«Что делать? Варенье варить!»

Как живет большая семья без собственного дома и официальной работы у родителей

Больше тысячи российских семей подали заявления на получение нового пособия — 450 тысяч рублей, которые выдаются при рождении третьего и последующих детей на погашение ипотеки. Компания «Дом.РФ», выступающая оператором программы господдержки, начала принимать документы в конце сентября. За последние полтора года 22 тысячи семей с детьми взяли льготную ипотеку по ставке 6 процентов.

Всего в стране около 1,5 миллиона многодетных семей. Большинству не до покупки жилья. Росстат подсчитал, что 52 процента детей в таких семьях растут за чертой бедности.

Власти обещают потратить на маленьких россиян большие деньги. Только на продление выплаты детского пособия с полутора до трех лет в федеральном бюджете 2020 года заложено 150 миллиардов рублей. Но, например, финансирование Росгвардии составит 249 миллиардов. Бюджет МВД — более 1 триллиона рублей.

Несмотря на сладкие обещания начальства, россиянки стали меньше рожать. В первом полугодии 2019-го на свет появились 720 тысяч младенцев — на 8 процентов меньше, чем годом раньше.

«Скорее всего, рождаемость будет падать еще долгие годы», — признает министр труда и социальной защиты РФ Максим Топилин. По прогнозу Министерства экономического развития, в 2020-2023 годах увеличить население можно будет только за счет мигрантов, привлекая до полумиллиона иностранцев в год.

Золотой набор романтика

В съемном домике Натальи две комнаты. Обе — детские. В большей между кроватями остается место, чтобы устроить домашний театр.

«Кто у нас сегодня Муха?» — спрашивает многодетная мама. Младшая Лида (ей три года) восторженно визжит и натягивает карнавальный костюм. Вера (ей восемь) открывает коробку гуаши и наносит грим: красит в черный цвет лицо брата Пети (ему шесть). Он будет, естественно, Пауком. Сама Вера берет роли Бабушки Пчелы (первый выход в потертой спецовке), Бабочки-красавицы (голубое парео и кукольная корона) и Блошек с сапожками (старыми сандалиями).

Наталья запускает на телефоне музыкальный фон. Сегодня постановке решено придать драматизма, значит, подойдет Паганини. Наизусть читает Чуковского. Финальный поединок Комарика с антагонистом перетекает в батальную сцену: все участники, вооружившись рулонами обоев, рубятся с двух рук.

В любительских спектаклях Наталья участвовала три десятка лет назад в сельской школе в Ивантеевке. «Мы были влюблены в нашу учительницу по литературе. Она нас водила в походы. Стихи, гитары, песни у костра — золотой набор педагога-романтика. Недавно меня подвозил одноклассник. Оказалось, он помнит мое сочинение о Наташе Ростовой. Я в свои пятнадцать возмущалась: как она могла променять жизненные идеалы и перспективы на четырех детей! Мы с мужем познакомились в 1991 году и представить не могли, что нарожаем пятерых», — смеется Наталья.

В маленькой детской стоит советская койка, купленная на сайте бесплатных объявлений. Стена вместо обоев оклеена рисунками Веры. В прошлом году она захотела учиться в школе искусств. «Педагог с ней строго поговорила: ты уверена, что тебе это надо? Приняли только на платное отделение. Сама не знаю, как выкраивали по 900 рублей в месяц.

Вера ходила без пропусков, в дожди и морозы, почти всегда пешком, потому что на транспорт нет денег. В этом году в нее поверили, перевели на бюджет».

На листах ватмана — японка с веером, киты, чайки, сирень. Лебеди и маковки церквей похожи на пушкинские иллюстрации Татьяны Мавриной. На расходные материалы уходит почти тысяча рублей в месяц.

Удобств в домике нет. В левом углу кухни — жестяное корыто. В нем когда-то мылась сама Наталья, ее младшая сестра, а теперь дети. Посередине — газовая печка. Ведущая к ней металлическая труба обрезана наискось. Газ отключили за долги собственницы еще до того, как дом сдали квартирантам.

