Шесть лет условно

В сетевом сообществе верящих премьеру осталось немного, в публике в целом их заметно больше, но люди верят ему небезоговорочно

Любовь БОРУСЯК,
доцент НИУ ВШЭ;

Алексей ЛЕВИНСОН,
руководитель отдела социокультурных исследований Левада-центра

Вспыхнувший этой зимой в Москве и других городах протест начинался как интернет-движение. Оно затем выплеснулось в офлайн, и теперь это части единого процесса. Хотя, по-видимому, наиболее яркие проявления активности в Сети и на улицах ушли, не приходится думать, что страна вернулась в прежнее состояние «стабильности». Интернет-сообщества, связанные с обсуждением политики и с контролем над действиями власти, существенно пополнились за прошедшую зиму, и участники не спешат их покидать. Такого рода сообществ очень много, в них входят сотни тысяч людей. Приведем для примера некоторые сведения о числе сторонников Алексея Навального. На сайте «РосПил» зарегистрировано 140 тысяч участников, его Twitter читают и комментируют почти 220 тысяч человек, у него 70 тысяч друзей в «Живом журнале». Десятки тысяч интернет-пользователей читают его Facebook, «РосЯму» и проч. Из этих кругов зимой вышло много участников массовых акций, они и впредь не собираются жить вне политики.

Среди населения в целом идут, по сути, те же процессы, хотя они не так активны и не так видны на поверхности. Узнать о них позволяют опросы общественного мнения. Они говорят нам о названном принципиальном сходстве позиций онлайн и офлайн населения по ряду важнейших вопросов. Опрос Левада-центра, проведенный через две недели после мартовских выборов, показал, что среди интернет-пользователей почти 2/3 считают важным «соблюдение гражданских и политических прав», но и среди тех, кто не пользуется интернетом, таких около половины. В эту новую общественную ситуацию предстоит войти «старому» президенту. Похоже, что в обществе, значительной частью проголосовавшем за него, он встретит смесь привычного доверия и нового скепсиса.

В сетевом сообществе верящих Путину осталось немного, в публике в целом их заметно больше, но люди верят ему уже небезоговорочно. Путин дал много обещаний накануне выборов. Каким из них верят, а каким нет? Тому, что он выполнит за ближайшие 6 лет обещание о «переоснащении армии новой военной техникой, соответствующей качеству вооружений НАТО», верят 57%. Тому, что состоится повышение «зарплат бюджетникам в 2—3 раза», верят 52%. В «широкомасштабное строительство дорог и развитие инфраструктуры» верит половина опрошенных. Как правило, верящих в исполнение этих обещаний больше всего среди пожилых женщин. Верят они, как видим, в советские по типу, грандиозные проекты и замыслы. Но когда речь заходит о превращении России в более современную страну, вера в могущество Путина падает и в этих слоях. Тому, что он выполнит обещание «снизить уровень коррупции как минимум в 2 раза», большинство не верит — как и обещанию повысить за 6 лет «производительность труда до уровня европейских стран». В реальность создания за 6 лет «25 миллионов рабочих мест в инновационных отраслях» решились поверить чуть более трети россиян. Видно, что многие граждане страны еще надеются на силу нефтяных денег, но в эффективность управления веры уже нет.

Таковы ожидания эффекта от путинских действий в экономике. Чего хотят и ждут от него в политике?

Вот вопрос о том, как ему вести себя с оппозицией. И по телевизору, и в Сети много говорится о том, что оппозиция и ее лидеры не сумели добиться популярности в народе. Пусть это и верно, но все же 2/3 жителей России считают, что Путину следует «обсуждать свои действия с представителями общественности, протестного движения, лидерами оппозиционных партий». Однако верящих тому, что Путин станет это делать, в полтора раза меньше, а 15% ожидают, что он вместо этого постарается им «отомстить за критику его действий».

Логически связанный с этим вопрос о вероятности репрессий при Путине давно обсуждается в некоторых блогах. Что касается публики в целом, то там тех, кто ожидает и желает репрессий, — меньшинство (ужесточения режима ждут около четверти россиян, «закручивания гаек» требуют около трети). Гораздо громче в обществе, а еще более — в интернете звучит мнение, что «людям надо предоставить свободу заниматься своими делами и следить только за тем, чтобы они не нарушали закон». За это — относительное большинство (48%), а среди интернет-пользователей — абсолютное (более 60%). И это в основном молодые и активные люди, которые именно так и хотят жить, и будут этого добиваться. В этом смысле ново-старому руководителю придется почувствовать, что попытки ограничивать права таких людей могут привести к новому всплеску протестов. Кто пока не будет протестовать против репрессий, так это женщины, притом бедные и пожилые, ядро аудитории главных каналов ТВ, ядро путинского электората.

Получится ли «закрутить гайки», не знает сейчас и сам Путин, как и того, сколько лет ему предстоит сидеть в президентском кресле. Мнение российских граждан на сей счет показал опрос: видеть Путина во главе страны более 6 лет хотят лишь 17% опрошенных, треть воздержались от ответа. Прямо заявили о своем желании, чтобы через 6 лет его сменил «другой человек» (но не Медведев), — свыше 40% россиян, а среди интернет-пользователей — более половины.