Рядовой Ясненской ракетной дивизии Андрей Косырев — полтора месяца в коме. Молодой человек, призванный в ноябре прошлого года из Балакова Саратовской области, не выдержал издевательств старослужащих и, согласно предварительному диагнозу, отравился… дымом от пластмассовой линейки. Как утверждают родители солдата, сын не раз писал об угрозах со стороны «дедов». Мать, ухаживавшая за Андреем в больнице, видела на его теле гематомы, порезы, многочисленные синяки и ссадины.
Справка «Новой»
Дислоцированная в Оренбургской области Ясненская 13-я ракетная дивизия имеет на вооружении стратегические ракеты СС-18 «Сатана» с ядерным зарядом. Около 40 лет дивизия сохраняет постоянную боеготовность. В 2001—2002 годах признавалась лучшей среди однотипных по вооружению соединений РВСН.
У Косыревых два родных сына и один приемный. Из села в город семья переехала год назад в поисках работы. Отец устроился экскаваторщиком, мать, Марина Васильевна, — продавцом. Андрей закончил техникум по специальности бухгалтер-аудитор. В армию пошел по принципу «надо — так надо». Призвали 16 ноября. По утверждению областного военкомата, направили служить в погранвойска в Дербент. Но оказался Косырев у ракетчиков под Оренбургом.
Мать ездила в поселок Ясный на присягу. Новобранцам разрешили ночевать в гостинице вместе с родителями. Юноши и рассказали о «развлечениях», принятых в элитной части. «Ежей» (молодых солдат) заставляют делать «крокодилью стойку» — висеть над кроватью, упираясь в каретки. А еще «есть цветики». Это когда человека подвешивают на веревке за пальцы ног. Но чаще всего практикуется «ужин космонавта» — срочнику запрещают есть, заставляя при этом смотреть на тарелку со сладостями.
За три месяца в армии у Андрея развился гастрит. Лежать подолгу в госпитале рядовой боялся — сержанты считали, что он «зашарил» (то есть симулирует), и били.
Больше всего Косырев опасался попасть на технико-ракетную базу, где дедовщина, по его рассказам, была самой страшной. Именно туда после присяги его и отправили.
21 февраля Андрей написал родным: «К нам еще «ежей» прислали. Теперь нас человек двести с лишним станет, и будет полегче. Потихоньку привыкаю, буду проситься на бахчи. Там деньги обещают и от «дедов» подальше. Мама, пришли посылку и денег, достал «дед», жрать просит. А если нет денег — хрен с ним, пусть сдохнет». В семье Косыревых не принято ругаться: сын упомянул «кодовое» слово. Еще во время присяги Андрей с матерью договорились, что оно будет условным знаком на случай чрезвычайных обстоятельств.
1 марта Марине Васильевне позвонил командир части и попросил приехать. По словам офицера, ничего серьезного не произошло: парень «обкурился», домашние должны взять с собой ремень и его выпороть.
Косыревы заняли денег и 3 марта были в Ясном. В местный госпиталь их сначала не пустили, сказав, что сын выпил тосол. Затем, по словам Марины Васильевны, командир, военный врач и психолог в течение трех часов убеждали родителей, что Андрей страдает задержками умственного развития и вообще неуравновешенный, «мутный» тип. В ход шли следующие аргументы: молодой человек с тоской смотрит в окно, не отличается хорошей памятью, меланхоличен — «таким нельзя доверять оружие» (а уж тем более ядерные ракеты).
Как утверждает мать солдата, военные пытались отнять и порвать письмо, в котором новобранец жаловался на дедовщину. Когда же женщине стало плохо, офицеры даже не дали ей воды и продолжали твердить: «Мы из-за вашего сына погоны потеряем». Наконец родным признались, что Андрей еще 2 марта перевезен в Первую городскую больницу Орска.
4 марта Марину Васильевну пустили в реанимационную палату. По словам Косыревой, на голове сына была «гематома размером с подушку». На затылке — шов от зашитой рваной раны, на руках — ссадины, похожие на следы от веревки, грудь и ноги покрыты синяками. Из легких пациента откачали 750 миллилитров рвотных масс, что, по предположению медиков, может указывать на произошедшую остановку сердца.
В больницу, как утверждает Марина Васильевна, явился один из полковников ракетной дивизии и убеждал врачей подписать справку с указанием, что травмы юноша получил уже во время лечения: в бреду метался по кровати. Сделать это врачи отказались. Наблюдались: кома третьей степени, токсическая пневмония, почечная недостаточность, отеки мозга и легких.
16 марта балаковца направили в гарнизонный госпиталь Оренбурга. Лететь предстояло на военном вертолете около двух часов. Из гражданской машины «скорой помощи» на борт пациента перегружали посреди степи. Военные собирались положить больного пневмонией (одетого только в больничный халат) на голые носилки. Родители укутали его своими дубленками. В ответ на их возмущение представители части заявили, что в Ясном умирает от пневмонии еще один солдат и его матери не сообщили ничего, так что Косыревым даже очень повезло.
В Оренбурге Андрею поставили диагноз «отравление неизвестным ядом». По словам врачей, «течение болезни не указывает ни на одно из известных токсических веществ».
К концу марта молодому человеку стало немного лучше. Он может самостоятельно дышать, заработала одна почка. Андрей реагирует на боль и шум, шевелит руками и ногами, открывает глаза, иногда плачет. Для дальнейшего лечения его перевели в Центральный военный клинический госпиталь РВСН № 25 в подмосковном Одинцове. Как рассказали нам в госпитале, состояние пациента остается стабильно тяжелым. Причину болезни одинцовские медики, по их утверждению, не установили и точный диагноз сообщить не могут.
Отец и мать Андрея провели в больницах почти месяц. В Орске их приютили санитарки. В Оренбурге разрешили ночевать в палате. Ясненская дивизия лишь однажды выдала 10 тысяч рублей на санитарные принадлежности, необходимые лежачему больному. Денег на проживание в Подмосковье не осталось, и Косыревы-старшие вернулись домой.
Оренбургская прокуратура ракетных войск (войсковая часть 63549) провела проверку в Ясненской дивизии. Как выяснилось, Андрея Косырева доставили в местный госпиталь ночью 28 февраля. Юноша напоминал пьяного — заторможенная реакция, нарушение координации движений, расширенные зрачки… Андрей рассказал командиру, что днем его избил сослуживец, младший сержант Ворсин. Как понял офицер, опасаясь повторения издевательств, рядовой решил лечь в госпиталь. Настрогал пластиковой линейки и курил стружку. Первоначально военные медики поставили диагноз «вегетососудистая дистония». От нее и лечили, пока Андрей не впал в глубокую кому.
Прокуратура возбудила уголовное дело по статье 286 УК «Превышение должностных полномочий» в отношении сержанта Ворсина. Если будет установлена связь между избиением и отравлением, ему могут предъявить дополнительные обвинения. Мерой пресечения для подследственного избрано «наблюдение командира части».
Как рассказала Марина Васильевна, на сегодня Андрей вышел из комы, заново научился ходить и говорить. У юноши развился панкреатит, поражена селезенка, сказываются последствия сильного истощения. По словам мамы, Андрей «абсолютно в здравом уме». Но не помнит ничего из последних двух лет жизни — в том числе того, что произошло в армии. Андрею еще предстоит пройти военно-врачебную комиссию, которая определит, сможет ли он продолжать службу.