Вперед к исламской демократии?

Мощные антиправительственные выступления в Тунисе, Египте, Бахрейне, Йемене, Ливии, Сирии, которые уже привели к падению ряда правящих режимов или гражданской войне, чаще называют революциями. И обсуждают возможность появления в результате столь бурных событий исламских демократических государств. Хотелось бы добавить некоторые доводы в пользу тех, кто смотрит на подобную перспективу скептически.

Все упомянутые революции отличает то, что у них нет явного лидера или небольшой группы лидеров, которых поддерживает основная масса поднявшихся против действовавших режимов. А у последних, в свою очередь, нет единого понимания, что они будут делать после прихода к власти и какое государство строить. Их объединяет только недовольство правящим режимом, всеобъемлющей коррупцией, вседозволенностью властей, низким уровнем жизни основной части населения. И еще одно, самое важное: все эти революции – продукт интернета, точнее, социальных сетей. Именно благодаря современным коммуникационным технологиям реальное недовольство быстро объединяет значительное число людей, дает ощущение силы, толкает на массовые протестные акции. Но легкость объединения не способствует выработке единой позиции по главному вопросу: что надо делать после свержения ненавистного режима. Как и не отбирает реальных лидеров, поддерживаемых значительной частью недовольных.

Ранее, на протяжении нескольких веков, революции вызревали не спеша, не только умножая число недовольных, но и рождая лидеров, нарабатывая новую идеологию. В случае смены власти было, кому возглавить страну, опираясь на поддержку значительной части населения. Социальные сети, на порядки ускоряя и облегчая распространение протестных настроений, эффективно объединяя несогласных, не дают, между тем, механизма выявления лидеров и выработки идеологии, принимаемых подавляющей частью населения. Люди, объединенные только протестным настроением, могут свергнуть действующую власть, но не готовы к изменению строя. При отсутствии явных лидеров начинает превалировать фактор случайности: к власти могут придти самые разные политические силы, включая «Аль-Каиду».

Впрочем, во всех случаях будет играть роль наиболее существенный фактор – культура. Та самая, которая определяет экономику, политику, а прежде всего – менталитет народа. Рассуждая о возможности появления в результате нынешних революций демократических мусульманских государств, следует учитывать, что основа, на которой зиждется демократическое устройство – западноевропейская культура, которая складывалась в ходе длительной эволюции, прежде всего, в Англии, а ее истоки берут начало в Древнем Риме и Древней Греции.

Отличительные особенности западноевропейской культуры известны. С точки зрения экономики, это, прежде всего, взаимоотношения власти и собственности, причем определяющую роль играет то, что приоритетно в данной паре. Когда в средневековой Англии частная собственность стала выше власти, то есть власть не могла отнять какую-либо собственность по своей прихоти, именно тогда началось развитие рыночных отношений и буржуазного общества. (Взаимоотношения собственности и власти являются частью культуры, потому что они, прежде всего, не в законах, а в правоприменительной практике – в том, что в головах людей. Пример современной России доказывает это в полной мере.) Следующая важная составляющая культуры – законопослушность. Она охватывает все стороны жизни, которые регулируются законом: от взаимоотношений государства и человека до взаимоотношений между людьми. Еще одна важная для экономики составляющая – достижительская культура, то есть наличие нацеленности значительной части общества на достижение успеха за счет собственных усилий. Кроме того, можно упомянуть о культуре деловых отношений, культуре производства, технологической культуре.

Если говорить о демократическом обществе, то оно есть следствие других составляющих западноевропейской культуры. В первую очередь это – взаимоотношения человека и государства. И вновь речь о том, что приоритетно в паре «человек – государство». Это определяет тип общества, его живую ткань. Только приоритет человека перед государством рождает демократические формы. Важную роль играет правовая культура, которая предполагает знание гражданами законов и умение использовать их для защиты своих интересов. А кроме того, важны политическая культура, наличие глубоко укорененного умения подавляющей части общества нести ответственность за себя, наличие традиций и навыков самоорганизации, умение гармонично сочетать личные и коллективные интересы, наличие толерантности в обществе, высокая поведенческая культура. Умение жителей Западной Европы и Северной Америки самоорганизовываться и высокая их правовая культура приводят к созданию большого числа общественных организаций, которые призваны защищать различные интересы граждан. Это профсоюзы, политические партии, корпоративные общественные объединения, экологические, женские, молодежные, благотворительные организации, а также локальные организации – школьные и домовые советы.

Совокупность всех этих составляющих западноевропейской культуры носит универсальный характер. Именно благодаря им возможно эффективное развитие экономики и общества. Один из ярких примеров – современная Япония. Благодаря американской оккупации там были успешно восприняты самые важные составляющие западноевропейской культуры: приоритет частной собственности по отношению к власти, законопослушность, несколько позже появились правовая культура, достижительская культура, культура деловых отношений, культура производства, технологическая культура, сформировался приоритет человека по отношению к государству. Благодаря введению институтов разделения властей и выборов возникли политическая культура, наличие глубоко укорененного умения подавляющей части общества нести ответственность за себя, культура самоорганизации. (Но при этом японцы не перестали быть японцами, они сохранили свою национальную самобытность.)

Вслед за Японией вестернизацию прошли Южная Корея, Тайвань, Сингапур. Теперь это процветающие экономики. Успешные реформы в Китае базируются на частичной вестернизации – введено все то, что необходимо для развития экономики: институт частной собственности, ее защищенность, всяческое поощрение экономической инициативы граждан.

Вместе с тем, есть и отрицательный опыт вестернизации. Это опыт Ирака. За прошедшее с марта 2003 года время, когда стараниями США и их союзников был свергнут Саддам Хусейн, а страна подверглась оккупации, не произошло становления по-настоящему демократического общества и рыночной экономики. Разумеется, 8 лет для этого мало. Да и характер оккупации менее жесткий, чем в Японии, где шла война со страной, а не с диктатором. Но есть немалая проблема в том, что исламские ценности не слишком хорошо сочетаются с ценностями либерального общества, прежде всего, с уважением к человеческой личности и признанием, что высшая ценность — человеческая жизнь. На это накладывается проблема взаимоотношений между суннитами и шиитами.

Можно привести в пример Турцию, вполне светское государство. Однако стоит напомнить о том, какой кровью и с какой жестокостью Кемаль Ататюрк добивался европеизации своей страны. И добился этого только в городах. Недаром выходцы из сельских районов Турции, эмигрировавшие в Германию, слабо интегрируются в немецкое общество, сохраняя такой, к примеру, обычай, как право на убийство недостойно ведущей себя дочери или сестры. Что касается самой Турции, события последних лет показывают, что там есть вероятность возврата религиозного государства.

Говоря о нынешних революциях в Северной Африке и на Ближнем Востоке и о их последствиях, уместно вспомнить историю Китая средних веков. Там в течение нескольких столетий одно за другим побеждали крестьянские восстания. Их руководители сами становились новыми императорами и высшими чиновниками. В первое десятилетие после победоносного восстания жизнь крестьянства улучшалась. Но дальше все возвращалось на круги своя. В конце концов новое восстание сметало бывших защитников крестьян. Которые не были виноваты в том, что воспроизводили прежнюю власть. Ибо не знали ничего иного — такова была их культура.

То, что происходит в странах Северной Африки и Ближнего Востока, правильнее называть восстаниями, а не революциями. И не следует ждать появления по-настоящему демократических режимов. А США и НАТО своими действиями в Ливии, может быть, приводят к власти нового диктатора, которого тоже придется свергать через некоторое время. Но это довод не против предпринятых в отношении Каддафи и его войск мер. Это довод против упрощения реальной картины мира и необоснованных надежд.

Харичев Игорь Александрович – сопредседатель Московской региональной организации Партии народной свободы