У вятских сирот отыскался добрый дядюшка в Техасе Вообще-то удивительно, что мистер Уолис Бейли разыскал этот вятский городок. С таким названием в России — десятки населенных пунктов, и можно в трех Сосновках заблудиться. Но он приехал и...

У вятских сирот отыскался добрый дядюшка в Техасе

В

ообще-то удивительно, что мистер Уолис Бейли разыскал этот вятский городок. С таким названием в России — десятки населенных пунктов, и можно в трех Сосновках заблудиться. Но он приехал и прожил в детском доме вятской Сосновки полторы недели, мужественно обходясь без ванны, без душа, без новостей CNN и даже бейсбола. Американский гость отказался от привилегий. Он обедал и ужинал с детьми и лишь касательно завтрака допустил некоторую слабость — попросил готовить ему овсяную кашу.

О здешнем меню приходится говорить особо. Бюджет Кировской области позволяет кормить каждого из 215 воспитанников интерната примерно на 20 рублей в день. В этих условиях, конечно же, не может идти речи о рыбе, твороге, яйцах, булочке с маслом. Стакан молока в полдник получают лишь дошкольники и ученики 1—2-х классов. Ученикам 3—11-х классов, а также пока не впавшему в детство мистеру Бейли в полдник полагается чай.

Автору этих строк впервые довелось побывать в Сосновской школе-интернате пять лет назад, и тогда, как и сейчас, многоопытный директор Галина Квитинская вспоминала советские времена, особенно с 1987 года по 1991-й, когда финансирование позволяло покупать детям соки и фрукты. Помнится, меня поразило, что наряду с людьми, помогающими интернату овощами со своего огорода, нашлись и такие, кто, лишив детей компота, вырвал с корнями кусты смородины на пришкольном участке и срезал еще недозревшую капусту.

Так мы живем: детей в капусте находим довольно часто, а воров — никогда.

О детском доме в Сосновке Уолис Бейли узнал от разъезжающих по Вятскому краю американских пасторов и стал передавать с ними деньги для детей. Так, в декабре прислал 400 долларов, а в интернате как раз не было денег для встречи Нового года. От нашего Деда Мороза, кроме стишков, ждать было нечего, и американский Санта-Клаус появился очень кстати.

Потом началась переписка. Компьютера в интернате не водилось, и письма в Америку отправлялись электронной почтой из города Вятские Поляны, расположенного на другом берегу Вятки. Санта-Клаус спросил, чем он может помочь детям. И изъявил желание подарить компьютер.

— Я ему честно написала, — рассказывает директор Квитинская, — что нам не до компьютеров. У нас прачечная вышла из строя, а ведь каждый день нужно стирать. И попросила купить производственную стиральную машину. Он связался с городом Вязьмой, где такие машины выпускают, и затребовал прайс-лист. Этот лист шел до Америки три месяца, а за это время мы вопрос со стиркой утрясли. Бейли вернулся к варианту с компьютером и дал нам денег на целый компьютерный класс, включая даже столы.

Есть догадка, что мистер Бейли приехал в Сосновку не только для того, чтобы водить с детишками хороводы. Он еще хотел убедиться, что присланные деньги использовали по назначению. Известно же, что в Америке думают о России: что ни дай — все разворуют.

Уолис Бейли убедился, что с компьютерами все в порядке, и теперь, если даже ему скажут, что стиральную машину просили для отмывания грязных денег, он уже не поверит.

Нынешним летом город Сосновка отметил свое 40-летие. 40 лет отмечать, конечно, приятнее, чем 40 дней. Экономика города померла, и ее вроде даже не помянули. Когда-то Сосновку называли городом вятских корабелов. Здешний судостроительный завод, начав с шаланды «Факел социализма», построил немало рыболовных траулеров, сейнеров, пассажирских судов. Однажды здесь по спецзаказу даже изготовили для дорогого Леонида Ильича не менее дорогой катер.

Сейчас завод разорен дотла. В городе — хроническая безработица. Наиболее целеустремленные горожане, чтобы прокормиться, ездят вахтовым методом на Север. Когда спрашиваешь, есть ли в Сосновке удачливые предприниматели, называют всего две фамилии деревообработчиков — Гречко и Черненко. Даже на Политбюро не набирается.

Ну к кому в таком городе можно обратиться за помощью? А ведь у школы-интерната нет денег на одежду, хозяйственные и канцелярские товары, бензин.

— Мы попрошайничаем, — откровенно говорит Галина Квитинская. — Помогают нам завод «Молот» из соседних Вятских Полян, магазины «Урал» и «Вятка», областное отделение Российского детского фонда…

Директор старается перечислить всех, чтобы не обиделись, и доходит до ветеранской организации деревни Средние Шуни, которая помогла овощами. И невольно отмечаешь, что ветеран из Техаса сделал для интерната больше, чем наши бедные организации. Отставной офицер Уолис Бейли собирается открыть в интернете страничку, посвященную детскому дому в Сосновке, и привлечь новых спонсоров. Возможно, тогда и осуществится давнишняя мечта Галины Эдуардовны Квитинской.

— Маленькую бы баньку! Чтобы был крохотный бассейн и комнатка для чая из самовара. Для детей это был бы праздник!

Сейчас их возят в городскую баню, а когда энергетики за долги отключают в ней горячую воду, то малышей приходится мыть в чьих-то квартирах (куда без спросу не намылишься), а старших — как-нибудь в своей прачечной.

Словом, немножко американских денег, и будет баня. Русская, разумеется.