За забором

Что стоит за скандалом между Константином Райкиным и Владимиром Мединским

Министра в отставку! Это первое, что можно привычно крикнуть, услышав призыв уважаемого режиссера Райкина разобраться с Мединским. Уж больно много претензий накопилось у творческих людей, которым ни вздохнуть, ни охнуть в рамках его консервативных представлений и пристрастного распределения государственных денег. Но в следующую минуту возникает вопрос: почему затихший было скандал возобновился именно сейчас? Ведь год назад, когда артист вспыхнул антицензурным негодованием, он довольно быстро стих. Хотя намеки и подозрения, посыпавшиеся в адрес Райкина со страниц одиозных изданий, лишь укрепили желания разобраться в этом деле без гнева и пристрастия.

История преобразования театра «Сатирикон» началась 12 лет назад и запечатлена в письмах и документах с 1999 по 2017 год. Участники и адресаты переписки — В.В. Путин, Д.А. Медведев, В.И. Матвиенко, М.Е. Швыдкой и др. Главное содержание — создание «Центра культуры, искусства и досуга имени Аркадия Райкина». За искусство в этом проекте отвечали театр «Сатирикон» и «Высшая школа сценических искусств — театральная школа К. Райкина», за досуг — торговый комплекс, ресторан, апартаменты, гостиница и парковка. Общая площадь комплекса в результате нескольких дополнительных соглашений разрослась до 47 тыс. кв. м. Перспектива — отличная, с какой стороны ни посмотри: для жителей — облагороженный культурой район, для артистов — новые возможности укрепить славу «Сатирикона».

Но все пошло по-другому сценарию. Пока худрук занимался учениками, ставил спектакли, готовил роли, директор выстраивал бизнес-проект, в котором интересы театра сильно потеснили личные интересы его руководителей.

Вот лишь несколько цифр, за которыми стоит долгая борьба с различными ведомствами. Согласно инвестиционному контракту, после реконструкции в собственность государства и в оперативное управление театра «Сатирикон» должно перейти 12 тыс. кв. метров здания стоимостью не менее 650 млн. рублей. Инвестору по итогам соглашения достается 74% общей площади комплекса — более 34,7 тыс. кв. м.

По решению конкурсной комиссии инвестором стало ООО «Арт-Инвест», совладельцами которого выступают директор «Сатирикона» Анатолий Полянкин (25%) и худрук Константин Райкин (25%). (Сначала им принадлежало по 50%, но потом половина была передана ООО «Прогресс».) Таким образом, театр «Сатирикон» подписал инвестиционный контракт с компанией, которая принадлежит руководству театра.

Большой замах обернулся долгостроем. Сроки продлевали трижды — сначала на три года, потом еще на четыре. Когда прошли и они, появился новый — август 2019 года. Надо сказать, что решения эти руководство «Сатирикона» принимало не в одиночку. Допсоглашения, растянувшие строительство новой сцены на десятилетие, исправно подписывали чиновники Росимущества.

Но не Министерство культуры. Сейчас оно настаивает на том, что решение о сносе старого здания в связи с реконструкцией руководство театра принимало самостоятельно. Тем не менее все эти годы министерство оказывало театру бюджетную поддержку. Возможно, так бы продолжалось и дальше, не приди Константин Райкин к нынешнему министру, отлично разбирающемуся в ценах на недвижимость, требовать увеличения субсидии на аренду «Планеты КВН», где уже два года идут спектакли разрушенного «Сатирикона».

Эту площадку руководство театра выбрало без участия Минкультуры. Чиновники сообщают, что только за два последних года на аренду ушло более 130 миллионов бюджетных рублей, а стройка самого театра, по сути, еще и не началась. По условиям же инвестиционного контракта за нарушение сроков строительства положены пени, но за все это время руководство театра даже не предъявило инвестору претензий — и в этом еще один аргумент Минкультуры.

Министерство настаивает на том, чтобы Райкин и Полянкин отказались от участия в «Арт-Инвест», устранив конфликт интересов, а осуществленная ими передача своих долей в управление решением проблемы не является. По данным СПАРК (система проверки компаний, которая позволяет в режиме реального времени получить все необходимые сведения о контрагенте. — Ред.), за худруком и директором «Сатирикона» по-прежнему числится по 25%.

Редакция отправила вопросы директору Анатолию Полянкину, надеясь узнать его точку зрения и прояснить ситуацию. Но ответов так и не получила. Промолчал и Константин Райкин, чья подпись стоит рядом с подписью Полянкина на обращениях в разные инстанции.

В такой ситуации остается только поверить цифрам министерства, свидетельствующим о самой низкой посещаемости «Сатирикона» среди федеральных театров (46,6—52%) вплоть до 2016 года, и лояльно объяснять их отсутствием новых постановок, невозможных в сложившихся условиях.

