Он особо и не думал

Двукратный чемпион мира и звезда НХЛ Александр Семин решил поиграть в родном Красноярске за 50 тысяч рублей

Двукратный чемпион мира и звезда НХЛ Александр Семин решил поиграть в родном Красноярске за 50 тысяч рублей

Немногие знали, что есть такая команда. Теперь про «Сокол» знают все, даже в Северной Америке. То, что ныне принадлежащий «Каролине» Семин заключил контракт с клубом низшего (по сравнению с Континентальной хоккейной лигой) российского дивизиона, занимающего там 20-е место, уже удивило многих. А то, что знаковый для «Вашингтона» (семь сезонов в столичном клубе — не шутка) и вполне себе высокооплачиваемый форвард решил во время локаута выступать на родине фактически бесплатно, не просто удивило — шокировало.

Естественно, 28-го номера красноярского клуба забросали вопросами, главный из которых понятен: «Почему «Сокол»?!» Семин отвечал на него уже добрую сотню раз, а народ все не унимается. Человек хочет побольше побыть дома, а заодно поддержать родной клуб, — вроде всё ясно. Как объясняет сам Саша, «если бы я был москвичом — играл бы в Москве». Но он из Красноярска, а там хоккейной команды элитного дивизиона нет, «Сокол» и в высшей-то лиге всего второй год. Но это для Семина не важно. Мечта у него была такая, когда в юношестве уезжал искать свое хоккейное счастье в более продвинутые города, — сыграть за родной клуб. Что он и сделал.

На сайте «Сокола» через пару дней после сенсационного известия (красноярцев оно удивило не меньше, чем все российское хоккейное сообщество) появилось следующее объявление: «Уважаемые болельщики! Обратите внимание, что в одни руки можно купить не более десяти билетов!»

Открытая в конце прошлого года «Арена-Север» вмещает 2 тысячи зрителей. Маловато будет, чтобы посмотреть на знаменитого земляка и единственного в России известного хоккеиста, который решил, пусть временно, играть забесплатно.

«Да я особо и не думал», — сказал Семин на брифинге в его честь. Хоккейная Россия чуть не прослезилась.

Надо, конечно, дойти до жизни такой, чтобы нормальный поступок воспринимался страной как откровение.

…Саша Семин, на мой взгляд, был лучшим игроком чемпионата мира-2008 в Канаде. Того самого, где сборная России впервые после 15-летнего перерыва взяла золото. Того самого, где Семин играл в одном звене со своими партнерами по «Вашингтону» Сергеем Федоровым и Александром Овечкиным. Того самого, где в умопомрачительном финале с хозяевами воспитанник красноярского хоккея забросил две шайбы. Не решающие — это сделал Илья Ковальчук. Но без голов Семина не было бы и надежды на победу.

В журналистской анкете графу «Самый ценный игрок» мне было заполнить легче всего. В звездном составе той сборной, которой не хватало разве что Евгения Малкина и Павла Дацюка, он все равно выделялся — как форвард, который умеет всё. По сумме качеств он не уступал никому — а скорее даже превосходил своего многолетнего суперзвездного партнера по «Вашингтону», которого иначе как «Александр Великий» не называют. Звание «самого ценного» Семину, правда, не дали. Не в последнюю очередь из-за сложившейся за океаном, мягко сказать, неоднозначной репутации. Он и бровью не повел.

Через четыре года Семин с Овечкиным прилетят на чемпионат мира на три последних матча — четвертьфинал, полуфинал и финал. Александр, который «не великий», в Хельсинки в финале со словаками, как и в Квебеке, сыграет потрясающе, и снова забросит две шайбы — первую и четвертую. Но снова останется вне зоны всеобщего внимания. До этого с ним расстался «Вашингтон», не пожелав продлевать контракт с талантливым, но «проблемным» форвардом. Уже после победного чемпионата мира североамериканские медиа перемоют все косточки Семину, устами именитых экспертов наградив его такими определениями, как «убийца тренеров», «прирожденный неудачник» и «вечный лузер».

За Семина стоило обидеться. Но его бывший партнер по столичному клубу — вратарь Михаил Нойвирт был в чем-то прав, когда сказал, что, «если бы Семин хотел, он бы стал лучшим хоккеистом в мире. Но он не хочет…»

Не лидер. Нестабильный. Недрайвовый. Нелюдимый. Если первых три, наиболее часто вменяемых в вину Семину, качества заокеанская пресса может простить кому угодно, то за «нелюдимость» она карает нещадно. Овечкин в самом разобранном своем состоянии кого-нибудь да зацепит на площадке, а после матча и за словом дело не станет. Семин даже после феерической игры (а только хет-триков в НХЛ у него семь) мог отделаться парой-тройкой стандартных фраз. Не «зажег» ни разу. Чем снискал особую нелюбовь любителей шоу. «Отдает не по таланту» (талант признавали всегда) — это в НХЛ как приговор.

