Блестят, как настоящие

«Спокойной ночи, малыши!» у нас в семье никто не смотрит уже давно: дети вышли из возраста целевой аудитории. Поэтому, случайно наткнувшись на программу в вечернем эфире, пугаешься, как при виде старого знакомого, который за прошедшие...

«Спокойной ночи, малыши!» у нас в семье никто не смотрит уже давно: дети вышли из возраста целевой аудитории. Поэтому, случайно наткнувшись на программу в вечернем эфире, пугаешься, как при виде старого знакомого, который за прошедшие двадцать лет страшно переменился.

Ой! Нет-нет, ничего, ты все такой же. Надпись на весь экран: «При поддержке Федерального агентства по культуре и кинематографии» — ну хорошо хоть есть кому поддержать. Но что это у тебя с заставкой? Вроде бы она прежняя, пластилиновая, но отчего такого замогильного цвета? И что за компьютерные облачка там витают на заднем плане и захламляют изображение, раньше такое простое и ясное?

А вот и Хрюша со Степашкой: поросенок все так же валяет дурака, а заинька работает паинькой. При поддержке Федерального агентства им прибавили эфирного времени, так что диалог даже подзатянут.

А вот и тетя Оксана: блестит глазами, блестит волосами и выполняет декоративную функцию. Говорят, скоро функцию начнет выполнять Анна Семенович из бывших «Блестящих»; уж она-то поблестит! Руководство программы поясняет свой экстравагантный выбор тем, что дети должны видеть красивых людей.

В нашем детстве самыми любимыми ведущими «Спокойной ночи, малыши!» были тетя Валя (Леонтьева) и дядя Володя (Ухин). Дядя Володя был просто милый, а никак не красавец. А тетя Валя была, конечно, красивая — вот как мама красивая. Она просто излучала тихий, уютный свет. Если спросить любого тогдашнего ребенка, за что мы так любили тетю Валю и дядю Володю, каждый бы ответил: они — добрые. А тетя Оксана — красивая. А тетя Аня, если она появится, — блестящая. Живое уважение и интерес к маленькому зрителю, которые так отличали былых ведущих, имитировать нельзя. Это как фальшивые елочные игрушки из анекдота: блестят, как настоящие, но не приносят малышам никакой радости.

Но вот и мультик и вторая надпись «При поддержке Федерального агентства по культуре и кинематографии». Это «Веселые мишки», на DVD они продаются давно, а в детской передаче только дебютируют. Это пятиминутные мультики из жизни двух медведей, бурого и белого. Один резонер, другой невоспитанный хвастун вроде Хрюши. Оба сильно смахивают на исхудавшего безрогого Салли из «Корпорации монстров». Еще в мульте есть зеленоватый цыпленок, похожий на Гомера Симпсона с зубастым клювом, пингвин, слизанный из «Мадагаскара», и дракон Примус (возможно, аутентичный, прототип не опознала). Студия анимации «Первое поле», выпускающая «Веселых мишек», на своем сайте пишет: «С точки зрения исполнения новые серии мультфильмов… не уступают западным аналогам — прорисован буквально каждый волосок медвежьего меха. При этом сюжет их учит добру, любви, заботе о ближнем, то есть сделан с душой — именно такими должны быть истории в современной анимации и анимационных фильмах». Анимация компьютерная, на медведях в самом деле виден каждый волосок, так что матчасть российские аниматоры освоили.

Вот, например, как учит добру и заботе о ближнем одна из серий, рассказываю. Бурый мишка загипнотизировал белого. А тот вытянул лапы и пошел лунатить по окрестностям. «Нужно срочно вернуть его в кровать», — заволновался бурый. И пошел к дракону. Сонного белого нашли, привязали к нему веревку, за которую дракон отбуксировал его домой (пролет на фоне полной луны, привет Спилбергу). Дома бурый медведь и цыпленок привязали белого к поставленной стоймя кровати, привалились к бокам и заснули. Утром белый проснулся и говорит: «Никогда в жизни так сладко не спал. А ты меня еще раз загипнотизируешь?». Вся компания заходится от смеха, конец.

При желании таких сюжетов можно настрогать много-много: взять, например, крокодила (а нет, было уже)… бегемота… (нет, тоже было)… ну хорошо, жили-были коала, морской еж и птица Гамаюн, а морской еж никогда не мыл за собой посуду. Вот уже и завязка сюжета, а если Федеральное агентство выделит бюджет, то можно дописать сценарий и как следует прорисовать на птице все перышки и на еже все иголочки, а на коале каждую шерстинку, то получится произведение искусства. Так в основном сейчас и делаются произведения для детей.

Нет, в мультиках про веселых мишек иногда встречается и смешное, и трогательное (прелестна, например, история о лунном происхождении волков в одной серии, да и сам волк хорош). Но все это — еще наброски, экзерсисы, гаммы, еще учебный проект, а не готовый продукт; еще пустая форма, куда только предстоит вложить душу.

Вроде бы все на месте в нынешней «Спокойной ночи, малыши!» — и формат соблюден, и ведущая красивая, и все шерстинки на медведе видно, и слова правильные сказаны. Все блестит, как настоящее, и не приносит никакой радости. Загадка.