Семья Натальи платит за съем 6 тысяч рублей в месяц. «Мы отдавали деньги за электричество хозяйке. Но однажды к нам пришли энергетики. Оказалось, она не оплачивает квитанции, накопился огромный долг. Теперь вздрагиваем от шагов за калиткой. Если отрубят еще и свет, придется в зиму искать новое жилье».

Портрет страны в детском фотоальбоме

Каждый кризис в новейшей отечественной истории Наталья и Михаил отмечали появлением ребенка. Зоя родилась, когда продукты в Ивантеевке еще продавали по талонам. Михаил работал на каменном карьере. Зарплату давали бартером. «Как-то раз дали два велосипеда. Мы сделали детское кресло и ездили в походы».

Семейные накопления сгорели в 1998-м. «Помню, как везла мимо магазина коляску с Владой и плакала от обиды из-за того, что не могу купить йогурт. Памперс надевали только на выход, сушили на батарее».

В недавнем исследовании эксперты РАНХиГС выяснили, что российские семьи стараются отложить появление первенца. Показатель первых рождений упал до исторического минимума 1999 года. Исследователи уверены, что это связано с затянувшимся снижением доходов. А вот доля многодетных семей становится больше. Показатель третьих и последующих рождений в прошлом году вырос почти на три процента.

Эксперты отмечают, что «высокий уровень многодетности характерен для регионов с низкими социально-экономическими показателями» — местным жительницам трудно найти работу, а зарплаты настолько мизерные, что, по сравнению с ними, даже детские пособия представляются доходом. Но причины не только экономические. Большой семьей обзаводятся по внутреннему убеждению.

«Я стала понимать, что появление ребенка — это чудо. Не ты «завел» детей. Это дается или нет», — Наталья объясняет, почему ее обычная семья с двумя дочками разрослась.

Повлиять на личные установки, касающиеся деторождения, государство не может никакой пропагандой. Но может материально поддержать тех, кто сделал выбор в пользу большого количества детей. Тут и становится ясно, есть ли в демографических призывах государевых мужей что-то, кроме пропаганды.

В роддоме в Раменском (перед появлением Веры семья в поисках заработка уехала из Саратова) Наталью принимать не хотели. «Сказали: мест нет. Три часа я сидела в холле. Измором взяла. Провели в коридор, положили на кушетку. Мест действительно не было: даже в процедурной лежала роженица и в кабинете врача — две».

К моменту рождения младшей Лиды семья вернулась в Ивантеевку. Сельский роддом, в котором появились на свет старшие дочери Натальи, оптимизировали.

«Я поехала в Пугачев, в районную больницу. Там заявили: «Милочка, вам за сорок! Вы не сделали прерывание беременности, а мы должны решать ваши проблемы».

Сказали, что старородящие — группа риска, в глубинке нет нужных врачей и оборудования, надо ехать за 300 километров в Саратов. Фельдшер скорой опасалась, что не довезет, ведь у меня пятые роды и воды уже отошли. Заметила укоризненно: были бы у тебя 15 тысяч, приняли бы в любом роддоме».

Рискованная профессия

Материнский капитал Наталья с мужем «закопали в землю»: пытались построить дом в Ивантеевке. Заложили фундамент, подвели воду, сделали слив, купили лес и железо. Случился очередной кризис, цены на отделочные материалы взлетели, работы встали.

Семья снова переехала в Саратов, в арендованную избушку без удобств.

«В прошлом году дети пошли в воскресную школу. Там посоветовали обратиться к юристу при епархии, который составил письмо губернатору с вопросом о социальном жилье. Губернатор ответил, что в очередь на квартиру может встать семья с четырьмя детьми. Я писала спикеру ГД Вячеславу Володину и президенту. Тот же результат. У нас пятеро детей, но двое уже достигли совершеннолетия — значит, их как будто не было?»

Земельный участок, обещанный многодетным еще во время президентства Дмитрия Медведева, Наталья с мужем так и не получили. Не надеются они и на нынешнюю ипотечную компенсацию.

«Кто даст нам ипотеку? Я безработная. Муж и старшая дочка работают вчерную».

Папа в многодетной семье — персонаж зачастую сказочный, потому что он все время на работе. Глава семейства Михаил — мастер строительной бригады. Профессия рискованная с точки зрения оплаты заказа. Вероятность честного расчета — пятьдесят на пятьдесят. Особенно трудно получить деньги за работы на бюджетных объектах.