Мне иногда кажется, что в НХЛ Александр Семин играет через силу, через внутреннее сопротивление. Он никогда в этом не признается (в Северной Америке его всё вроде бы устраивает), но некий зазор между фантастической одаренностью и ее реализацией действительно существует. Или существовал, если судить по «Вашингтону», который за совместные с Овечкиным и Семиным годы так ничего и не добился. Может, клуб был «не его», не очень везло и с тренерами, но по большому счету тут дело в интеграции. Не встроился он в ту жизнь так, как встроились многие его коллеги. Не хватает здорового космополитизма, да и малая родина не отпускает.

Из Красноярска он уехал рано — вначале в Челябинск, затем в Тольятти (в «Ладу» и возвращался во время восьмилетней давности локаута, став с командой серебряным призером чемпионата России). Зато каждый отпуск непременно проводит в Красноярске. И не только отпуск — использует любую возможность, чтобы побывать на родине. Однажды это ему вышло боком: перед московским чемпионатом мира-2007 из разрешенной отлучки он вернулся на несколько часов позже, чем надо было. И главный тренер национальной сборной Вячеслав Быков, для которого этот чемпионат был дебютным, в показательном порядке отчислил его из состава, лишив Александра Овечкина привычного партнера. Закончилось это для сборной плохо. А Семин обиды не затаил и свое наверстал — и с Быковым, и с Билялетдиновым. Два золота и серебро (бронзу он брал еще в 2005-м с Владимиром Крикуновым) — более чем качественный показатель.

Для того чтобы Александра Семина причислили к рангу суперзвезды, ему не хватает двух вещей — умения нормально относиться к пиару и громкого успеха в НХЛ. Он, кстати, лучшую лигу мира покидать не собирается, отчего и заключил однолетний контракт с «Каролиной». Но тут планы начать новую жизнь нарушил локаут.

Все думали-гадали, где в сентябре окажется Семин. Называли и «Динамо» (связка с Овечкиным — мечта любого клуба), и СКА, и ЦСКА, и «Авангард», да кого только ни называли. А Саша Семин сидел тихо в своем Красноярске, потихоньку тренировался с «Соколом», а потом и огорошил хоккейный мир своим решением. Как он сам объяснял, сначала о возможности сыграть дома разговаривал с руководством клуба и родными в шутку, а потом подумал: «Почему бы и нет?»

Хоккейные агенты в большинстве своем — люди реалистичные и не склонные к сантиментам. Но тут даже Марк Гандлер (не знаю, искренне или нет) поддержал альтруистический порыв своего подопечного. Страховку нашлось кому оплатить, а зарплату (без зарплаты контракт подписывать нельзя) новой звезде положили по хоккейным меркам символическую — 50 тысяч в месяц. Естественно, рублей. «Если будут премиальные — поеду в школу, куплю ребятам клюшки, форму, что-нибудь еще». Красноярск вначале не поверил. Не говоря уже об остальной России.

Для Европы это не в новинку — там со времен прошлого локаута немало подобных примеров. Наиболее яркий — решение Петера Форсберга, который возвратился в родной город Эрншельдсвик (хоккейная Мекка Швеции насчитывает 30 с небольшим тысяч жителей), чтобы только отдавать долги. Таких, как Форсберг, среди играющих в НХЛ европейцев, в том числе и знаменитых, — немало.

У нас их… Не скажу, чтобы совсем нет. Но Александр Семин такой один.

Бесполезно и непродуктивно противопоставлять его «друзьям- миллионерам». Оттого, что Павел Дацюк играет не в родном «Автомобилисте», а в ЦСКА, а Илья Ковальчук не в родном «Спартаке», а в СКА, — мы их меньше уважать не будем. У каждого своя дорога и свои соображения.

Но Сашу Семина теперь мы будем уважать больше. Пусть даже его красноярская эпопея, скорее всего, долго не продлится. Если она даже останется красивым жестом, все равно достойна аплодисментов.

Не меньше, чем тогда, когда в Квебеке он забрасывал в ворота канадцев «шайбу надежды».