"С Путиным говорить бесполезно"

Борис Березовский в эксклюзивном интервью Граням.Ру комментирует свое письмо Российскому союзу промышленников и предпринимателей.

В.К.: Была ли у вас предварительная договоренность с Гусинским?

Б.Б.: Не было. Хотя с Гусинским я встречался не раз, это известно. Мы с ним обсуждали все трудности, которые есть вокруг его компании, - и финансовые, и юридические, и политическое давление. И я на самом деле очень давно думал, как можно ему помочь. Но я с ним ни разу впрямую не обсуждал, что вот, Володя, я готов тебе дать кредит и так далее. Потому что на самом деле не очень-то был готов, если серьезно говорить. Я думал на эту тему, обсуждал ее со своими друзьями, но не с Гусинским. И все-таки последней каплей, которая побудила меня к этому решению, было интервью Гусинского ("Коммерсант", 05.02.01. - Ред.). Я считаю, в отличие от Сороса, что компания НТВ не существует без Гусинского. Может быть, компания будет лучше, если Гусинский уйдет, может быть, хуже, но это будет другая компания, и я не знаю, какой она будет. А вот про эту компанию я знаю - она реально, без пафоса, очень нужна России. России новой, которая пытается вырваться из этого рабского, плебейского состояния, в котором пребывала многие сотни лет. Такая компания нужна именно для этой цели. Когда я прочитал интервью Гусинского, я понял, что его не сломали. От нашей последней встречи у меня было впечатление, что силы у него уже на исходе. А в этой борьбе приходится занимать все время публичную позицию. Но этим интервью он показал, что не сломлен, - и я принял свое решение. Теперь пусть он решает.

В.К.: Ваше обращение вынуждает членов РСПП делать немедленный выбор. Как вы думаете, каким он будет?

Б.Б.: Не хочу гадать. Очень важно, чтобы бизнес-сообщество наконец без всякого лицемерия осознало свою политическую и гражданскую ответственность. И чтобы бизнес не следовал рекомендациям президента, рекомендациям незадачливых политологов, утверждающих, что крупный капитал будет доведен до ничтожества. Роль капитала крупного - не среднего, не прочего капитала - в любой демократической стране огромна. Поскольку капитал в моем понимании является концентрированным потенциалом нации. И это вовсе не один человек, в руках которого соредоточены колоссальные богатства, хотя бывает и так. В большинстве случаев это огромное количество акционеров. Те, кто берет на себя ответственность работодателя, в конечном счете ответственны за то, чтобы страна процветала. И с моей точки зрения ответственность бизнеса не случайна, поскольку это и есть наиболее активные люди, способные создать самостоятельное дело и ни от кого не зависеть.

Именно к этим людям я и обращаюсь. Вы знаете, что в решающие моменты новейшей российской истории бизнес не раз оказывал колоссальное влияние на политику. Так было в 96-м, 99-м, так происходит и в 2001 году. Мое письмо - это призыв к сплочению перед реальной опасностью. Надо не закрывать на нее глаза, а занять открытую гражданскую позицию. И мне кажется, что люди, которые собрались в РСПП, которые занимаются бизнесом, многие предприниматели в регионах тоже почувствовали, наверное, что власть лишает их инициативы, самостоятельности. А сохранить самостоятельность без свободы слова, без свободы средств массовой информации, невозможно.

В.К.: Почему вы одновременно не обратились к Путину, как сделал это некоторое время назад Тернер?

Б.Б.: Я, в отличие от Тернера, имею большой опыт отношений с Путиным. Этот опыт был одно время абсолютно положительным, потом он стал сугубо отрицательным, и этот отрицательный опыт подтверждается каждый день. В результате у меня иллюзий больше не осталось. Путин принял политическое решение, суть которого состоит в концентрации средств массовой информации в руках государства. Его политика вообще нацелена на концентрацию власти - именно концентрацию, а не консолидацию. И он разрушает существующую в России систему власти. По существу нарушает Конституцию. В этом смысле он, конечно, совершил преступление. И совершенно логично, что после этого Путин пытается поставить под контроль все значимые СМИ, а с незначимыми разберутся на региональном уровне.

И я поэтому считал, что разговор с Путиным на эту тему лишен смысла абсолютно. Вот Тернер и Сорос поставили себя в очень сложное с моей точки зрения положение. С одной стороны, их порыв можно всячески приветствовать. Хоть за ними Интерпол бегать не будет, все равно это мужественный поступок. Потому что они имеют дело с такой властью, которая готова бомбить города в Чечне, имитировать взятие заложников. И если она до сих пор не может прояснить вопрос со взрывами в Москве, то можно предположить, что эта власть готова почти ко всему. И поэтому они идут на определенный риск. Но они не понимают, что СМИ в России - не бизнес. Это в чистом виде политика. И поэтому они не могут остаться в стороне от давления власти, если они будут оставаться верными себе, говорить правду. Сорос никогда не участвовал как профессионал в работе СМИ, а Тернер это все понимает. Отсюда попытка договориться с Путиным - дай нам гарантию, что мы сможем говорить правду. А президент абсолютно в духе лучших традиций КГБ говорит: а почему вы меня-то спрашиваете? У нас закон работает, у нас законы есть и о СМИ, и о хозяйственных нарушениях.

Но ведь он под законом понимает то, что ему надо. Он считает, что это нормально по закону давить НТВ. А с другой стороны, он сам говорит: да, сегодня у нас СМИ не могут быть экономически эффективными, потому что рынок низкий, рекламы мало. Вместо того чтобы сделать логический вывод: гоcударство должно дать долгосрочные кредиты СМИ, десятилетние кредиты - и одновременно заявить, что если будет монополистом одна группа, то тогда не будем ей давать кредиты... Есть же все эти экономические рычаги. Зачем же сразу полицейских в масках из фильма? Зачем же сразу ОМОН? А ответ уже известен: Путин не понимает сложности проблем и ищет простые решения. Не хватает интеллектуальной силы, чтобы решать сложные проблемы, - ни ему не хватает, ни его команде. Поэтому, возвращаясь к Тернеру и Соросу, я считаю, что как раз российский бизнес должен их поддержать. И поддержать своим собственным примером. Ведь на самом деле смешно, что свободу СМИ для нас реально пытаются отстоять иностранцы.

В.К.: По Москве уже пошли слухи, что вы предприняли эту акцию, потому что не надеетесь получить от государства деньги за проданные акции ОРТ.

Б.Б.: Я уверен, что говорить будут еще и не то. Так, как всегда говорят, интерпретируя мои действия. Очень много недовольных тем, что я занимаю последовательную позицию в течение последних 6 лет. Естественно, многим это не нравится. Что касается ОРТ, то я деньги за ОРТ уже получил, поэтому это предположение бессмысленно. Этот вопрос исчерпан. А интерпретировать будут по-всякому - например, так, что Березовский это сделал для того, чтобы предупредить действия прокуратуры, которая будет его арестовывать или искать по всему миру. Я честно скажу: я в этом смысле плевал абсолютно всегда и на прокуратуру, и на этих жалких людей, которые отрабатывают свою зарплату, нечестно отрабатывают. Мне просто наплевать. Если бы я реагировал на все, что обо мне говорят, наверное бы с ума сошел или помер от инфаркта. Я реагирую только на аргументы, а на этот поток сознания, на вот эти действия идиотов - ну какой смысл реагировать? Одной из самых сложных задач для меня лично в течение последних тяжелых пяти-шести лет было просто остаться самим собой.

Текст открытого письма Бориса Березовского Российскому союзу промышленников и предпринимателей - Lenta.Ru, 07.02.2001

Фото НТВ.Ру