Оригинал материала
Без финансирования, на энтузиазме и со звездами: как и зачем будет работать «Свободный университет»
Создатели и участники «Свободного университета», бывшие преподаватели Высшей школы экономики, рассказывают, как будет строиться работа проекта, откуда возьмется финансирование и какие привилегии будет давать студентам прохождение не лицензированных и не аккредитованных нигде курсов.
Высшая школа экономики уже больше года переживает кризис. Сначала политический, когда в прошлом году среди арестантов «московского дела» оказался студент университета Егор Жуков, а теперь — и преподавательский. В этом учебном году множество преподавательских ставок сократили. По версии вуза — из-за реорганизации, а по мнению студентов и самих преподавателей — из-за их политических взглядов.
Чтобы защитить академические свободы, несколько уволенных и ушедших преподавателей объединились и решили создать свой собственный образовательный проект: «Свободный университет». В программе уже около двадцати авторских курсов, среди авторов есть настоящие академические звезды с мировыми именами, а всю свою деятельность преподаватели обещают вести горизонтально и без администрации.
«Хватит уже мечтать, давайте попробуем сделать»
«Вообще такие идеи носились в воздухе давно. Постоянно, когда увольняли какого-нибудь известного, знакового преподавателя или профессора, все начинали комментировать: мол, вот, давно пора из уволенных за взгляды создавать свой университет или какую-то новую образовательную структуру, — рассказывает Виктор Горбатов, один из создателей “Свободного университета”. — Но это всегда были только комментарии и никогда до дела не доходило. И вот в какой-то момент Кирилл Мартынов просто сказал: ну, хватит уже мечтать, давайте попробуем сделать».
Виктор Горбатов в прошлом преподаватель логики. Как и Кирилл Мартынов, и его супруга Юлия Горбатова, он преподавал в школе философии на факультете гуманитарных наук Высшей школы экономики. Больше не преподает: на факультете произошла реорганизация, слияние некоторых школ и сокращение многих преподавательских ставок.
И хотя ряд увольнений прокатился в этом году по всем факультетам, основания предполагать, что как минимум часть из них были по политическим причинам, есть. Еще с 2018 года из университета стали исчезать преподаватели с оппозиционными взглядами: например, ушла создатель «Transparency International — Россия» Елена Панфилова, научная сотрудница Елена Сироткина, изучавшая сторонников Навального, или известный политолог Александр Кынев. Вместо него читать лекции ВШЭ пригласила бывших функционеров «Единой России». А в 2020 году о потере мест стали сообщать и другие преподаватели — в том числе Виктор и Юлия Горбатовы и Кирилл Мартынов. Именно они стали создателями «Свободного университета».
«В начале нам всем, кто собрался, было страшновато, что мы не знаем, как это делать, не можем какие-то перспективы стратегически отследить, — рассказывает Виктор Горбатов. — Но мы поняли, что если мы будем садиться за стратегию, за разработку, за поиск каких-то форм и так далее, то мы просто на год это затянем и ничего не получится. В итоге приняли решение с легким сердцем запускаться как есть. Потому что бывают вещи, которые надо иногда просто начать делать, следовать потоку, а потом уже принимать остальные решения».
Авторские курсы и «звезды» академии
1 сентября «Свободный университет» официально запустился и опубликовал первую волну доступных курсов. Их сейчас на странице проекта около двадцати. Все курсы авторские, а имена у многих преподавателей довольно громкие — есть известные филологи, философы, правоведы и экономисты. Среди них есть и те, кто на первый взгляд с академией не связаны: писатель Дмитрий Быков ведет «Эволюцию сюжета и жанра», режиссер Владимир Мирзоев — курс, посвященный искусству кино. Все они читают собственные курсы, никак не регулируемые университетской программой.
По словам Виктора Горбатова, поначалу в программу проекта попали авторские курсы тех самых преподавателей, которые этим летом потеряли работу в государственных институциях:
«Мы решили: вот преподаватели по разным причинам выдавлены из университета. У этих преподавателей есть курсы, уже готовые, их не надо придумывать. Эти курсы пользуются бешеной популярностью. При этом они авторские: уходит преподаватель — вместе с ним уходит этот курс. А студентам эти курсы, видимо, нужны — раз они выбирают год за годом эти курсы и ставят этим преподавателям высочайшие оценки».
