МУЗЫКА СО СТОЛИЧНЫМ АКЦЕНТОМ

МУЗЫКАЛЬНАЯ ЖИЗНЬ

Есть у представителей мировой клубной индустрии проверенная годами и очень приятная традиция — с 1985 года лучшие электронные умы и руки планеты отправляются на четыре дня марта в теплый американский город Майами. Не только отдыхать, но и...

Есть у представителей мировой клубной индустрии проверенная годами и очень приятная традиция — с 1985 года лучшие электронные умы и руки планеты отправляются на четыре дня марта в теплый американский город Майами. Не только отдыхать, но и работать — именно там проходит Winter Music Conference, или Зимняя музыкальная конференция. А работают они там над собственным признанием и благополучным существованием в упомянутой индустрии: на WMC диджеи, промоутеры, владельцы студий звукозаписи и прочие воротилы музыкального бизнеса знакомятся, подписывают контракты и распределяют бюджеты будущего года. Попасть в ряды участников конференции хотят все: если воротилам с именем неучастие в тусовке грозит неподписанным выгодным контрактом, то начинающим — годичным прозябанием в глубоком андеграунде.

21 год спустя после первой конференции в Майами на путь цивилизованного бизнес-общения наконец решила встать и русская индустрия ночных развлечений. В последние выходные января видные деятели отечественной клубной культуры отправились в Сочи — на первую русскую Зимнюю музыкальную конференцию. Мы поехали наблюдать за процессом.

Историческое событие обставили статусно. Самый дорогой самолет, самая престижная гостиница и самые лучшие сочинские клубы для ночных бдений. В Майами, правда, бдят, например, на площадке дочернего фестиваля Ultra под музыку двухсот артистов, играющих на десяти аренах, расположившихся прямо на пляже. Но Сочи, конечно, не Майами, здесь пусто, дождь и завернутые в брезент пальмы. К тому же это сейчас на американскую конференцию 4500 делегатов приезжают, а в заявочном 1985 году было всего 90 человек. В том году, кстати, российской клубной индустрии еще и в зародыше не было.

«Мы не учитывали опыт конференции в Майами и не пытались создать ее точную копию, — рассказал «Новой» Антон Антонов — директор организовавшей сочинский консилиум компании FortDance Entertainment. — Как только на рынке любой отрасли появляются огромные деньги и количество занятых в ней людей, возникает необходимость в деловом общении».

Общаться приехали почти 150 человек. Заседали в набитом битком конференц-холле отеля два дня — два часа до обеда и два после. Выступающие зачитывали доклады о себе или индустрии в целом: одни — с листа, другие — с вдохновением. Волновались, ходили настраиваться к морю и в бар. Сменяли друг друга выступления на темы: «Общая проблематика. Стратегия развития рынка», «Опыт проведения клубных туров, сотрудничество с регионами», «Индустрия развлечений как инструмент маркетинговых коммуникаций», «Цифровая дистрибуция», «Издание и продюсирование российской электронной музыки»…

Наблюдать за выходом целого культурного сегмента из тени было интересно. Рокеры наши на консилиум только в Кремль ходят, а попсовики за один стол только на проводах Крутого из шоу-бизнеса сядут. Да и вообще трудно представить себе Пригожина с докладом «Как сделать коммерчески успешную девочку из матери троих детей», Матвиенко с обзором «Особенности гастрольного чеса с использованием сфабрикованных звезд» или Киркорова, вещающего на тему «Опыт и перспективы взаимодействия с региональной прессой».

В шоу-бизнесе большие деньги появились давно. И необходимость в деловом общении отпала быстро — куда и в кого их вкладывать, ныне всем понятно без конференций. В клубной индустрии ситуация другая. Большая часть сегмента — в тени ночных клубов и информационной блокаде. Конференция же продемонстрировала состояние российского клубного бизнеса более чем наглядно. Игроки спешили видеть и делать выводы.

«Я уже при первом взгляде на список участников понял, что эта конференция будет с московским акцентом, — признался, вернувшись в родной город, питерец Игорь Белявский — гендиректор агентства Global Point. — Не было крупных игроков из регионов, одних из главных игроков Питера — компании TrackSystem, известной по фестивалю DJ Парад, и самого популярного танцевального «Радио Рекорд». Ребята за два месяца организовали конференцию, кто-то не успел спланировать приезд, кому-то забыли позвонить…».

От московского акцента в нашей стране, как ни крути, никуда не денешься. Может, и хотели бы крупные игроки из регионов организовать подобный консилиум и вписать свои имена в танцевальную историю, да не в каждом регионе меценаты живут, способные вложить в клубную культуру заработанные в других областях деньги. Не корысти ради, а по любви к музыке.

