Оригинал материала
Умер писатель Анатолий Азольский
26 марта скончался известный писатель Анатолий Алексеевич Азольский, лауреат Букеровской премии (повесть "Клетка", 1996), один из лучших российских прозаиков постсоветской эпохи.
Литературный критик Евгений Ермолин в некрологе написал: умер "наш отечественный Кафка, наш Грэм Грин (кто понимает)". Оговорка "кто понимает" - симптоматичная, хотя Азольского может знать теперь и вполне широкая публика, благодаря сериалу "Диверсант", снятому по его книге ("Диверсант. Назидательный роман для юношей и девушек" // Новый мир, 2002, № 3-4).
Анатолий Азольский родился 27 июля 1930 года в Вязьме в семье военнослужащего. Окончил Высшее военно-морское училище им. М.В.Фрунзе. Служил корабельным артиллеристом в Военно-морском флоте (1952-54), работал в Кунцевском морском клубе ДОСААФ, инженером на предприятиях Москвы (до 1965), дежурным электриком.
Печатался как прозаик с 1965 в еженедельнике “Литературная Россия”, но главные произведения смог опубликовать только в эпоху перестройки. Он прославился романами "Степан Сергеич" и "Затяжной выстрел" (1987). Роман «Степан Сергеевич», законченный в 1967 году и проанонсированный "Новым миром" на 1968, по цензурным условиям смог выйти в свет лишь спустя 20 лет. В 1989 году по нему был снят двухсерийный телефильм.
Проза А. Азольского печаталась в журналах «Континент», «Дружба народов», «Новый мир», «Россия». Самые известные произведения писателя: "Берлин - Москва - Берлин" (1994), "Клетка" (1996), "Война на море", "Женитьба по-балтийски".
По мнению критиков, главное открытие Азольского – «первый, может быть, герой в нашей литературе, показанный не как жертва и не как открытый борец, а как мечущийся по клетке, но не смиренный волк, грызущий прутья ненавистной решетки, но принимающий пищу из рук сторожей – в надежде улучить момент, перегрызть мучителю горло и рвануть в лес» («Континент», 1998, № 95).
Критика и при жизни часто сравнивала Азольского с Грэмом Грином. «Добрую четверть века Азольский сочинял в стол, без всякой надежды, стиснув зубы от ненависти к системе. Ненависть была его музой – прозорливая, тонизирующая, хладнокровная. Той же ненавистью движимы все его герои: поджарые волки среди разжиревших волков... Будем честны: и то, что выходит из-под пера Азольского, – чистейшей воды «жанр», экшн с элементами шпионского романа... Жанр – и в то же время словесность высочайшей философской пробы. На родине Грэма Грина этот кажущийся парадокс издавна в порядке вещей. Мы же который год смотрим на большого мастера и в упор не замечаем его масштаба. Потому что смотрим под неверным углом. Сквозь кривые очки» (Борис Кузьминский. // «Политбюро», 11.11.2002).
См.: