Преподобномученица Евдокия Ткаченко

Гонения советской власти на Русскую церковь были таковы, что не то что сказать о своей вере, но даже молча следовать ей было подвигом. Прославленные в лике святых новомученики и исповедники не поступились ничем: верили, молились и безропотно шли на свои голгофы.

«Полит.ру» вспоминает тех, кто отдал свою жизнь за веру и чьими молитвами жива Русская церковь — даже если кроме имени до нас почти ничего не дошло.

Публикации подготовлены Кириллом Харатьяном (включен российскими властями в реестр иностранных агентов).

Икона Собор святых новомучеников и исповедников российских

Подвизалась в Иверско-Серафимовском монастыре в городе Верном Семиреченской области.

Летом 1918 года мать Евдокия утром пришла в скит, расположенный недалеко от Верного в горном урочище Медео на Мохнатой сопке, чтобы исповедаться и причаститься у иером. Серафима (Богословского). О. Серафим принял у нее исповедь, но причащать не стал, она по рассеянности съела головку мака, и отпустил в монастырь. (Как сокрушался он после: «Если бы я знал, что ее убьют, конечно причастил бы ее!»)

Вечером того же дня в Иверско-Серафимовский монастырь явились красноармейцы и потребовали, чтобы монахини выдали игумению Евфросинию (Бакуревич), поскольку она генеральская дочь, но монахини спрятали ее в амбаре между мешков с мукой, и раздосадованные красноармейцы вместо игумении вывели на расстрел монахинь Евдокию и Анимаису. Поставив монахинь у монастырской стены, красноармейцы выстрелили. Пуля попала монахине Евдокии в голову, убла ее и обезобразила ей лицо, а монахиня Анимаиса была ранена в плечо, сестры подобрали ее, и она впоследствии оправилась от раны.