Оригинал материала
Шведская лавка #30
Выпуск подготовлен Ильей Смирновым
Алексей Рыбин. Фирма. М. Политбюро, 2000. √ 384 с.; тираж 20 000 экз.; ISBN 5-89756-048-X
Пока ученые социологи объясняли нам, что "массовая культура не предполагает посредников" , бывший гитарист группы "Кино" Алексей Рыбин стал немного социологом. Он разобрал устройство этой, с позволения сказать, культуры. В форме детективного романа, в котором действуют как сами "звезды":
практика отечественного шоу-бизнеса показывала, что зарабатывать деньги можно и на человеке, который вообще ничего не умеет делать. Он вспоминал десяток-другой фигур, совершенно непонятным образом вылезших на вершину популярности и делающих очень даже неплохие деньги . Деньги эти им платили только за то, чтобы они присутствовали на различных крупных мероприятиях... Журналисты, исполняющие роль конферансье, телеведущие, радиодиджеи, превращенные в секс-символы если и не всей нации, то нескольких крупных российских городов. Самых крупных и самых денежных... (стр. 295) -
так и "несуществующие" посредники:
- Вот Вавилов и хочет приватизировать наш рынок, - продолжил следователь...- Спасибо за предупреждение. Я сегодня же свяжусь с Гольцманом. Только, честно говоря, я слабо представляю, как Вавилов планирует все это устроить.
- Да очень просто. Перекупит артистов. Наймет работников из конкурирующих фирм. А тех, кто к нему не пойдет, просто придушит. Вот и все... (стр. 169).
Некоторые персонажи сделаны, вроде бы, нарочито-узнаваемыми: привезенная из провинции певица Рената, группа " Гоблин" , "актуальный художник" по кличке " Алжир "... Другие - собирательные образы, как и положено в беллетристике. Но споры о портретном сходстве лучше оставить соответствующей "тусовке". Для истории важнее то, как грамотно воспроизведен тип человеческих отношений, характерный для этой среды.
"Больше всего его бесили претензии тех поп-артистов, которые выступали на страницах газет и журналов, честно смотрели в глаза зрителям с экранов и говорили, что поют только вживую, без всяких фонограмм. Уж кто-кто, а Митя прекрасно знал цену всем их интервью и заявлениям... Предводитель отечественной поп-музыки, национальный секс-символ, золотой соловей российской эстрады Георгий Егоров со своей обаятельной, сверкающей улыбкой даже не спорил, поет он под "фанеру" или нет, а просто пожимал плечами - мол, что вы такое говорите, какая еще "фанера"..." (стр. 217).
Далее - технология мошенничества, которую мы воспроизводить не будем.
Главный герой этой жутковатой повести - машина по оболваниванию людей. К сожалению, неприступная позиция Рыбина-социолога - проигрышная для Рыбина-писателя. В книге нет никого, кому можно было бы всерьез сочувствовать и сопереживать. Почему автор не придумал Штирлица, который бы замаскировался под "шоу-бизнес", чтобы тайком спонсировать настоящее искусство? Но тогда получилась бы сказка. Другой жанр. И в том романе, который Рыбиным написан, позднее - под занавес - прозрение одного из героев: " Пора о душе подумать... Не хочу больше увеличивать количество г.... в своей стране..." - кажется притянутым за уши.А.В. Беспалов. Северная война. Карл ХII и шведская армия. М, Рейтар, 2000. √ 190 с.; тираж 1000 экз.; ISBN 5-8067-0016-X
Кто победил под Полтавой? Лет 20 назад получила распространение такая прибаутка: мол, победили шведы. Сравните, как живем с тех пор мы, и как они. В каждой шутке есть доля правды. А из этой выросла развесистая смердяковщина.
А как побеждали на самом деле ? Под той же Полтавой, например?
