнеса.

Об этом мы говорим с предпринимателем, депутатом воронежской областной думы Сергеем Поймановым, одним из владельцев и учредителей спорного предприятия.

Согласиться нельзя отказаться

— Давайте обратимся к предыстории конфликта, развернувшегося вокруг Павловского комбината.

— Для начала напомню читателям, что ОАО «Павловскгранит» является градообразующим предприятием для города Павловска Воронежской области, который включен Правительством России в список моногородов. При этом речь идет о крупнейшем на территории Европы производителе гранитного щебня, поставляющем свою продукцию таким крупным компаниям и ведомствам, как РЖД, «Олимпстрой», министерство обороны, министерство транспорта РФ и многим другим, включая крупнейшие строительные и дорожно-транспортные организации. И еще это предприятие, на котором работает более трех тысяч человек, перед каждым из которых лично я несу определенную ответственность.

В том числе и ответственность за те процессы, на причины которых объективно никто не может повлиять. Имею в виду экономический кризис, разразившийся в 2008-м. Ни для кого не секрет, что наиболее пострадавшей тогда оказалась именно строительная отрасль. Несмотря на это наша компания делала все возможное для погашения кредита, полученного у Сбербанка в августе 2008 года. И это несмотря на то, что при значительной сумме 5,1 миллиарда рублей ставка тоже была довольно велика — от 15 до 17 процентов годовых. В качестве залога были предложены акции компании «Павловскгранит», что вполне устраивало кредитную организацию, учитывая состояние нашего предприятия и его хороший потенциал. И действительно, несмотря на кризис, нам удалось на протяжении длительного времени соблюдать условия договора с банком. Но в марте 2010 года пришлось принять непростое, тяжелое решение и приостановить выплаты.

— Этот шаг и послужил причиной для конфликта с банком, но неужели нельзя было договориться, достичь компромиссного соглашения, устраивающего обе стороны?

— Конечно, с нашей стороны сразу была предпринята попытка решить вопрос миром, и мы обратились к банку с предложением о реструктуризации задолженности, которая к тому времени составляла около 4,3 миллиарда рублей. При этом прошу обратить внимание еще на несколько цифр: до приостановки выплат банку было перечислено более 900 миллионов на погашение кредита и более 1 миллиарда по процентам. Думаю, эти цифры красноречивее любых слов говорят о том, на каких условиях приходилось иметь дело со Сбербанком. Хотя в 2008-м, на словах, без письменных подтверждений нам и обещали снизить процентную ставку до 10-11% годовых. Но обещания так и остались обещаниями. Не стоит забывать и о том, что за нами стояло предприятие, стоял город, перед жителями которого мы несли полную ответственность, что лежало в русле государственной политики по преодолению последствий кризиса. И нам удалось обойтись как без сокращения персонала, так и без урезания заработной платы, хотя давалось это, как понимаете, очень непросто. Вспомните, какие энергичные меры предпринимались президентом и правительством страны для стабилизации ситуации и недопущения повторения истории, произошедшей в Пикалеве. При этом банки получили мощные финансовые вливания от государства на условиях того, что они продолжат кредитование отечественной промышленности, дадут ей шанс для реструктуризации накопившихся долгов. Напомню еще один факт: российские банки получали средства от правительства по льготной ставке рефинансирования, составлявшей на тот момент всего восемь процентов годовых. И некоторые банки воспользовались этой ситуацией только для того, чтобы получить дополнительную прибыль, предлагая отечественному производителю кредиты по ставкам, которые иначе как «грабительскими» не назовешь. Но в ситуации со Сбербанком мы столкнулись с иным подходом — похоже, что кредитор решил заполучить «Павловскгранит» целиком, и наши предложения фактически никто не рассматривал. Руководство банка просто передало кредит своей дочерней структуре, ООО «Сбербанк Капитал». Возглавляет эту компанию некто Ашот Хачатурянц, человек хорошо известный в деловых кругах как специалист по отчуждению собственности у должников. Собственно говоря, «Сбербанк Капитал» по своей сути является коллекторским агентством Сбербанка.

— Подождите, но ведь руководство Сбербанка должно было как-то обосновать свои действия, найти для них пусть и формальный, но повод?