А акцент, кстати, у разных столичных клубных деятелей разный. Одни, как легендарный промоутер Алексей Горобий, акцентируются на клубах, желательно пафосных. Другие ищут иные средства заработка, желательно массовые. В Питере с массовостью все хорошо. Именно Питер в самом начале 90-х годов прошлого века стал колыбелью российской танцевальной музыки, которую Москва не без помощи кризиса 98-го года раскачала так, что новорожденная забилась глубоко под одеяла. И если Питер продолжил традицию первых легендарных многотысячных рейвов, то Москва ушла в клубное подполье.

Раз в два месяца в Питере и его окрестностях обязательно проходит многотысячный фестиваль, в Москве же тусовщики избалованы многочисленными клубами, которые процветают благодаря кредитоспособности столичных жителей, а администрация законодательно не приветствует массовые ночные сборища. Но не все столичные промоутерские компании опускают руки. С 2001 года почивший ныне московский клуб «Цеппелин» раз в год проводит на фортах Кронштадта рейв FortDance. Так успешно, что в конце прошлого года, «в связи с необходимостью дальнейшего развития бренда», была организована компания FortDance Entertainment, в ближайших планах которой, кроме уже знаменитого фестиваля, заявлены региональные клубные туры, эксклюзивное издание музыкальных CD и DVD, создание мощного информационного ресурса и масштабное live-шоу в Москве.

Питерцы, несмотря на акценты, на конференцию все-таки приехали. Рынок у них хоть и устоявшийся, но все же не резиновый. Игорь Белявский, который в прошлом году провел конкурирующий фортам рейв в выборгском замке, много говорил о промоутерском и звукозаписывающем направлении своей компании. А почти культовый пионер рейв-движения, ныне директор компании «Контрфорс» Денис Одинг, который первый положил глаз на Кронштадтские форты, но проиграл битву с московским размахом, приехал не только ради того, чтобы рассказать о своем новом летнем проекте на открытом воздухе Финского залива — Soundtropolis, который предполагается сделать «самым массовым и представительным музыкальным событием в России». «В Петербурге очень много фестивалей, ситуация перегрета. Было бы интересно попробовать провести какой-либо из наших проектов в другом городе, — признался он. — На конференции хотелось посмотреть, как это работает».

А представителей пафосных московских клубов не было. «Клубы мы не приглашали, потому что это чисто московская история и объективно не показана на рынке», — объяснил директор FortDance Entertainment. Да Горобию и не до конференции было, он новый клуб в Москве открывал.

О правах и проблемах российских диджеев на конференции говорил основатель Московской диджейской ассоциации Кирилл Королев. О том, что везут ежегодно в Россию по 500 иностранных диджеев, 450 из которых давно никому не нужны, ради откатов и из-за дурновкусия. О том, что молодым дороги нет, потому что у нас «чем дороже стоит артист, тем лучше к нему отношение».

...Представлять армию российских диджеев приехали признанные столичные гуру Коля, Град, FISH, SPY.der, Володя и Рудык. Ночью играли в клубах и дегустировали виски за 8500 рублей бутылка, днем заглядывали на конференцию. Град даже читал доклад на тему «Национальные проекты радиостанции в области электронной музыки». Град — не медиамагнат, просто радиоведущий «Динамита FM», на волнах которого изредка выходят передачи, посвященные упомянутой музыке. Говорил Град о собственно передачах и о почившем за нерентабельностью профильном радио «Станция», потому что больше оказалось не о чем. А телевидение в Сочи руководитель первого клубного канала представлял. Вот только у канала частоты пока нет, зато много отснятого материала. Целостность картине информационной блокады придавало отсутствие представителей клубной прессы по причине отсутствия таковой вообще. Есть, правда, интернет, но не все еще его освоили.

Впрочем, оказалось, что есть в клубной индустрии и такие игроки, которым до акцентов и блокады никакого дела нет. Они делают свое дело и деньги, не жалуясь на российскую действительность и не сражаясь с ней и с конкурентами.

Президент Республики Каzантип Никита Маршунок давно сделал ручкой и той, и другим. Его уникальный летний фестиваль почти 20 лет оккупирует уютные побережья Крыма. Сегодня как минимум 50 000 адептов Каzантипа ежегодно оставляют в его Республике свои деньги. Если принять во внимание всего лишь месячный вход на территорию фестиваля за 50 долларов, то можно понять, какие. Маршунок прекрасно понимает, что сделать такой фестиваль в России невозможно: «Нужно общение с официальными структурами, которым легче отказать, чем оказать кредит доверия. Зато в Крыму я осел очень давно, и сейчас я в том возрасте, когда мои друзья становятся министрами и депутатами. Период боевых действий с прежней властью и бизнесом, зарившимися на денежный кусок от Каzантипа, прошел. Каzантип давно воспринимается как сильная финансовая структура. Мы работаем в правовом поле, платим налоги, создаем рабочие места».