Книга А.В.Беспалова посвящена решающему периоду Северной войны: с декабря 1701 года, когда король Карл с двухтысячным отрядом драгун захватил Ковно - легко и непринужденно, "пришел, увидел, победил", - до июня 1709, когда "из войска, насчитывавшего около 49500 солдат, осталось лишь 1300 душ, что перебрались через реку с королем, да и те почти все были больные и раненные. Прочие же либо погибли, либо были взяты в плен..." (стр. 167). И это взгляд на события с непривычной для нашего читателя стороны. С той стороны фронта, где геройствовал молодой шведский король. " Худой, высокий, крепкий, вроде бы неопытный, он явился как северный метеор".
Карл действительно был героем. "Узнав о смерти герцога, лично возглавил войска правого крыла..." (битва при Клишове, стр. 9). "Король, шедший во главе батальона гренадеров, приказал бросить понтоны и перебираться на противоположный берег вброд. Увязая в иле.., шведы медленно шли в направлении русского берега. Именно в момент переправы они понесли самые тяжелые потери" (битва при Головчино, стр. 57). "Под королем Карлом была убита лошадь, а Эстгетландский кавалерийский полк почти полностью изрублен" (бой у деревни Медведовка, стр. 66). "Напор шведской кавалерии был настолько силен, что драбанты во главе с Карлом, ворвавшись на улицы города, убили 156 русских драгун" (бой между Краснокутском и Городней, стр. 123). И т.п. Накануне решающей битвы король получил тяжелое ранение, и именно этим шведы, верившие в гений своего вождя, склонны были объяснять катастрофу под Полтавой.
Как полководец Карл ХII "опередил на несколько десятков лет тактику Фридриха Великого" (стр. 13). Широко распространено мнение, что шведский король только в тактике и был силен, но не понимал стратегии. Отсюда и его авантюрный план вторжения с "горсткой шведов" в бескрайние российские просторы. А.В.Беспалов с этим мнением не согласен (стр. 42). А факты, которые он приводит, достаточно убедительны. И шведов была не "горстка", и не одни только шведы собрались в злосчастный поход, и главное - Карл, как позднее Наполеон и Гитлер, имел все основания рассчитывать на стратегический успех. Подчеркиваю: не на превосходство шведского оружия, а на полный военно-политический триумф над Россией. Над Россией до -петровской. Или без -петровской. Эта рыхлая империя должна, просто обязана была развалиться изнутри под его ударами. И ведь уже начинала разваливаться. Восстание Булавина. "Самоопределение" Мазепы...
Далее "король собирался расчленить Россию на 7-8 удельных княжеств, присоединив к Швеции русский Север с Архангельском. Смоленские и Киевские земли король отдавал Польше. Карл собирался лишить Петра I престола, посадив на русский трон королевича Яна Собесского или царевича Алексея, и установить строй, подобный польскому" (стр. 41).
Работа А.В.Беспалова по-военному конкретна. Состав королевского эскорта (поименный!) и особенности рельефа там, где должно произойти сражение, автору куда интереснее, чем теоретизирование на темы экономики, политики и морали. С одной стороны, это недостаток книги. Ведь всякая война вырастает из экономики. Но, с другой стороны, теории бывают разные, а строгая объективность "ордера-де-баталия" предпочтительнее вольного парения мысли в облаках конъюнктуры. А мораль читатель может извлечь из фактов.
Петровская Россия менялась по ходу войны - вот решающий фактор, который шведы не учли в своей стратегии. И под Полтавой было удивительно не то, что их разгромили, а то, что это случилось так поздно. Карл был действительно превосходный полководец. Он на полгода оттянул неизбежное поражение. Но Петр был лучшим полководцем. Он сделал неизбежной победу.