— В СМИ, в том числе и в вашей газете, сообщалось о заключении соглашений о внесудебном порядке обращения взыскания на заложенное имущество. Но данный порядок взыскания подразумевает соглашение сторон с экспертной оценкой заложенного имущества. Этого не произошло, мы просто не получили соответствующее письмо. Как выяснилось, оно «потерялось» на почте. Такая вот «ошибка» ценой в миллиарды рублей.
Потом нам предложили передать банку 51 процент акций за символическую сумму в счет погашения кредита. Далее — дело техники. Вполне объяснимый по очевидным причинам отказ был преподнесен общественности как полное нежелание должника платить по счетам и неспособность договариваться. С этого момента мы поняли, что кредитора интересует не столько возврат долга, сколько акции комбината..

Третьи лица, третьи руки

— И все-таки, на основании чего был сделан такой вывод?

— Вообще-то мы 42 раза обращались с предложениями о реструктуризации долга, но так и не получили ответа. Стоит сказать и о методах, с помощью которых у нас отбирали акции. 37,5% акций «Павловскгранита» были переведены на счета «Сбербанк Капитал» 22 июня 2011 года. Спустя всего два дня этот пакет был разбит на части и растворился на счетах новых владельцев. Все бы ничего, но сделано это было в обход судебной ветви власти. Акции были изъяты согласно исполнительному листу, подписанному… нотариусом! Некая Айгуль Карнаухова оформила исполнительную надпись и передала ее напрямую судебным приставам-исполнителям, что никак не укладывается не только в рамки действующего законодательства, но и противоречит элементарному здравому смыслу. Согласно закону, пристав-исполнитель, получивший исполнительную надпись в суде, обязан установить срок для добровольного исполнения предписанных в документе требований. Должник же может использовать это время как для исполнения предписания, так и для его обжалования. В нашем случае экспроприация собственности, а иначе это не назовешь, проходила стремительно, с грубыми нарушениями процессуальных норм. То, что пристав-исполнитель пошел на столь грубые нарушения закона, для нас означало только одно: против «Павловскгранита» действует хорошо сплоченная группа, осуществляющая присвоение его акций в интересах третьих лиц.

— Кого именно вы подразумеваете под «третьими лицами»?

— Имена новых владельцев акций долго оставались для нас «тайной за семью печатями». Банк настолько ревностно оберегал эту информацию, что даже проигнорировал требование Воронежского арбитражного суда о ее раскрытии. Суд даже наложил на Сбербанк и его дочернюю компанию судебный штраф и взыскал в федеральный бюджет 10 тысяч рублей. Примечательно, что обе компании подавали апелляционные жалобы, однако успеха в этом не имели — жалобы были признаны несостоятельными. Впоследствии мне приписывали многолетнюю дружбу с судьей, но это настолько вздорное обвинение, что его даже нет смысла комментировать.
Единственным, что нам в итоге удалось выяснить по поводу пропавших акций, стало то, что 25 процентов были перечислены на счета кипрской компании «Нисорам Холдинг ЛТД», которая, по неофициальным данным, принадлежит нашему непосредственному конкуренту, владельцу Национальной нерудной компании Юрию Жукову. Кстати, в феврале прошлого года он же возглавил еще одну «дочку» Сбербанка — «Сбербанк Девелопмент». Можно считать это простым совпадением, но в наши руки попал ряд документов, красноречиво свидетельствующих об обратном. Речь идет о «смете», в которой был указан размер финансирования для каждого этапа захвата нашего комбината, а также о соглашении между «Сбербанк Капитал» в лице генерального директора Хачатурянца и кипрской компании Klever Asset Management, принадлежащей Жукову. В одном из пунктов этого документа прямо говорится: «Покупатель получает эксклюзивное право в течение Срока Опциона на приобретение у продавца Задолженности или акций/имущества ПГ». Добавлю, что под аббревиатурой «ПГ» имеется в виду комбинат «Павловскгранит». Не хочу вдаваться в споры о степени подлинности этого документа, но с ним удивительным образом связано еще одно совпадение: схема, прописанная в этой бумаге, как будто под копирку повторяет историю, произошедшую ранее при получении Жуковым Сычевского ГОКа в Подмосковье.

Цена – величина переменная

— В прессе появлялись сообщения о том, что цена изъятых акций была существенно занижена. Что вы можете сказать по этому поводу?

