Битва за юань

Ситуация вокруг китайской экономической политики накаляется, и это неудивительно: китайская привычка занижать курс своей валюты, юаня, значительно замедляет восстановление мировой экономики. Эта проблема требует скорейшего решения. Жалобы...

Ситуация вокруг китайской экономической политики накаляется, и это неудивительно: китайская привычка занижать курс своей валюты, юаня, значительно замедляет восстановление мировой экономики. Эта проблема требует скорейшего решения.

Жалобы на то, что Китай манипулирует курсом на свою валюту — продавая юань и покупая иностранную валюту, чтобы ослабить юань и сохранить конкурентоспособность китайских экспортных товаров, — звучат с 2003 года.

Сейчас Китай добавляет свыше $30 млрд в месяц в свой валютный резерв, превышающий $2,4 трлн. По прогнозам Международного валютного фонда, в 2010 году активный баланс текущего бюджета Китая составит свыше $450 млрд — в 10 раз больше, чем в 2003 году. Валютной политики, настолько не соответствующей реальности, пока не вела ни одна великая держава.

И эта политика наносит серьезный ущерб другим странам. Большинство крупнейших экономик мира попали в «ликвидную ловушку»: они находятся в глубокой депрессии, но не могут помочь восстановлению, снизив процентные ставки, которые и так близки к нулю. Китай, создав незаслуженный активный торговый баланс, мешает другим странам бороться с кризисом, и им нечем ему противостоять.

Как нам на это реагировать? Во-первых, министерство финансов США должно перестать замалчивать эту проблему.

Минфин по закону обязан дважды в год выпускать отчет, в котором перечисляются страны, «манипулирующие курсом собственной валюты к американскому доллару с целью предотвращения корректировки фактического платежного баланса или получения нечестного конкурентного преимущества на международном торговом рынке». Отчет должен быть фактическим перечислением стран, а не программным документом. На практике, однако, министерство финансов не показало готовности бороться с занижением курса юаня или объяснить конгрессу, почему оно отказывается это делать. Вместо этого последние 6-7 лет министерство притворялось, что не замечает очевидного.

Продолжит ли следующий отчет, который должен быть опубликован 15 апреля, эту традиция? Это мы скоро узнаем.

Что будет, если минфин все-таки объявит о валютных манипуляциях Китая? Стоит развеять распространенный миф, что наша судьба в руках Китая. Считается, что мы не хотим спровоцировать КНР на то, чтобы скинуть свои долларовые активы.

Надо задаться конкретным вопросом: что случится, если Китай попробует продать большую часть своих долларовых активов? Подскочат ли процентные ставки? Краткосрочные ставки не поменяются: они удерживаются на почти нулевом уровне Федеральным резервом, и он не допустит их повышения, пока не снизится безработица. Долгосрочные ставки могут немного подняться, но это зависит в первую очередь от того, каких краткосрочных ставок будет ожидать рынок в будущем. К тому же Федеральный резерв может компенсировать результаты китайской продажи активов за счет приобретения большего количества долгосрочных облигаций.

Да, если Китай сбросит свои долларовые активы, курс доллара по отношению к другим крупным валютам, например евро, упадет. Но для США это будет иметь благоприятные последствия: наши товары станут более конкурентоспособны, а внешнеторговый дефицит уменьшится. С другой стороны, Китаю от этого будет только хуже, так как он понесет значительные убытки на своих долларовых запасах. Короче говоря, сейчас китайцы в руках Америки, а не наоборот.

Итак, бояться Китая нам незачем. Но что же нам делать?

Некоторые утверждают, что стоит мягко увещевать Китай, а не идти на конфронтацию. Но мы пытаемся договориться уже многие годы и так ничего и не добились: положительное сальдо Китая продолжает расти, а 14 марта премьер-министр Китая Вэнь Цзябао заявил, что валютный курс юаня не занижен. (По оценке Института международной экономики Петерсона, курс юаня занижен на 20-40%.) К тому же Вэнь Цзябао обвинил другие страны в стремлении ослабить свою валюту «только для того, чтобы увеличить объем собственного экспорта».

Но если увещевания не работают, какова альтернатива? В 1971 году США боролись с похожей, но куда менее запущенной проблемой заниженного курса иностранных валют, введя временный дополнительный налог в 10% на импортные товары. Через несколько месяцев, после того как Германия, Япония и другие страны подняли курс своих валют к доллару, налог был снят. На данном этапе сложно представить, чтобы Китай поменял свою политику, если он не столкнется с угрозой подобного противодействия, но в этот раз налог должен быть намного выше, скажем, 25%.

Мне нелегко предлагать такой переход к конфронтации. Но китайская валютная политика заметно ухудшает экономическую ситуацию в мире, хотя она и так далека от радужной. Пришло время занять жесткую позицию.