Кстати, единственная серьезная вылазка автора за пределы его специализации касается Украины: социально-политической обстановки в тот период, когда гетман Мазепа сделал ставку на Карла. И этот фрагмент как раз не конъюнктурный. Автор не идеализирует тот строй, который установился на Украине после присоединения к России. Не идеализирует Петра. Напротив, - подчеркивает его "двуличие" и варварскую жестокость (стр. 128-129, стр. 167 и др.) На фоне того, что делал Петр Алексеевич с подданными, перешедшими на сторону неприятеля, обращение Иосифа Виссарионовича с власовцами предстает образцом либерального гуманизма. (Впрочем, резней мирного населения развлекались и шведы: когда какой-нибудь городок слишком долго заставлял себя осаждать (стр. 124). Что касается более общей проблемы - "борьбы за создание независимого украинского государства" (стр. 110) в ХVII-ХVIII веках, то А.В.Беспалов склонен противопоставлять "плохого" Мазепу "хорошему" украинскому народу, "объединенному мечтой о независимости" (стр. 114). Таким образом идеи европейского романтического национализма из ХIХ века переносятся в совершенно другую эпоху и среду. Проблема украинской нации до сих пор толком не решена. Средний харьковчанин этнически ближе к жителю Ростова, чем к своему львовскому "соотечественнику". А антипольское (и антиеврейское) движение ХVII века имело, прежде всего, религиозное обоснование. "Одинаково христианство грешно выгубляти". А " неодинаково" , тем более не христианство - не грешно. С этой точки зрения московский православный царь был "свой", а польский пан или шведский генерал - чужой " захватчик" . Естественно, под религиозной оболочкой скрывались те социальные противоречия, на которые совершенно справедливо указывает сам же А.В.Беспалов. Но именно - скрывались. Осознавали их тогда единицы, да и сейчас немногие. А "мечтой о независимости" жила феодальная верхушка.
К недостаткам книги можно отнести и редакторско-издательскую неряшливость. Отсутствие запятых, сноски непонятно на что. При очень высоком качестве иллюстраций на цветных вклейках и на обложке, черно-белые картинки, сопровождающие текст, таковы, что, например, бедный Реншильд больше похож на прокаженного инопланетянина, чем на фельдмаршала (стр. 19). Впрочем, это не вина автора, а скорее - характерная черта эпохи. Нашей с вами эпохи, когда мечты Петра лежат, похоронены, рядом с мечтами Карла о "Великой Швеции", а Мазепа выбился-таки в национальные герои.
Валери Брайсон. Политическая теория феминизма. М, Идея-пресс, 2001. √ 304 с.; тираж 3000 экз.; ISBN 5-7333-0026-4
Рассуждая о "демократии" (или ее отсутствии) в ХIХ или в начале ХХ века, мы сами не замечаем, как выносим за скобки ровно половину человеческого рода. Книга Валери Брайсон восстанавливает историческую справедливость. Перед нами летопись и хрестоматия феминизма от Мэри Эстелл (" бедная девушка" , по собственному определению, которая еще в ХVII веке осмелилась написать, что "обязанность подчиняться мужу не означает признания его превосходства", стр. 21) до Анджелы Дэвис - ее российскому читателю, вроде бы, не нужно специально представлять. 25 страниц одной только библиографии.
И как же оказалось нелегко объяснить очевидную вещь: что женщина - не кухонный агрегат с дополнительными функциями рекреации (для владельца) и воспроизводства его "законных наследников" и даже не "слава мужа", а просто человек . Объяснение заняло без малого три столетия. В это благородное дело внесли свой вклад замечательные люди, и не только женщины, но и мужчины. Мэри Уоллстоункрафт, Роберт Оуэн, Джон Стюарт Милль, Гарриет Тэйлор, Карл Маркс, Кристабель Панкхерст, Клара Цеткин, Александра Коллонтай, Симона де Бовуар - герои книги В.Брайсон и отчасти ее соавторы, поскольку " Политическая теория феминизма" - это история человеческой мысли, где каждому участнику событий предоставлена возможность высказаться от первого лица. Собственный комментарий Валери Брайсон - на редкость взвешенный и внятный. Недаром в конце книги сказано, что "феминистская теория не должна быть беспричинно заумной" (стр. 275). Не-феминистская тоже не должна. И если уж хвалить переводную книгу за стиль, то сам Бог (Богиня) велел(а) назвать переводчиков: Ольгу и Татьяну Липовских.