Возможно, президентский грант, выделенный «Сатирикону» на 2018-й год, сможет помочь, но вряд ли погасит конфликт — пресс-секретарь президента Дмитрий Песков заявил, что грант не означает поддержки Кремлем театра в споре с Мединским.

Не в споре даже, а в очевидном противостоянии, поскольку спора как такового нет. Райкин говорит о притеснениях со стороны министра, не поясняя, что тот отказывается увеличить субсидию на аренду «Планеты КВН» с 68 млн в 2017 году до 100 млн в 2018-м. Министр, обычно щедрый на цифры, воздерживается от подсчета миллионов, потраченных на «Сатирикон», поскольку цифра в двести миллионов ежегодных дотаций, равная тратам на все детские театры страны, вряд ли устроит его начальство, угнетенное растущим бюджетным дефицитом.

За завесой этого молчания маячит страшное будущее — приостановка (в лучшем случае) деятельности театра. Говорить про возможные судебные разбирательства — не наше дело. Наше дело понять: что все-таки побудило не самого отчаянного правозащитника Райкина выйти на тропу войны с министерством. Ведь многолетнее решение насущных вопросов в кабинетной тиши, судя по всему, было результативнее публичных демаршей. Искреннее негодование от происходящего в культуре вышибло предохранители? Надоело молчать и покоряться?

И здесь встают другие болезненные вопросы. Кто вправе возвышать свой голос в публичном пространстве? Кто может обсуждать проблемы морали, общественной и личной этики? Кто устоит под градом подозрений? Точнее, чей призыв «к хорошему против плохого» дойдет до сознания масс, отвергнувших моральные авторитеты и явно настроенных против «жирующих» на творческих просторах? Ведь обдолбанные телевизором не пойдут на завораживающий моноспектакль Константина Райкина «Вечер с Достоевским», сделанный для него Валерием Фокиным, но обязательно поставят лыком в строку дорогостоящий долгострой.

На самом деле призыв Мединского к Райкину определиться, кто он — режиссер или бизнесмен, должен быть обращен не к нему. Это государству, бездумно дающему право хозяйственной подписи финансово не обученным, хозяйственно безграмотным, хорошо бы пересмотреть свою политику. Ведь случай Кирилла Серебренникова, совместившего художественные и менеджерские таланты, уникален. Поэтому неудивительно, что за него и за преображенный им «Гоголь-центр» вступилось столько народу. Без этого притягательного пространства многим уже трудно представить себе культурное поле столицы. И никакие судебные реляции не отменят заслуг его устроителя.

Строительству же нового «Сатирикона» конца-края не видно. Так что же должна защищать общественность в битве хозяйствующих субьектов? Великую театральную фамилию? Она в защите не нуждается. Фамилию, превращенную в торговый знак?

В рассказе Веры Пановой «Сережа» мужчина протягивает маленькому мальчику конфету в золотой обертке. Тот нетерпеливо ее развертывает, а там ничего нет. Сережа поднимает глаза на смеющегося болвана: «Дядя Петя, ты дурак?»…

А на призыв урезонить министра культурная общественность обязательно откликнется.

ВОПРОСЫ АНАТОЛИЮ ПОЛЯНКИНУ
Директору театра «Сатирикон» Полянкину А.Е.

Уважаемый Анатолий Евсеевич!

В связи с подготовкой материала редакция о реконструкции здания театра «Сатирикон» «Новой газеты» просит Вас ответить на следующие вопросы:

В своем выступлении 13 ноября Вы сообщили, что в театр «Сатирикон» за год шесть раз приходила прокуратура с проверками. Не могли бы пояснить, носили ли указанные проверки плановый характер, что стало их результатом?
Не могли бы вы пояснить, с чем связаны переносы сроки реконструкции здания театра?
Просим сообщить, какие компании рассматривались в качестве инвестора для выполнения работ по реконструкции здания театра? Не могли бы пояснить, есть ли сейчас у проекта инвесторы и кто они?
Не могли бы вы предоставить для ознакомления редакции инвестиционный контракт от 21.04.2006 № 01-11-49 на реализацию инвестиционного проекта по завершении строительства объекта незавершенного строительства — пристройки к существующему зданию театра?
Просим сообщить, к какому сроку планируется завершить строительство?
Не могли бы вы пояснить, на каком основании решение о разрушении старого здания театра было принято без согласования с Министерством культуры?
Не считаете ли Вы конфликтом интересов совмещение руководящих должностей в театре с долей участия в ООО «Арт-Инвест», которая выступает подрядчиком конкурсов, проводимых для нужд театра?
По информации «Новой газеты», Министерством культуры было рекомендовано принять меры по урегулированию путем отчуждения доли в ООО «Арт-Инвест». Не могли бы Вы пояснить, по какой причине этого не было сделано?
Не могли бы вы пояснить, чем обоснован выбор ММЦ «Планета КВН» и «Высшая школа сценических искусств» в качестве площадок для проведения спектаклей театра? Просим предоставить для ознакомления редакции обоснование затрат для выбора указанной площадки.