— Действительно, силам, заинтересованным в захвате Павловского горно-обогатительного комбината, показалось мало того, что у нас было уведено более трети акций. Используя в своих целях механизм оценки имущества, они постарались максимально снизить их стоимость. Напомню, что речь идет о 36 процентах акций крупнейшего в Европе предприятия отрасли. Так вот, их оценили всего в 1,14 миллиарда рублей, в то время как проведенная по нашей просьбе независимая экспертиза дала совсем другой результат — 4,6 миллиарда рублей! Далее стали выясняться еще более шокирующие подробности. Оценку по заказу кредитора осуществляла компания «НЕО-центр», которая занимается оценочной деятельностью, а также оказанием консалтинговых услуг. И тут всплывает еще одно «совпадение» — в списках топ-менеджеров компании фигурирует имя Олега Грефа, сына руководителя Сбербанка от первого брака. Более того, реестродержателем злополучных акций стало регистраторское общество «Статус», в числе учредителей которого числится Сбербанк. Что это, как не свидетельство аффилированности государственных и частных структур, противостоящих нам сегодня?

— Давайте вернемся к истории с оценкой акций комбината компанией «НЕО-центр»…

— Мы оспорили результаты оценки в суде, и воронежский арбитраж, рассмотрев все обстоятельства дела, встал на нашу сторону. Выяснилось, что «НЕО-центр» ссылался на невозможность доступа к руководству комбината и ко мне лично. Эта позиция не выдерживает никакой критики, что и отметил суд. Впоследствии это решение было подтверждено брянским Федеральным арбитражным судом Центрального округа 15 марта 2012 года, после чего меня стали обвинять в дружеских связях с судьей Анохиным, с которым я даже не знаком.
То есть фактически оценку производила подконтрольная Сбербанку структура да еще с грубыми нарушениями действующих норм. В результате стоимость акций занизили в три с половиной раза. А «подстраховаться» решили с помощью суда же. В январе прошлого года Одинцовский районный суд города Москвы обязал меня погасить кредит из собственных средств, так как я выступал одним из поручителей. Был даже изъят пакет акций, принадлежащих мне, и назначена дата их продажи с торгов — декабрь 2011 года. После подачи кассационной жалобы Верховный суд Российской Федерации приостановил исполнение решения Одинцовского суда. Но история на этом не закончилась. Не буду комментировать подробности происходящего, чтобы не быть обвиненным в попытке повлиять на решения судей.

«С открытым забралом»

— О решении суда приостановить торги вы сообщили на совещании у директора департамента экономики и финансов Правительства России 19 декабря прошлого года. Совещание было собрано специально для разрешения противоречий, возникших между Павловским ГОКом и ООО «Сбербанк Капитал». В чем причина такого поступка?

— Нас действительно собрали с целью найти пути для примирения и достойного выхода из сложившейся ситуации. Такой шаг одобрил тогда еще премьер-министр Владимир Путин, к которому я обратился с просьбой оказать содействие в разрешении конфликта. Ведь когда имеешь дело с хорошо слаженной группой лиц, заинтересованных в отъеме твоего бизнеса, приходится не просто стоять на своем, но и вести себя максимально открыто, привлекать внимание общественного мнения и должностных лиц. Совещание провел Андрей Белоусов, занимающий сейчас пост министра экономического развития. В январе от него пришло письмо с формулировкой: «по результатам доклада Председателю Правительства Российской Федерации В.В.Путину принято решение, что вопрос урегулирования задолженности группы компаний «Павловский Гранит» находится исключительно в плоскости взаимоотношений двух коммерческих организаций и участия на уровне Правительства Российской Федерации не требует». Вскоре после этого ООО «Сбербанк Капитал» передает денежные обязательства «Павловскгранита» малоизвестной московской компании «Атлантик», и начинается новый виток этой истории.

— Как обстоят дела на сегодняшний день?

— Нас по-прежнему берут «на измор». Судебные тяжбы, возбуждение уголовного дела по надуманному предлогу в отношении «неустановленного круга лиц». Примечательно, что в ход снова идут «затерявшиеся» на почте письма и плохо объяснимые с точки зрения закона решения судей. При этом руководство «Павловскгранита» ни от кого не прячется и не скрывается. Уже говорил выше и повторю еще раз: только максимально прозрачная, открытая позиция и неукоснительное соблюдение законов дает нам шанс в противостоянии с организованной группой, готовой на любые меры и обладающей весьма широкими связями.