Оригинал материала
День второй (21.04.2013) – Тяжёлая работа
Утро первого полного дня «на Марсе» мы встретили бодро, даже Илья, который до трёх ночи был в обсерватории, пытаясь настроить телескоп, проснулся к завтраку.
День мы посвятили в первую очередь инвентаризации. Честно, станция кажется огромной, чтобы посмотреть содержимое всех полочек, шкафов, ящиков требуется немало времени. Пётр, наш геолог, проверил инструменты и научное оборудование. Оказалось, что на MDRS есть практически всё, что ему нужно: весы, печь, лопаты, лампа, микроскопы, химические реактивы, целых два ручных бура и счётчик Гейгера. В этот день у нас не было «выхода» EVA (Extra-vehicular activity, внекорабельная деятельность, проще говоря – выход из базы в скафандрах), так как любую внекорабельную деятельность нужно согласовать со службой поддержки миссии. Поэтому Пётр к вечернему сеансу связи написал первый план EVA с координатами.
Илья почти весь день занимался «Селеноходом». Шагоход был собран и немного прошёлся, но, к сожалению, запасная шестерёнка, сделанная перед отлётом из России на 3D-принтере, не выдержала. Из подручных средств Илья сделал ещё одно зубчатое колесо.
Коля занимался подготовкой отчётов и начал заполнять анкеты для исследования Марианны, пока её ещё нет с нами. Мы замерили свою температуру, а также примерно посчитали количество выпитой воды и съеденных калорий за день.
Я провёл первичную инвентаризацию оранжереи (GreenHab), разобрался, как включается дополнительное охлаждение (вентиляцию) или подогрев, полил все растения. Более подробно буду смотреть завтра. К сожалению, не хватает этикеток с названиями. И, на мой взгляд, часть растений поставлены не очень удачно, этим стоит заняться. И посмотреть семена, быть может получится посадить укроп, лук, петрушку – и получить к концу миссии на MDRS свежую зелень.
Сегодня я занимался также уборкой и готовкой. Предыдущий экипаж оставил станцию в некотором запустении – и предстоит ещё большая работа по приведению всего в порядок.
Подробное изучение нашего запаса продуктов не обрадовало. В основном это сублимированная пища. Высушенные овощи, ягоды, мясо (впрочем, его очень мало), немного макарон и хлопьев, но очень много приправ и соусов. В целом пища непривычно острая и солёная. Или, напротив, очень сладкая. Это характерно для американцев. Вспомнилось, как страдал из-за непривычной европейской пищи Ванг Юэ, китайский участник эксперимента «Марс-500». Нам-то всего две недели с этим жить, а он 520 дней провёл в непривычной обстановке…
На форуме «Новостей космонавтики» было замечание, что наше пребывание на MDRS не более чем игра для взрослых. Позволю себе не согласиться: это, конечно, совсем ничего для человечества, но это большой шаг для нас — участников проекта. Опыт, который мы не смогли бы получить в другом месте. Это не отдых — потраченные усилия на подготовку и сложная работа здесь с перерывом только на еду и сон. Пока нас всего четверо, и чтобы успеть сделать всё по плану, приходится поднапрячься. В какой-то момент станция просто гудела: Илья резал металл, я пылесосил Хэб, Пётр загрузил сервер станции расчётом координат будущей большой EVA, от которых тот взвыл вентилятором. И это при работающей вентиляции.
Конечно, система жизнеобеспечения MDRS не работала бы на Марсе. Да, полный аналог стоил бы очень дорого. Поглотители и генератор кислорода вместо кондиционера, атомный реактор вместо дизельного генератора, другой туалет, водоснабжение. Но это дело будущего – если человечество осознает важность космических исследований и пилотируемого освоения планет Солнечной системы (в первую очередь, конечно, Марса). И я очень благодарен Марсианскому обществу, что они позволили представить себе, как будут жить на Марсе первые исследователи и затем колонисты. Но всё ещё впереди — наша миссия только началась.
Мы покажем вам виды, которые есть вокруг. Пустыня и горы очень красивые, но мы сами ещё не успели полюбоваться вдоволь. Пустыня, конечно, даёт о себе знать. Днём на станции температура поднялась до 86 градусов по Фаренгейту (мы заработались и не сразу включили кондиционер). Влажность снаружи была 1%, внутри 18. У ребят начала сохнуть кожа и глаза. Приходится использовать кремы и глазные капли.
Ещё мы шутим о 8-м дне. Служба поддержки напомнила нам, что через неделю в замкнутом коллективе обычно начинаются трудности. Да, идеальных людей нет. И наша миссия, как и 128 экспедиций до нас, для этого и нужны – набрать статистику о взаимодействии членов экипажа, о тех трудностях, которые возникают. Наверное, многие мои читатели знают, что даже в реальных полётах в космос (например, на Международную космическую станцию) проблема психологической совместимости так и не решена до конца. Очень трудно совместить человеческие и профессиональные качества, и тем более, если в одном экипаже работают люди разных национальностей и культур.
На этом я завершаю рассказ о втором дне.
Наши отчёты службе поддержке можно прочитать на сайте MDRS: