Расколотая Польша

Действующий президент Анджей Дуда победил на выборах с минимальным преимуществом

По данным с 99,97% участков, победу во втором туре президентских выборов в Польше одержал действующий президент Анджей Дуда, набравший 51,21% голосов. Его сопернику, кандидату от оппозиции мэру Варшавы Рафалу Тшасковскому, не хватило около полумиллиона голосов до победы: он получил 48,79%. Голосование 12 июля прошло при рекордно высокой явке в 68%.

Социологи до самого последнего момента предсказывали кандидатам равные шансы: каждого из них готовы были поддержать 46–47% респондентов и еще около 7% были неопределившимися. Именно за их голоса и шла нешуточная борьба.

Действующий президент — представитель правящей правоконсервативной партии «Право и справедливость» Анджей Дуда — основной упор сделал на своих достижениях как президента, который поддержал действия правительства по улучшению благосостояния населения, а также на возможной потере этих благ в случае прихода к власти оппозиционного кандидата. В предвыборной агитационной газете он особенно подчеркивал свою роль по защите пособий и льгот от оппозиции, которая, мол, готова забрать миллиарды польских злотых у семей и отдать их другим. Кто эти «другие», подсказывали проправительственные телеканалы и газеты: по их версии, Рафал Тшасковский собирался отдать детские пособия представителям «ЛГБТ-лобби» и евреям.

Глава правящей партии Ярослав Качиньский заявлял, что у оппонента «нет польской души».

Уже традиционно для польских избирательных кампаний представителя «Гражданской платформы» также обвиняли в служении немецким интересам. Масла в огонь подлила публикация таблоида Fakt (принадлежащего немецкому концерну Axel Springer) о том, что действующий президент помиловал осужденного педофила.

«Немцы хотят выбирать президента в Польше? Это подлость», — гремел с трибуны Анджей Дуда во время встречи с избирателями.

Его соперник, мэр Варшавы и представитель партии «Гражданская платформа» Рафал Тшасковский, в свою очередь, боролся за президентское кресло так, словно победа на президентских выборах магическим образом предоставила бы оппозиции парламентское большинство в Сейме. Кандидат обещал реформы в области экономики, социальной сферы и внутренней политики, которые не мог бы выполнить из-за ограниченных полномочий президента в Польше (особенно если бы он не опирался на парламентское большинство). Тезисами вступившего в президентскую гонку всего два месяца назад политика были европейский путь Польши, уважение к правам всех избирателей и «шанс на лучшее будущее». Кандидат обещал не вмешиваться в личную жизнь своих избирателей и инициировать создание фондов помощи малому и среднему бизнесу, а также обычным людям — например, специальный фонд ремонта домов и квартир.

Причиной такой мало совпадающей с реальностью риторики обеих сторон было понимание того, что

своим голосованием на президентских выборах поляки де-факто выражали вотум недоверия находящейся у власти с 2015 года политической формации, которую возглавляет партия «Право и справедливость».

При всем консерватизме в идеологической сфере эта политика обеспечила широким слоям населения довольно весомый социальный пакет. Кроме того, полякам был предложен свой особый путь, который, несмотря на позитивную оценку Евросоюза населением, подчеркивал бы особенность Польши, ее право на собственную интерпретацию прав и свобод человека.

Результаты выборов ясно показывают, что Польша чрезвычайно поляризована. О том, что общество нужно «склеивать», вечером 12 июля говорил представитель правящей коалиции Ярослав Говин. «К сожалению, пока что мы похожи на два воюющих племени, а не на единый народ», — отметил политик.

Попытку примирения прямо в избирательный вечер сделал Анджей Дуда, пригласивший Рафала Тшасковского с женой в президентский дворец к 23.00.

Однако это приглашение было сделано в момент, когда экзитпол указывал лишь на 0,8% разницы между кандидатами, и было воспринято как преждевременное. На импровизированной пресс-конференции в тот же вечер президент заявил, что пытался продемонстрировать конец «слишком эмоциональной» кампании и показать, что «можно подать руку» тем, кто представляет другие взгляды, так как после выборов все равно нужно будет работать рядом со своими политическими оппонентами.