На конференции Маршунок исправно посещал все выступления. Он, конечно, приехал не ради того, чтобы в 15-минутном докладе рассказать о том, как сделать Каzантип. И не за опытом брачующихся конкурентов. Тем паче у него без малого 15 лет из его сорока пяти. Никита приехал за самими конкурентами.

— Приятно стоять у истоков чего-либо… — гипнотически улыбается Никита, расположившись в кресле за столиком гостиничного бара. За соседними столами диджеи весело кричат: «Пять бутылок самого дорогого виски за счет конференции!». — …Профессиональное чутье, редко меня подводящее, позволяет говорить, что конференция имеет большое будущее и этот профсоюз очень важен. У меня же есть задача — собрать в моей песочнице самую сильную команду: хозяинов клубов, рекорд-компаний, промоутеров, которых я хотел бы видеть владельцами танцполов на Каzантипе. Я собиратель, коллекционер интересных, ярких личностей. Так я повышаю качество продукта, уникальность фестиваля. Ведь люди покупаются не на музыкальный фон, а на количество собранных в одном месте уникальных людей.

А директор звукозаписывающей компании Uplifto Сергей Пименов нашел к русской музыкальной действительности свой подход. На конференции он феерично выступал на фоне экрана с призывом: «Приносите нам идею, творчество, бренд или деньги». И ведь несут! Пока все, кроме денег, но их Пименов и так делать умеет.

Он без тени смущения называет себя первооткрывателем сегмента российской клубной танцевальной музыки. Сначала Пименов открыл свою группу ППК, причем сразу — Европе. Его композиция «Воскрешение» — ремикс на саундтрек «Сибириады» Кончаловского — два месяца держалась на первых местах в национальном британском хит-параде, а иностранные меломаны купили 350 000 дисков с голосами первых русских космонавтов. Повторить успех с новыми треками не удалось — российской экзотики, перенасыщенной своими исполнителями, европейской сцене оказалось достаточно. С выводом, что в своей стране надо любить свою музыку, Сергей влился в российский электронный бизнес.

В Uplifto делают звезд сами, потому что знают, что хорошо продается, — европейское качество, красивый русский вокал, хорошие аранжировки и минимум текста: небанальные, часто провокационные фразы. Под крыло компании стремятся попасть состоявшиеся музыканты, потому что Пименов умеет их продавать. На сайте www.promomusic.ru он регулярно выкладывает новые релизы своих подопечных, которые так же регулярно бесплатно скачивают тысячи зарегистрированных пользователей ресурса, — главным образом региональные ди-джеи и радиостанции. Они раскручивают треки на местных дискотеках и волнах, превращая их в полноценные хиты. Через месяц Пименов начинает хиты продавать.

Вот взял Пименов в прошлом году в оборот никому не известную девушку Катю Чехову, а сегодня из палаток в Медведкове, из которых раньше «Централ» звучал, льется электронный мотив с Катиным рефреном про то, что она — робот и у нее нет сердца. За первую неделю продаж ушло 70 тысяч дисков, а недавно Катя с «Роботом» выступала в Кремле в сборном концерте звезд российской эстрады, и Пименов, по собственному признанию, готовит деньги для стимуляции ротации на ТВ уже отснятого клипа. За все это некоторые клубные деятели обзывают Пименова шоу-бизнесменом, он не спорит: «Моя задача — сделать так, чтобы с моими исполнителями случилось максимально лучшее из того, что может случиться. Будь это Кремль, стадион или что-то еще. Я делаю не коммерческую, а качественную музыку. А если людям нравится эта музыка, этот исполнитель, то они начинают покупать его диски, ходить на концерты, и его музыка автоматически становится коммерческой. Некоммерческая музыка — это та, которую не покупают».

На обратном пути в Москву диджея Колю сняли с самолета за не очень уважительное отношение к персоналу корабля. Снятию предшествовала двухчасовая задержка рейса сплотившимися участниками конференции, которые Колю отпускать не желали. Даже написали гневное письмо в авиакомпанию «Сибирь» с десятками подписей. Так что объединяющий эффект конференции — налицо. Жаль, питерцы другим рейсом летели, а многие «крупные региональные игроки» так и не узнали, кто такой диджей Коля.

Впрочем, игроки эти только в своих регионах крупные. В России все издревле решает центр, а соглашаться с его решениями или нет — вопрос другой. Крупные игроки двух столиц открыто заявили о своей заинтересованности в регионах как плацдармах для многотысячных рейвов, рынках сбыта музыкальной продукции и гастрольной площадке для электронных артистов. Захочет ли неубитый провинциальный медведь без боя расстаться со своей поделенной заочно шкурой, покажут время и следующая конференция в Сочи.