Бог-сын — отец и муж

Сегодня небо упадет на Землю и Дунай потечет вспять! Сегодня во всем мире миллионы людей штурмом возьмут кассы кинотеатров, чтобы посмотреть «Код да Винчи». Будут побиты все рекорды сборов, по крайней мере, в первые дни. Но даже если фильм окажется и на самом деле такой туфтой, как утверждают 2 тысячи журналистов в Каннах, которые в массе своей освистали его после предпремьерного показа, всё равно сотни миллионов долларов создателям кина обеспечены. И я подумал: как, в сущности, немного надо людям. Время настоящих шедевров прошло и, боюсь, уже не вернется.

Появляется не очень удачливая доселе писательница и сочиняет сказку про очкастого мальчика и полеты на метле и этой сказкой в нескольких сериях зарабатывает миллиард! Она больше никогда и ничего другого не напишет, потому что ничего другого от нее никому не надо. Человечество ждет шестой, седьмой, восьмой, двадцать восьмой части похождений Гарри Поттера, до самой его глубокой старости. И Джоан Роулинг будет писать про Гарри, если не хочет, чтобы ее забыли и чтобы ее книжки перестали читать. Если хочет заработать второй миллиард.

Дэну Брауну в этом смысле, конечно, намного сложнее. Он пишет вымышленную историю об исторической личности и превратить жизнь Христа в многосерийный боевик он не может, и до глубокой старости Иисус дожить тоже не может. Но свой чемодан денег на данном произведении данный писатель срубит. И не так важно, действительно ли эта книга хороша. Достаточно того, что она про Господа Бога, у которого, оказывается, тоже была жена и дети.

Одного этого предположения в рекламном ролике достаточно, чтобы купить и прочитать, а потом пойти в кино, а потом купить DVD. Или просто в кино и DVD, не читая, но зная, что кино по той самой книге, про которую все говорят, читать-то лень, но два с половиной часа в зале посидеть и позырить — в самый раз. Тем более что Ватикан против показа, да и наши православные ругаются — ну как не пойти? Интересно же из-за чего сыр-бор.

Святые отцы тоже молодцы. Ясно же, что чем больше громов они будут метать, тем выше будут тиражи и сборы. Церковь стала лучшим промоутером Брауна. Сладок ведь именно запретный плод. И потом, даже как-то неловко объяснять, что художественное произведение отличается от документального. И его нельзя воспринимать как историческую или теологическую прокламацию, как политический акт и тому подобное. Значит, и опровергать тут нечего. Обвинять автора в том, что он всё выдумал, когда и так понятно, что он всё выдумал (вспомнил похожий случай, когда ФСБ вдруг с какого-то перепугу начала опровергать фильм «Сволочи», мол, никаких таких развед-чекистских школ не было. Да так рьяно опровергала, что я начал сомневаться — а вдруг были?!).

Церкви надо понять, что в христианском мире (не в мусульманском!) отношение к религии все более непринужденное. Вот и в России верующих вроде всё больше, а настоящих верующих всё меньше. Поэтому на имени Его незазорно делать имя себе и деньги себе. Для полного счастья обывателю нужно немного. Он сносит прилавки и кассы при виде самых простецких сюжетов. И вельможная критика ушла от обывателя не слишком далеко. Чтобы вызвать у рецензентов восторг, желательно снять фильм о проблемах афроамериканца, а еще лучше афроамериканки, к тому же лесбиянки, инвалида и матери-одиночки, оставшейся без работы. Соблюдены все требования политкорректности.

Вспомните, кто и за что получает «Оскаров» в последние годы и кто вообще попадает в номинации? То больные СПИДом, то умственно отсталые, то сумасшедший математик, то ковбои-гомосексуалисты. В этом году Оскара дали картине «Столкновение», которую как раз недавно показали по ТВ, что само по себе не в ее пользу: раз так рано выпустили на большой экран, значит, в кинотеатрах денег уже не собрать.

И что же мы увидели? Негры ненавидят белых, белые — негров. Продажные копы, малолетние наркоманы и всеобщая ненависть. Не знаю, может, Америку именно это всё в первую очередь и волнует, но такой чемпион кинематографа, по меньшей мере, смотрится странно.

В сухом остатке мы имеем Библию в стиле фэнтези, расизм в жанре комикса, протестующую православную молодежь какого-то полууголовного вида, блюдущих нравственность святых отцов, чьи кадила пахнут серой, а из-под ряс торчат погоны, и публику, которая готова платить за всё подряд, что неведомо как вынесло на гребень успеха, словно шарик из лототрона.

Но на «Код да Винчи» я всё-таки пойду. Нельзя же «рассуждать о взлетах и падениях Голливуда, не видя ни одного фильма», и говорить, что «книгу я не читал, но осуждаю». Пускай даже мои кровные рублики и попадут в карманы «оборотистых дельцов от искусства».