Кроме самого Горбатова, Юлии Горбатовой и Кирилла Мартынова, преподавать в «Свободном университете» стали и другие бывшие сотрудники госуниверситетов: например, ушедшие из Вышки Гасан Гусейнов, Елена Лукьянова и Элла Россман. В процессе обсуждения идеи к уволенным и ушедшим преподавателям присоединились и другие люди. Все решения о том, принять человека в «Свободный университет» или нет, по словам Горбатова, принимались коллегиально:
«В мире академии, даже несмотря на разделение по дисциплинам, есть институт репутации. И есть такие имена, про которые слышали все. И когда они приходят, все кивают: этот человек отлично вписывается в нашу стратегию, он очень крутой преподаватель, у него отличный курс. Собственно это три главных параметра, по которым мы достигаем согласия: крутой преподаватель, классный, уникальный и необычный курс, и следование его нашим ценностям, нашим представлениям о свободе знания, свободе обучения и свободе выбора».
Организация и финансирование
«Мы учредили такой, немножко шуточный “ученейший” совет, сами над собой иронизируем», — рассказывает Кирилл Мартынов. По его словам, организовать работу проекта планируют горизонтально — без администрации и в попытке создать сообщество между преподавателями и студентами. В «ученейший» совет, говорит Мартынов, входят как преподаватели, так и консультанты и советники проекта. «Это тоже публичные люди, известные в российском образованию, но без их согласия я их упоминать не могу», — добавляет Мартынов.
По словам Виктора Горбатова, распределение каких-то полномочий и обязанностей среди участников происходит добровольно и горизонтально, а все вопросы и решения обсуждаются коллегиально — даже формулировки текстов для анонса курса. У проекта пока есть один менеджер. Но никому — ни менеджеру, ни преподавателям, ни консультантам — зарплата не выплачивается: проект абсолютно бесплатный и построен на энтузиазме включенных в него людей.
«Мы работаем скорее за ценности какие-то, за те ценности, которые для нас важны, — рассказывает Горбатов. — Ради этих ценностей каждый из нас готов уделять часть своего времени, часть своей жизни, своей энергии вот этому важному проекту».
В будущем, по его словам, какое-то минимальное финансирование проекту потребуется — как минимум, для хорошей организации процесса, оплаты менеджера сайта и менеджера учебного процесса. Но как его будут получать, пока не ясно: возможно, это будут пожертвования или краудфандинг.
«Краудфандинг мы объявим после того, как наберем студентов и определимся с наиболее безопасной в российских условиях моделью сбора средств, — говорит Кирилл Мартынов. — Сейчас для нас важен этот проект не столько по финансовым причинам, сколько ради борьбы за какое-то право на профессию и ради сохранения общечеловеческого и профессионального достоинства».
Кроме того, добавляют создатели, возможно, какая-то оплата будет браться со студентов — но это пока не решено, но цену обещают символическую, а полученные средства собираются пустить исключительно на менеджмент проекта.
Без институционального контроля
Среди преподавателей «Свободного университета» есть и директор центра «Насилию.нет» Анна Ривина. Ее центр активно выступает за введение закона о домашнем насилии. Как рассказала Анна Ривина «МБХ медиа», в этом году ей по неизвестным причинам не продлили контракт на преподавание в МГЮА.
«Это было закрытое тайное голосование на научном совете, и у меня было голосов против моей кандидатуры больше, чем за. Полагаю, что это связано с моей позицией и видением того, что происходит в нашей стране, — рассказывает Анна Ривина. — После этого Кирилл Мартынов написал мне в телеграме. Сказал, что есть такой проект. Я о нем безусловно слышала, поскольку там много людей, с которыми я знакома и отношусь к ним с уважением. Я сказала, что мне это интересно, поскольку я люблю преподавать и мне нравится эта деятельность»
По словам Ривиной, ее курс по семейному праву в «Свободном университете» будет отличаться от того, который она вела в МГЮА. «В МГЮА у меня был четкий стандарт, были требования вуза, я должна была следовать программе. Здесь я понимаю, что могу формировать программу на свое усмотрение. Мы обязательно пройдем основы семейного законодательства и будем изучать семейный кодекс, но это задача номер два. Поскольку прочитать это и запомнить они могут и без меня. А вот то, что мне интересно, видимо, и стало причиной, почему в МГЮА больше не нужны мои навыки», — говорит Анна Ривина.
«Будем говорить о том, насколько велика пропасть между тем, как написан Семейный кодекс из принципа равенства, уважения и ненасилия, и как де-факто живут российские семьи. Конечно же, будем говорить и про домашнее насилие, и про разные интересные вещи, которые в разных странах регулируются совершенно по-разному — например, суррогатное материнство. — рассказывает преподавательница. — Мне хочется создать такую площадку, где студенты смогут не только заучивать знания — мне совершенно не нужно, чтобы они заучивали Семейный кодекс или что-либо еще из правовых норм. Это должно быть пространство, где они могут спорить, не соглашаться и сомневаться».
