Навальный собрался в президенты. Испугается ли Путин?

Готов ли Путин до конца своей карьеры носить клеймо
«человека, испугавшегося Навального»?

То, что Алексей Навальный объявил о своем намерении участвовать в президентских выборах в 2018 году, новость, несомненно, хорошая. Правда, надо сразу оговориться, что новостью это событие можно считать весьма условно, поскольку еще в августе этого года, когда Навальный обращался в Верховный суд с заявлением о пересмотре «дела Кировлеса», он аргументировал необходимость такого пересмотра, в том числе, тем, что иначе он не сможет участвовать в президентских выборах 2018 года. Так что, когда он в своем видеообращении говорит о раздумьях, предшествующих решению о выдвижении, это некоторое лукавство, которое, впрочем, не только извинительно, но в разумных дозах просто необходимо политику. Так что и здесь Алексей Навальный сделал все правильно.

Теперь о том, почему эта новость хорошая и для кого она хороша, а для кого не очень. Прежде всего, заявление Навального о намерении участвовать в выборах хорошо для него самого, поскольку переводит идущий в данный момент в Кирове процесс о пересмотре «дела Кировлеса» исключительно в политическую плоскость. То, что суд никакого отношения к решению судьбы Навального иметь не будет, было ясно и раньше. Но теперь это объявлено на весь мир: решение по Навальному будет принимать лично Путин. И Путин же будет нести за него политическую ответственность. Ему, конечно, не впервой — и не такие ответственности нашивал. Но тут все-таки есть повод для раздумий, поскольку к аннексии Крыма, войне с Украиной, кровищи в Сирии, убийству Немцова, массе неправосудных приговоров и пыткам Дадина добавлять еще и очевидно политический неправосудный приговор по Навальному… В общем, перегруз может получиться. Тем более что тут Путин явно попадает под обвинение в трусости, и это главное. «Человек, испугавшийся Навального» — это клеймо ему не смыть до конца политической карьеры. Так что шансы на отмену приговора пусть и небольшие, но есть.

Теперь почему эта новость хороша для страны. Навальный (имеется в виду не только лично он, но и его команда) — лучший журналист-расследователь в стране. В этом качестве сегодня ему нет равных. Вопросы о том, кто, как и зачем ему помогает добывать компромат на чиновников, требуют отдельного разговора. Не бывает расследований такого рода без источников во власти. Как не бывает журналиста в отделе криминальной хроники без эксклюзивных отношений с операми и следаками. Да, были случаи, когда Навальный переходил грань между расследованием и сливом компромата, придерживая материал до удобного момента. Случаи единичные и не могущие зачеркнуть огромную пользу для страны, которую приносит его деятельность. Поэтому снятие судимости с Навального — благо не только для него лично, но и для страны.

Возможное участие Навального в президентских выборах — тоже благо, поскольку, несомненно, вдохнет жизнь в ту мертвечину, которая по недоразумению называется российской публичной политикой. О своей поддержке Навального на выборах уже заявили «Открытая Россия» в лице исполнительного директора Тимура Валеева и руководителя правозащитного направления этой организации Марии Бароновой, а также партия ПАРНАС в лице одного из ее руководителей Константина Мерзликина. Ресурсы этих организаций невелики, но сам факт поддержки имеет важное символическое значение.

Из гарантированных медийных ресурсов самые главные — «Эхо», «Дождь» и Интернет. Победу не принесут, но набрать около 10% помогут. Эти 10% достижимы с учетом большого политического таланта Навального и его умения строить избирательную кампанию.

К числу бенефициаров этой новости можно отнести политологов, политических обозревателей и журналистов. Приведу микрообзор комментариев. Глеб Павловский просто захлебывается от восторга: «Навальный взял на себя лидерство и первым заявил о своих планах, и теперь Кремль вынужден реагировать». Вообще-то первым заявил о своих планах Явлинский, но не будем сбивать Глеба Олеговича с ритма. «Навальный одним ходом оспаривает право Кремля диктовать стране последовательность действий», — сообщает Павловский и продолжает: «Он открыл начало нового сезона, и в этом сезоне объявил его главную, всем очевидную, но не называемую обычно цель, а именно — уход Путина». Трудно сказать, где был Павловский в 2011-2012 годах, когда сотни тысяч скандировали «Путин уходи!». Тогда многим казалось, что эта цель — уход Путина — «всем очевидна». Оказалось, что далеко не всем. Что именно позволяет утверждать, что сейчас уход Путина цель «всем очевидная», Павловский не уточняет. Зато объявляет Навального «самой сильной политической фигурой в стране» и «фигурой, равновеликой Путину». Тут есть некоторое противоречие: если Навальный — самый сильный, то как он может быть равновеликим какому-то Путину?

