Как епископу стать контрабандистом?

На фоне одиозного процесса над Михаилом Ходорковским мало кто заметил такое событие, как оправдание старообрядческого епископа Аполлинария в одном из районных судов Брянска. А это дело, между прочим, не менее примечательно с точки зрения характеристики российской судебной системы.

Владыка Аполлинарий – человек для церковной старообрядческой среды не совсем обычный – закончил Менделеевский институт (для любителей конспирологии специально отметим – на полтора десятилетия раньше Ходорковского), защитил диссертацию. Занимался научной работой, преподавал, получил звание доцента. Священником стал в начале 1990-х годов. Впрочем, происходит он из старообрядческой семьи, последовательный приверженец древнего благочестия. В общем, человек с почтенной биографией, а не какой-нибудь проходимец.

Фабула дела проста. А апреле 2000 года епископ Аполлинарий собрался с пастырской поездкой в Украину, где живут его духовные чада. Поездка предполагала совершение православных обрядов – крещения, исповеди, причащения. Поэтому владыка взял с собой необходимые для этого предметы – латунную ложечку для причастия, латунный крестик и четыре богослужебные книги, изданные в 1909-1912 годах.

Старообрядческая церковь еще со времен протопопа Аввакума очень ревностно относится к тому, что многие верующие РПЦ считают формальностью – например, кем и когда изданы книги, необходимые для богослужебной практики. Не дай Бог помолиться, используя никонианские, испорченные, с точки зрения старообрядцев, Библию или Требник. Поэтому многие из них до сих пор служат по книгам, изданным массовыми тиражами в начале века, когда царь Николай II разрешил старообрядцам свободу богослужения.

Когда владыка Аполлинарий пересекал границу, ему задали сакраментальный вопрос: не везет ли он чего-либо запрещенного. Епископ, разумеется, не мог предположить, что привычные ему вещи входят в разряд «запрещенных» и подлежат декларации. Однако таможенники сочли их «культурными ценностями», и местное управление ФСБ начало против епископа уголовное дело, которое затем передали в суд.

Тут и началось. В 2002 году епископа приговорили к трем годам лишения свободы — «за контрабанду». Приговор был подтвержден судом второй инстанции, но отменен по протесту зампреда Верховного суда. В 2003 году – новый суд и новый приговор: 6 месяцев лишения свободы с применением амнистии. Наконец 27 мая 2005 года в ходе очередного судебного процесса епископ был оправдан. Фантасмагория вокруг четырех книг и латунной ложечки длилась свыше пяти лет.

Кстати, о книгах. За прошедшие годы несколько раз назначались экспертизы на предмет их оценки и определения того, являются ли они культурным достоянием. Один из экспертов оценил «контрабанду» (включая и ложечку, и крестик) в 580 рублей, другой – в 500, третий – аж в 2000 (правда, эта экспертиза была вскоре отозвана органом, который ее проводил – иными словами, дезавуирована).

Четвертый – из управления по сохранению культурных ценностей – посчитал, что вывозимые предметы «не могут быть признаны культурными ценностями». Пятый – из Брянской научной библиотеки – заявил, что книги являются редкими, так как в его библиотеке они отсутствуют (феноменальная мотивировка, сразу многократно умножившая количество редких книг на земле). Кстати, именно на последней экспертизе основывалась позиция прокуратуры.

Особенность процесса над владыкой Аполлинарием заключается в том, что для обычного подсудимого полгода условно или с применением амнистии – это, конечно, неприятность, но не смертельная. Репутационные издержки для большинства наших соотечественников — проблема сугубо абстрактная. К тому же судимость в случае примерного поведения довольно быстро снимается, и тогда в анкетах можно смело писать: «Не судим».

Совсем по-другому обстоит дело с людьми, которые по тем или иным причинам заботятся о своей репутации. Для них даже один день условно – это сильнейший моральный удар. Ну не может епископ быть уголовником-контрабандистом – в этом случае от него отвернется паства, особенно если иметь в виду строгость нравов в старообрядческой среде. Поэтому в течение всей судебной «пятилетки» владыка твердо стоял на своем, вину не признавал и добивался оправдания. Кстати, репутационный аспект сближает «дело Аполлинария» с процессом Ходорковского – в обоих случаях подсудимые не согласились на предлагаемый компромисс, который вел к «гражданской смерти».

Остается только гадать, с чем связано упорство стороны обвинения, стремившейся во что бы то ни стало «посадить» епископа. Может быть, с желанием защитить честь мундира – самая простая и обычная причина. А может быть, с внутренними конфликтами в старообрядческой среде – епископ Аполлинарий выступил против издавна связанного с государством руководства своей Древлеправославной церкви и фактически основал новую ветвь поповского старообрядчества. Впрочем, это скорее конспирологическая точка зрения.

Но как бы там ни было, главная беда в том, что в течение пяти лет ни в чем не повинный священнослужитель вынужден был доказывать, что не собирался вывезти из страны и продать за сущие гроши предметы, обладающие для верующего человека в первую очередь сакральной ценностью. Пять лет над ним был занесен дамоклов меч судебной системы. Пять лет человек не мог нормально выполнять свои обязанности пастыря. И поэтому счастливый финал дела о контрабанде на 500 (а может, и на все 2000!) рублей оставляет смешанные чувства – и облегчение, и горечь.