Инвалидность не приговор, а повод стать киборгом

Будущее уже наступило.

Просто оно ещё неравномерно распределено.

Уильям Гибсон

Необходимость протезирования люди осознавали с глубокой древности, самый ранний образец протеза появился ещё до нашей эры. Переоценить попытки врачей восполнить утраченную часть тела сложно, ведь никто не застрахован от несчастного случая. От примитивных малоподвижных, призванных лишь нарастить длину конечности протезов технологии развились до компьютеризированных с полноценно гнущимися «суставами». Естественно, стоимость таких конструкций высока (0,8-1,5 млн руб), и в России доступна далеко не каждому, ведь даже для получения группы инвалидности необходимо пройти множество комиссий и доказать, что утерянные конечности все ещё не отрасли. Однако бюрократия не остановит научный прогресс, медики продолжают усовершенствование моделей и уже сумели достичь впечатляющих результатов, продемонстрированных на непобоявшихся экспериментов инвалидах, превратив их в настоящих киборгов.

Уроженец Хельсинки, программист, Джерри Ялава обнаружил, что у него отсутсвует фаланга безымянного пальца левой руки, доставая из кармана сигареты после ДТП, в котором его мотоцикл столкнулся с оленем. Палец спасти не удалось, и на место фаланги пришлось вставить протез. Тогда находчивый программист попросил врачей вмонтировать в него двухгиговый USB-flash накопитель, таким образом, став как Джонни Мнемоник ходячим носителем цифровой информации. Позднее Джерри решил усовершенствовать палец, расширив память и встроив функцию bluetooth.

Нил Харбиссон появился на свет с ахроматопсией – редким видом монохромазии, отличающимся полной цветовой слепотой. И хотя он видит мир исключительно в серых тонах, это не помешало молодому человеку окончить институт изобразительных искусств. Став добровольцем в эксперименте проекта Адама Монтадона, Нил согласился вмонтировать в головной мозг антенну, преобразующую цветовые волны в звуковые, т. е. позволяющую ему слышать цвета. Благодаря сотрудникам Каталонского политехнического университета, совершившим апгрейд микрочипа, устройство Харбиссона стало более автономным, поскольку теперь оно работает от батарейки, и более продвинутым, поскольку спектр слышимых цветов расширился до инфракрасного и ультрафиолетового. Кроме того, Нил пишет музыкальные портреты людей.

В результате удара током барабанщик Джейсон Барнс лишился части правой руки и, казалось бы, с такой травмой мог забыть о карьере рок-исполнителя. Тем не менее, он окончил музыкальный институт Атланты, а на помощь парню пришёл профессор из Технологического института Джорджии Джил Вайнберг, разработавший роботов-музыкантов. Он сконструировал для него бионическую руку для игры на барабанной установке, которая удерживает две палочки одновременно, поднимая игру на ударных на новый уровень. Одна из них контролируется через электромиографические датчики непосредственно владельцем, вторую можно настраивать, причём она подстраивается под ритм, который задаёт Джейсон, и импровизирует. А не так давно он обзавёлся протезом для игры на клавишных.

Будучи ребёнком, Роб Спенс добрался до дедушкиного дробовика и решил пострелять по коровьим лепешкам верхом на лошади. Детская шалость стоила ему правого глаза, пострадавшего от сильной отдачи оружия. Глаз пришлось удалить, и вместо него носить пиратскую повязку. Повзрослев и став режиссером, Спенс решился на глазной протез, однако обычный вариант его не устраивал. Он рискнул договориться о создании протеза со встроенной камерой. Первый был прозрачный с видимыми проводами, зато второй похож на настоящий глаз, причём, во время включения записи камера загорается, и Спенс выглядит как настоящий Терминатор. Однажды после окончания выступления на конференции о кибернетике он снял повязку и посмотрел в зал. В этот момент на экран вывели изображение с его глазной камеры, чтобы зрители увидели себя. Надо ли говорить, что зал взорвался аплодисментами!

Найджел Экланд получил производственную травму во время чистки промышленного миксера. Внезапно запустившись, он затащил и раздавил руку. Длительный период реабилитации ни к чему не привёл, и было принято решение ампутировать руку. Первый протез Найджела был не механическим, а лишь визуально заменял руку. Миоэлектрический протез попал к нему случайно, когда мастер, у которого он делал заказ на предплечье, искал человека, готового протестировать новый продукт. С тех пор Найджел протестировал много протезов, на последнем из них светятся кончики пальцев для работы в темноте, а кисть вращается на 360°, однако его стоимость в 25 тыс. фунтов делает его лишь мечтой для большинства ампутантов. Найджела волнует вопрос доступности качественных протезов для всех слоёв населения, поэтому он часто выступает на конференциях, рассказывая о проблемах протезирования. Так, в 2017 на московском фестивале Geek Picnic он познакомился с Тимуром Сайфутдиновым и его компанией MaxBionic, специализирующейся на напечатанных с помощью 3D-принтера протезах, и был в восторге от этой идеи.

Инвалидность не делает людей неполноценным, скорее наоборот, современные протезы могут сделать вас сверхчеловеком с необычными способностями. Возможно, в будущем биоинженерия позволит не просто заменять недостающий орган, а отращивать его заново, как хвост ящерицы.

Несмотря на огромный прорыв в области протезирования, во многих странах догоняющего развития до сих пор отсутствует доступная среда для инвалидов, и такие люди для государства попросту не существуют. А ведь сделать удобные пандусы, РАБОТАЮЩИЕ лифты для колясочников и объявления с ВЫПУКЛЫМ, а не спрятанным за стеклом шрифтом Брайля несложно. Программы социализации инвалидов правительству неинтересны, о них вспоминают лишь с целью самопиара. Не меньше пугает равнодушие соотечественников, уверенных, что их подобная проблема никогда не коснется.