Вместо сертификатов — рекомендательные письма
«Курсы, которые мы сейчас запускаем в первой волне, точно никак не будут официально сертифицированы, — объясняет Кирилл Мартынов. — Мы собственно настаиваем на том, что мы не занимаемся официальной образовательной деятельностью, не предоставляем официальных образовательных услуг. В том числе для того, чтобы избежать возможных претензий со стороны российских надзорных органов, которые в любом случае будут появляться. Если говорить без пафоса, мы будем проводить домашние семинары, просто в зуме. Домашние семинары у нас в стране пока проводить не запрещено и министерством образования это не лицензируется».
По крайней мере пока с учетом эпидемиологической обстановки занятия планируют проводить дистанционно. Так «поступить» в «Свободный университет» смогут студенты из разных городов и регионов — России и зарубежья. Все это делает «Свободный университет» похожим на другие онлайн-платформы дополнительного образования. Однако в отличие от них, никаких сертификатов о прохождении курсов студенты получать не будут. Вместо них они смогут получать рекомендательные письма — от тех самых «звездных» преподавателей.
«Тем людям, которые заканчивают курс и делают какой-то итоговый проект, мы будем писать рекомендательные письма. На русском и на английском языках. Если студент ориентирован на какую-то дальнейшую академическую деятельность, при поступлении в магистратуру или аспирантуру, чтобы он мог приложить это письмо в портфолио. Мы думаем, что это будет бумагой, достаточной для вознаграждения мотивированного на академическую деятельность студента», — объясняет Кирилл Мартынов.
«На практике в современном мире очень часто “корочка”, диплом об окончании какого-то учебного заведения, имеет не такое уж большое значение, — добавляет Виктор Горбатов. — Если сравнить, допустим, “корочку” какого-нибудь российского университета или рекомендательное письмо от конкретного известного профессора, который пишет: этот человек прошел у меня вот такой-то курс, и я могу сказать, что справился он с ним блестяще, — то вот такое рекомендательное письмо в современном мире весит иногда больше, чем корочка. Исходя из этих ощущений мы и решили, что нам не нужно пока стремиться к лицензированию и аккредитации».
Зачем и кому это нужно?
В 2019 году бывшие выпускники Вышки уже создавали похожий проект «Антиуниверситет». Он до сих пор работает — по большей части это лекторий, тоже состоящий из авторских курсов, но не нацеленный только на людей, связанных с академией. Это, утверждают создатели проекта, и отличает его от «Свободного университета».
«”Антиуниверситет” — наши друзья, один из их организаторов сейчас наш преподаватель и мы планируем сотрудничать. Но чисто идеологически нам не очень близка идея “анти”, потому что мы-то хотим университет. Совершенный, хороший и развивающийся», — говорит Кирилл Мартынов.
По словам Виктора Горбатова, от других просветительских проектов и платформ дополнительного образования, «Свободный университет» будет отличаться тем, что будет работать именно как серьезное учебное заведение:
«Мы хотим создать не свободный для посещения лекторий, а образовательный проект, в котором по окончанию студенты проходят какой-то экзамен, сдают проект. Не просто публика, которая пришла послушать лектора и, возможно, порассуждать, а это более серьезно. Если я набираю студентов на свой курс, они у меня учатся и в конце сдают экзамен, я отвечаю за то, чтобы они освоили материал курса. Это не просто добровольное дело — захотел пришел, захотел ушел, ничем не закончилось. Это процесс, который имеет начало, середину и какой-то осмысленный конец. Требования и профессиональная дотошность будут такие, как в лучших университетах России и зарубежья».
По словам создателей «Свободного университета» основная цель проекта — это сохранение академического сообщества и высоких качеств университетского образования в России в ситуации, когда оно оказалось в кризисе из-за политической обстановки.
«Я вижу большую большую проблему в том, что Россия сейчас стремительно девестернизируется, — говорит Кирилл Мартынов. — Здесь сворачиваются какие-то институты, связанные с такой нормальной европейской жизнью, как, наверное, большинство из нас ее ценит. При этом я понимаю, что многие люди скорее всего хотят жить в европейской стране, а не какой-то другой. Для того, чтобы это стало возможным, нам нужно делать определенные вещи. Среди прочего, например, искать и воспроизводить какое-то современное социальное знание: обществе, в котором мы живем, о том, как устроен мир и так далее. И вот наш долг как преподавателей, как мне кажется, заключается в том, чтобы найти себе союзников среди студентов действующих российских и не только российских университетов, которые примерно так же себе видят поиск современного социального знания — знания, которое способствует свободомыслию человека».