Десять лет назад Михаил участвовал в строительстве саратовского перинатального центра. Федеральный и областной бюджет выделили на проект больше 2 миллиардов рублей. Мастера Мишу вышвырнули за ворота стройки без оплаты. В прошлом году он работал на реконструкции стадиона «Авангард». С Михаилом не расплатились до сих пор.

Летом папа поехал в Москву строить церковь. Наталья поделилась радостью с батюшкой из своего прихода: мол, теперь-то рассчитаются честно. «Не факт», — ответил опытный иерей. Михаил вернулся без денег.

«Нам по карману носки и трусы»

Стабильную часть семейного бюджета составляют детские пособия. Дети прописаны в Ивантеевке у родственников папы. Раз в полгода Наталья должна ездить в село обновлять справки. Дорога в один конец стоит 650 рублей.

«Хорошо было, пока Лиде не исполнилось три года. До этого возраста на ребенка из многодетной семьи платят по 6500 рублей в месяц», — вздыхает Наталья. Сейчас она получает обычное детское пособие (это меньше двух тысяч рублей в месяц за троих). Еще около двух тысяч в месяц можно потратить из регионального материнского капитала, положенного за третьего ребенка, — деньги в безналичном виде перечисляют на оплату детского сада. Новые пособия, обещанные на первого, второго ребенка и на детей от полутора до трех лет, семье не достанутся.

«Нам по карману купить носки и трусы», — разводит руками Наталья. Помогают деньгами старшие дочери, рано ставшие самостоятельными. Зоя работает в Саратове в торговле. Влада — технолог керамического производства. Предприятие оплачивает ей заочную учебу в химико-технологическом университете имени Менделеева.

Прихожане соседнего храма привезли Наталье мешок лука и картошки. «Мы почти перестали покупать крупы: риса и макарон, которые нам пожертвовал приход, хватит на два месяца. А здесь наш запас на зиму, — Наталья эффектным жестом распахивает дверцы тумбочки с заготовками. — Как писал Розанов, в России летом нужно варить варенье, а зимой — пить с ним чай».

«Боюсь подсчитывать, сколько стоили бы сборы в школу с нуля», — говорит Наталья. Для второклассницы Веры родители купили канцтовары и кроссовки. Блузки и юбки подарили прихожане.

По субботам Лида ходит на развивающие занятия в районный дом творчества. Один урок стоит 150 рублей. Петя записан на курсы подготовки к школе. Набор пособий обошелся в две тысячи рублей. В доме творчества, как и в детском саду, с родителей тоже просят попечительские на ремонт и занавески.

Наталья старается заниматься с детьми дома: «Один в наушниках изучает английский, другая в это время рисует. Через полчаса на телефоне звенит звонок, как в школе. Ученики меняются местами. Потом начинается физкультура — все скачут по дому галопом. Это спасает от рутины, которая убивает любую женщину».

Одна из немногих статей расходов, на которой семья не экономит, — качественная литература. Недавно в Саратове проходила книжная ярмарка. Наталья достает из шкафа «улов». «Каждому купили по книге. Лиде — сказки. Пете — Свена Нурдквиста. Вере — Пушкина. Как без него вообще можно жить? Это же лучшее средство от депрессии», — говорит Наталья, перелистывая странички миниатюрного издания. И улыбается.

…Дети чувствуют, что утомительная задача вести себя хорошо, пока мама занята интервью, почти выполнена и самое время требовать награду. «Давайте в горпарк?» — предлагает Вера. «Проведем общее собрание, и если решим, что достойны, то пойдем. Сегодня скидки на аттракционы»,— отвечает мама. Еще одна защищенная статья семейного бюджета — мороженое. Это приз за сделанные уроки и вымытые полы.

Спрашиваю, чем многодетная мама может побаловать себя любимую? «Парикмахерская? Массаж? Я вас умоляю!» — Наталья хохочет, а потом достает из кухонного шкафчика секретное мотивационное средство. «Оливковое масло. Правда, оно довольно дорогое. Зато омолаживает кожу лучше любой косметики».