На помощь Павловскому приходит другой политолог, профессор МГИМО Валерий Соловей. Он расставляет акценты намного четче, чем Павловский. Вот что он говорит: «Он (Навальный) может победить любого кандидата, и даже Владимира Путина». И продолжает: «Он способен перетянуть на свою сторону население крупных городов». И далее: «Это сигнал разрозненной оппозиции, у которой сейчас появился шанс объединиться вокруг единого кандидата». Конец цитаты.

Помнится, глава избирательного штаба Навального господин Волков обещал вешать политологов на люстрах и подробно объяснял технику этого дела. Не разделяя кровожадности Волкова, тем не менее, после приведенных выше высказываний ведущих представителей этого цеха вынужден с пониманием отнестись к идее соратника Навального. Дело в том, что эти люди, павловские, соловьи и иже с ними, живут в каком-то состоянии вечной и абсолютной вербальной свободы, которая лучше всего определяется выражением «мели Емеля — твоя неделя».

В реальной жизни судьба Навального, в том числе и политическая, находится в ведении Путина. То же было и на выборах мэра Москвы в 2013 году, когда Навальному из 110 необходимых для выдвижения подписей муниципальных депутатов 49 подписей любезно преподнесла «Единая Россия». Так что в тех выборах он участвовал по воле Путина. И в этих, президентских, если будет участвовать, то исключительно с его же дозволения. И вот, зная все это (не могут не знать), эти люди говорят все процитированные выше глупости. Нет, если когда-то, не на выборах, конечно, в России победит демократия, то надо, чтобы господин Волков получил, в порядке исключения, возможность реализовать свой кошмарный замысел, хотя бы в отношении некоторых политологов. Вот этих двоих точно — на люстры. Пусть это сделает Волков, а мы отвернемся.

Теперь серьезно. Навальный — не мой кандидат. Настолько не мой, что я пока не могу представить ситуацию, при которой заставил бы себя проголосовать за него. И дело не в популизме, хотя он у Навального зашкаливает. Проблема в национализме. Последнее время он никого не обзывает «грызунами» и прочими ксенофобскими кличками. Но на последних думских выборах полностью солидаризировался со всем, что говорит блогер Мальцев. Плюс имперство, которое не позволяет Навальному определиться по ключевой проблеме сегодняшней России — по Крыму. Вместо ясной позиции невнятное бормотание про «бутерброд». Это значит, что с президентом Навальным Россия по-прежнему будет в изоляции. Кроме того, выбор Навального — это продолжение все той же путинщины, только без Путина. Конструкция с единым безальтернативным лидером наверху и слепо следующей за ним толпой внизу. Дискутировать со сторонниками Навального так же бесполезно, как и со сторонниками Путина. Ментальность отличается лишь у некоторых и частично.

Почему же все-таки, несмотря на неприятие Навального как возможного президента (а он вполне может стать президентом, но только не на выборах), рассматриваю сам факт его выдвижения как очень хорошую новость? Потому что, во-первых, повторюсь, считаю, что это фактор, повышающий его шансы на избавление от незаконного преследования. Во-вторых, в случае победы на суде он сможет продолжать свою крайне важную и полезную для страны деятельность журналиста-расследователя. А в-третьих, его возможное участие в выборах стащит с дивана значительную часть тех, кто упорно придерживается тактики, которую ее сторонники никак не могут внятно сформулировать.

Меня радует, например, что мой основной оппонент со стороны «партии Дивана» Александр Рыклин, с которым мы много дискутировали на эту тему на последних выборах, при слове «Навальный» немедленно поменял свою позицию на диаметрально противоположную. Он это сделал еще до того, как Навальный объявил о своем участии и эта возможность только начала просматриваться. Сразу куда-то делись аргументы типа «нельзя садиться играть с шулерами», «преступно легитимизировать своим участием преступный режим», «все на 100% украдут и нарисуют» и т.д. Теперь все это не имеет значения: в избиркомах теперь все сплошь кристально честные, режим — не преступный и никто ничего не крадет и не рисует. Имя Навального, как звук боевого горна, заставляет забыть обо всем и звать всех на выборы.

Те, кто призывает все время не ходить на выборы, обычно добавляют, что знают, как организовать в стране альтернативную повестку и своим несоучастием добиться слома режима. Еще говорят о том, что непременно создадут некую протестную структуру, которая все это сделает. Проходят месяцы и годы, и никакой альтернативной повестки, никакой протестной структуры не появляется. А что такое «активное несоучастие» в условиях России XXI века, а не Индии или ЮАР начала века XX, никто толком объяснить не может.

Власть на выборах в путинской России не сменится. Но участие сильных кандидатов от оппозиции позволит этой оппозиции стать центром кристаллизации более широкого протестного движения, позволит выйти из того медийного и политического гетто, в котором она сейчас находится. Участие Навального усиливает этот процесс, позволяет его соединить с другим компонентом, а именно, с уличным протестом, поскольку только во взаимодействии всех форм протеста, от участия в выборах до уличных акций, можно добиться успеха. Поэтому я считаю участие в выборах Навального благом.