Второе полезное правило, которому следует автор - не расчленять единую человеческую сущность на департаменты "права", "экономики", "политики" etc., а рассматривать все эти материи в комплексе, ибо "вопреки утверждениям традиционной политической теории, семья, воспроизводство и сексуальность должны быть включены в политический анализ. "Личное есть политическое"... ни одна теория, претендующая на то, что она принимает потребности женщин всерьез, не может игнорировать этого тезиса" (стр. 269).
К.Ю. Еськов. История Земли и жизни на ней: Учебное пособие для старших классов. М.: МИРОС-МАИК "Наука/Интерпериодика", 2000. √ 352 с.; ил.; тираж 5000 экз.; ШЫИТ 5-7084-0199-0
Кирилл Юрьевич Еськов рассказал, откуда есть пошла наша планета, и мы все, на ней когда-либо обитавшие и обитающие, от сине-зеленой водоросли (виноват, правильнее - " цианобактерии" , поскольку она " скорее бактерия, нежели водоросль", стр. 343) до великого Альберта Эйнштейна, чьим высказыванием книга как раз и начинается. "Если ученый не в состоянии объяснить ребенку суть своей работы на доступном для того уровне, это свидетельствует о профессиональной непригодности" (стр. 4).
Я бы вспомнил слова еще одного великого учителя - командора Кусто. " Человеческое существо едино с землей, с крокодилом, с солнцем, деревом и водой" (Д/ф " Сепико" ).
Скромно изданная, без рекламного глянца, но с четкими, тщательно подобранными и привязанными к тексту иллюстрациями и схемами, "История Земли" действительно может служить " учебным пособием для старших классов" . То есть аннотация не врет. Успешно развивающийся Homo sapiens с удовольствием читает такие книги класса с 8-го. Вернее, читал бы, да где их взять. С другой стороны, непонятно, какому конкретному предмету это пособие учит. Первые две главы, в которых рассказывается об образовании Солнечной системы и нашей Земли - явная астрономия. Потом - геология с химическим уклоном. Дальше будет палеонтология, но в каком классе ее "проходят"? Между тем, развитой старшеклассник - это в интеллектуальном отношении взрослый человек. И тем полноправным гражданам, которые не замусорили свои взрослые мозги суррогатиной, никто не мешает делить с подрастающим поколением его не-суррогатное чтение. Иными словами, привязка книги к школе все-таки предполагает некоторое лукавство. О преимуществах, которые дает книге "детский" статус - см. " Мы, конечно, не хотим по-плохому..." в " Круге чтения" РЖ за прошлый месяц.
Книга посвящена не просто важным и сложным - главным вопросам бытия. Оставляя за художниками и религиозными деятелями право давать на них собственные ответы, К.Ю.Еськов представляет современную науку. Автор опирается на исследования, выполненные уже после того, как у нас был фактически прекращен выпуск научно-популярной литературы и периодики.
И о сложнейших вещах палеонтолог Еськов пишет кристально ясным языком. Формулировки выверены как хорошие стихи, каждое слово стоит на своем месте. И ни малейшего следа той зауми, которая у других становится доказательством "учености". Автору " Истории Земли..." не нужно ничего специально доказывать. Его принадлежность к научному сообществу очевидна и так.