Дочь президента, 25-летняя Кинга Дуда, на вечере в честь избрания своего отца эмоционально заявила: «Я хотела бы, чтобы в нашей стране никто не боялся выйти из дома. Независимо от того, во что мы верим, какой у нас цвет кожи, каких взглядов придерживаемся, какого кандидата поддерживаем и кого любим, мы все равны и все заслуживаем уважения. Никто не заслуживает того, чтобы быть объектом ненависти».

Эти слова были восприняты медиа как призыв к партии власти и контролируемым ей СМИ прекратить риторику ненависти в отношении меньшинств и представителей определенных этносов.

Согласно данным социологической компании IPSOS, проводившей экзитпол,

раздел между кандидатами, как и в первом туре, проходил по линиям «село – город» и «молодежь – пожилые».

Типичным избирателем, поддержавшим Анджея Дуду, оказался житель села и небольшого города в возрасте 60+. За Рафала Тшасковского массово голосовали молодежь и жители крупных городов.

Хотя формально Тшасковский останется мэром Варшавы, столицы и крупнейшего города Польши, не исключено, что именно от него будут ожидать перемен в оппозиционном лагере страны. После отъезда экс-премьера Дональда Туска из Польши в Брюссель, никому из «Гражданской платформы» либо иной оппозиционной партии не удалось заручиться массовой поддержкой поляков. Это отразилось и на выборах в Европейский парламент в мае 2019 года. Впрочем, есть опасность, что в случае построения успешной карьеры в качестве общенационального политика Рафал Тшасковский рискует быть обвиненным в предательстве интересов варшавян ради политических амбиций.

Следующие выборы в стране — парламентские — запланированы на 2023 год. В ближайшее время правящей коалиции придется основное внимание переключить с политической борьбы на экономику. Польше впервые за более чем 10 лет предрекают рецессию. Пандемия коронавируса все еще не отступила — в стране регистрируется более 300 случаев в день. В то же время возврат к ограничительным мерам в экономике и частной жизни может вызвать волну протестов, в том числе в лагере теперешних сторонников «Права и справедливости».

Не исключено, что отвлекающим фактором могут снова сделать вопросы идеологии. Так, Ярослав Говин уже на следующий день после выборов в интервью Radio Zet заявил

о возможности «реполонизации» польских медиа — сейчас иностранный капитал в значительной степени присутствует на рынке независимых СМИ.

Американскому бизнесу принадлежит группа каналов TVN, немецкому издателю Axel Springer — популярный портал Onet.pl, таблоид Fakt и польская версия журнала Newsweek. Идея о переформатировании рынка СМИ обсуждается с 2015 года, однако в 2016 году наиболее масштабную реформу в этой области власти заморозили, предпочитая сконцентрироваться на устранении помех своим интересам в судебной сфере. Предполагаются также реформы в области законодательства, регулирующего НКО, статус журналиста, а также запрет на сексуальное образование в школах (сейчас законопроект под названием «Стоп педофилии!» находится на рассмотрении в парламенте). В подписанном Анджеем Дудой перед выборами программном документе «Хартия семьи» также содержится знакомый российскому читателю запрет на «пропаганду гомосексуализма» — правда, пока что только в государственных учреждениях.

Чрезвычайно близкие результаты кандидатов означают вероятность того, что

проигравшая сторона будет подвергать сомнению процедуру организации выборов и подсчета голосов.

Представители «Гражданской платформы» уже в день выборов заявили, что голосование за границей прошло с нарушениями. «До сотен, если не до тысяч людей не дошли бюллетени для голосования», — отметил глава партии Борис Будка. Впрочем, только если бы все 500 тысяч зарегистрированных за границей избирателей поддержали Рафала Тшасковского, их голосов еле хватило бы, чтобы изменить результат. Однако ведение кампании и использование для этого государственного и медиаресурса действующим президентом может в любом случае быть основанием для критики если не результата, то самой процедуры выборов международными организациями.

Мария Садовская-Комлач,специально для «Новой»,
Варшава