В совещательной комнате остро пахло карбамидом Еще вчера ОАО «Невинномысский Внештрейдинвест» было впереди планеты всей по выпуску специфической химпродукции — карбамида, который является ценным минеральным удобрением для сельского...

В совещательной комнате остро пахло карбамидом

Е

ще вчера ОАО «Невинномысский Внештрейдинвест» было впереди планеты всей по выпуску специфической химпродукции — карбамида, который является ценным минеральным удобрением для сельского хозяйства, а также сырьем, используемым в ряде промышленных отраслей. Это предприятие поднялось на ноги в эпоху реформ — за счет крупных внешних инвестиций в устаревшее производство одного из старых цехов комбината «Невинномысский азот». На счету этого бывшего флагмана отечественного химпрома — несколько наград на престижных международных конкурсах по качеству. Перед сотнями тысяч тонн продукции «Внештрейдинвеста» не устояли даже заградительные пошлины стран ЕС.

И вдруг в одночасье этот агропромышленный пионер нашего пути в ВТО оказался на грани банкротства. В решении коллегии Ставропольского арбитражного суда от 29 августа так и записано: ввести на ОАО «Невинномысский Внештрейдинвест» внешнее наблюдение сроком на три месяца. Правда, это решение еще не вступило в силу, поскольку обжалуется в апелляционной инстанции.

Вероятно, те из западных партнеров предприятия, которые хорошо осведомлены о потенциале невинномысского завода по производству карбамида и качестве его менеджмента, сильно удивляются более чем странным новостям с юга России. И впрямь: история с искусственным созданием проблем вполне преуспевающему предприятию вряд ли вписывается в государственную концепцию оздоровления экономики, о которой так много говорится с самых высоких трибун. Как, например, объяснить иностранным бизнесменам, вложившим немалые инвестиции в ОАО «Невинномысский Внештрейдинвест», что у нас в стране сложилась особая методика борьбы за передел собственности?

Взять экономическую составляющую этой борьбы, в центре которой и оказалось предприятие по производству карбамида. Когда в начале нынешнего года основной поставщик сырья для «Внештрейдинвеста» — ОАО «Невинномысский Азот» — резко повысило цены на жидкий аммиак и углекислоты, карбамидное производство стало убыточным. Достаточно сказать, что углекислоты стали стоить для предприятия в 11 раз дороже, чем прежде. Территориальное управление МАП РФ и арбитражные инстанции опротестовали такую ценовую политику как нарушающую антимонопольное законодательство. Тогда менеджеры группы МДМ, владеющей контрольным пакетом «Невинномысского Азота», просто прекратили подачу сырья. В результате производство карбамида на соседнем «Внештрейдинвесте» было остановлено, сотни рабочих отправились в вынужденные отпуска, а бюджеты всех уровней на Ставрополье недосчитались миллионов рублей налоговых отчислений.

Кроме рычага экономического давления, посаженное на мель предприятие испытало также и все прелести выстрелов из юридических рогаток. В июне в Тихорецкий районный суд Краснодарского края обратилась гражданка Елена Андрусенко, которая пожаловалась на неправомерные, с ее точки зрения, решения недавнего собрания акционеров ОАО «Невинномысский Внештрейдинвест». Поди объясни тем же дотошным иностранцам, почему суд принял к рассмотрению жалобу лица, которое не состоит в официальном реестре акционеров предприятия. Еще более загадочно для привыкшего к порядку зарубежного бизнесмена то, что вопросы корпоративного спора взялась рассматривать не арбитражная инстанция, а суд общей юрисдикции, да еще в соседнем регионе. Но самое необычное для иностранных партнеров «Внештрейдинвеста» оказалось в том, что судья Артюшкин неожиданно пошел навстречу гражданке Андрусенко и принял в обеспечение ее жалобы суровые меры. А именно: запретил руководящим органам акционерного общества исполнять свои обязанности.

Но и это еще цветочки. Вслед за гражданкой Андрусенко с претензиями в адрес ОАО «Невинномысский Внештрейдинвест» обратилось ЗАО «Хидс-Консалт», в иске которого в Ставропольский краевой арбитражный суд содержалось требование признать несостоятельность производителя карбамида. Когда стали разбираться, оказалось, что ответчик задолжал истцу около 30 миллионов рублей. Правда, схема образования этого долга оказалась более чем загадочной. Выяснилось, что в начале нынешнего года «Внештрейдинвест» оформил кредит в Невинномысском отделении Сбербанка РФ со сроком погашения 12 августа. Как следует из представленных ответчиком документов, 8 августа деньги поступили в Сбербанк на ссудный счет заемщика, а 9 августа банк подтвердил зачисление на счет необходимой суммы. Но, несмотря на это, в тот же день руководство предприятия получило от управляющего отделением Сбербанка № 1583 Юрия Островского извещение о переуступке денежного требования на сумму кредита… акционерному коммерческому банку «Московский деловой мир». След группы МДМ потянулся дальше — к договору цессии с ЗАО «Хидс-Консалт», которое и выступило на суде в роли истца. Вердикт известен: внешнее наблюдение на три месяца с утверждением предложенной истцом кандидатуры внешнего управляющего.

Но гладко выходит только на бумаге. Между тем руководство Невинномысского отделения Сбербанка так и не разъяснило, на каком основании был переуступлен АКБ «МДМ» уже погашенный долг ОАО «Внештрейдинвест». За этим оставшимся без ответа вопросом напрашиваются и другие: можно ли расценить действия управляющего ОСБ № 1583 Юрия Островского как разглашение банковской тайны своего VIP-клиента? Собственно говоря, эти вопросы руководители предприятия по производству карбамида уже адресовали и главе Сбербанка РФ Андрею Казьмину, и руководству Генпрокуратуры РФ, которой предстоит разобраться и в прочих хитросплетениях этого дела.

Возможно, это и совпадение, но именно тогда, когда невинномысский скандал достиг высоких кабинетов в Москве, судья Тихорецкого районного суда Артюшкин — тот самый, который выносил запретительные меры в обеспечение иска гражданки Андрусенко, — неожиданно пересмотрел свой прежний вердикт и начисто его отменил. А после этого вроде бы слег в больницу с подозрением на инфаркт. Дай Бог здоровья этому судье, которому, наверное, очень нелегко пришлось отстаивать на практике декларированную судебной реформой независимость отечественной Фемиды.