"Открытый космос холоден (лишь на 4 градуса С теплее абсолютного нуля), потому что концентрация вещества в нем ничтожно мала (3х10-31 г/см 3), и звездам просто нечего нагревать: по этой же самой причине, кстати сказать, Вселенная прозрачна, и мы видим небесные светила. В то же время любая планета, будучи непрозрачной, аккумулирует часть энергии, излучаемой центральным светилом, и нагревается , и тогда между нагретой планетой и холодным космосом возникает температурный градиент (ТГ). Если планета обладает при этом достаточно подвижной газообразной и/или жидкой оболочкой (атмосферой и/или гидросферой), то ТГ с неизбежностью порождает в ней - просто за счет конвекции - физико-химический круговорот. В этот круговорот с неизбежностью вовлекается и твердая оболочка планеты (в случае Земли - кора выветривания ), в результате чего возникает глобальный геохимический цикл - прообраз биосферы " (стр. 71, выделено автором).
Еще один признак, который отличает настоящую науку - то, что автор честно указывает пределы своего знания. Изложив основные концепции происхождения жизни, существующие на данный момент, он признает, что наука не может вынести по этому поводу никакого вердикта - "невозможно строить график по единственной точке" (стр. 76). Наверное, это не очень романтично. Куда романтичнее газетная статья под рубрикой " Сенсация" : как об установленном факте сообщается, что "в ледяном ядре комет прилетела на Землю жизнь..." (Известия, 12.05.2001). Что ж - такова "наука для взрослых". А в "детской" книге Еськова гипотеза " панспермии" разбирается на стр. 64-65. Без лишнего энтузиазма.
Но о многих "судьбоносных" событиях, происходивших на обитаемой Земле, автор высказывается более определенно. По поводу климата. "Современная климатическая картина с крупными полярными шапками из снега и льда - скорее исключение, чем правило в геологической истории" (стр. 176), - а жить стоило бы в мезозое с его равномерно-теплым климатом по всей планете. По поводу " Великого вымирания ". Автор настроен критически по отношению к "астероидной" гипотезе, получившей в последнее время широкое распространение (стр. 240 и далее). Причины гибели динозавров он находит на Земле. По поводу древнейшей (докембрийской) многоклеточной фауны. Опираясь на работы 80-х годов, К.Ю.Еськов противопоставляет т.н. " эдиакарский эксперимент" матушки-природы всему остальному, что ползало, ходило и летало впоследствии. "Сад Эдиакары" - по аналогии с райским садом, где никто никого не ел. Ситуация райского сада, как ей и положено, просуществовала недолго..." (стр. 123). Для экологов (не только профессионалов, но и многочисленных энтузиастов) несомненный интерес представляют соображения ученого по поводу устойчивости экосистем (стр. 287).
Объем рецензии не позволяет даже бегло перечислить те драматические повороты великого сюжета, которые ожидают читателя " Истории Земли..." .
Единственное замечание касается " дополнительной главы" , где речь идет об общих принципах научной методологии, распространяющихся на разные дисциплины, в том числе общественные. И самым авторитетным представителем последних оказывается К.Поппер. Уважаемый автор книги сам же неоднократно оговаривает, что нужно соблюдать особую осторожность, вторгаясь в чужую епархию. Поэтому я позволю себе уточнить: в сочинениях Карла Раймунда Поппера все-таки многовато политической публицистики, и его вклад в методологию "родных" дисциплин - более чем спорный. По мнению некоторых специалистов, он приложил немало усилий для превращения истории из науки (то есть системы знаний) в лавку древностей (см: Семенов Ю.И. Философия истории. М., Старый сад, 1999, стр. 130 - 131). Я не настаиваю именно на такой оценке наследия К.Поппера - просто обращаю внимание на то, что проблема с этим наследием не проста и не однозначна. Между тем, о человеческом обществе выходили книги, методологически (и стилистически) очевидно близкие к "Истории Земли..." Назову хотя бы блестящее исследование П.Беллвуда "Покорение человеком Тихого океана" (М, Наука, 1986) - оно может рассматриваться как продолжение работы К.Ю.Еськова. Археолог Беллвуд как раз начинает с палеонтологии гоминид. А заканчивает религией и искусством.
В предыдущих выпусках