Алексей Греков. Второй фронт против России

Второй фронт против России
Алексей Греков

Дата публикации: 14 Августа 2000

Сообщения российских изданий в связи с вторжением узбекских боевиков на территорию Узбекистана, а теперь уже и на юг Киргизии настолько пестры и разноречивы, что не понятно, какого характера и содержания это вооруженное столкновение: то ли это "узбекско-таджикский" конфликт, то ли мусульманские экстремисты вторглись, просочились на территорию Узбекистана, а теперь еще и Киргизии, то ли это боевики ИДУ (Исламское движение Узбекистана), то ли неизвестные вооруженные лица пришли транзитом через Таджикистан, а то и напрямик из Афганистана через афгано-узбекскую границу... Полная неразбериха! Видимо, еще и потому, что журналистов к местам боевых действий ни Ташкент, ни Бишкек не пускают... Попытаемся разобраться в том, что произошло вместе с сотрудником Института Востоковедения РАН, исследователем проблем Афганистана, доктором наук Виктором Каргуном.

Алексей Греков: Виктор Григорьевич, Российская Федерация является одним из главных прародителей ДКБ (Договор о коллективной безопасности) государств СНГ. Тем самым Россия взяла на себя определенные обязательства об оказании военно-технической помощи в случае угрозы безопасности государств-членов Договора. Руководители Узбекистана и Киргизии не раз выражали уверенность в том, что РФ не оставит эти страны один на один с бедой. Президент Ислам Каримов во время последнего визита президента РФ В.Путина в Ташкент был более чем откровенен, сказав, что Россия - это единственная страна, которая способна помочь Узбекистану в трудную минуту... И все же, почему, на Ваш взгляд, высшее руководство РФ, я бы сказал, довольно вяло реагирует на события столь экстремального характера, как вооруженное противоборство боевиков ИДУ с правительственными силами Узбекистана, а теперь уже и Киргизии? В чем причина?

Виктор Каргун: Прежде всего я должен отметить, что, по всей видимости, руководство РФ следит за событиями на юге и северо-востоке Узбекистана, а теперь уже и на юге Киргизии, но, скорее всего, оно не обладает полной, исчерпывающей, объективной информацией, с тем чтобы провести тщательный анализ происходящего и затем делать соответствующие выводы. События эти свежие, внезапные, в достаточной мере неожиданные, прошло только несколько дней, и следовательно, реагировать на них с такой же быстротой, наверное, не оказалось возможным. Однако я подчеркиваю, как только Москва получит достоверную информацию о происходящем, информацию из первых рук, ее реакция последует незамедлительно. Ведь это как раз вопросы борьбы с международным терроризмом и наверняка проблемы наркотрафика из Афганистана через страны Центральной Азии и далее - в Россию и на Запад.

А.Г.: Как Вы оцениваете нынешнее вторжение сравнительно с прошлогодним летним "походом" боевиков в Баткент на юге Киргизии? Что изменилось?

В.К.: На этот раз правительственные силы и Узбекистана, и Киргизии оказались начеку. Наладилось более четкое оперативное взаимодействие между пограничными войсками, силовыми ведомствами Таджикистана и соответствующими структурами Узбекистана и Киргизии. Хотя в начале событий прозвучали обвинения со стороны Ташкента в адрес Душанбе в том, что якобы "определенные силы" в Таджикистане чуть ли не причастны к вторжению бандформирований на территорию Узбекистана, ну а теперь еще на юг Киргизии. Вся эта шумная подозрительность и голословные обвинения ни к чему хорошему не приведут. Гораздо полезнее было бы координировать действия и, может быть, даже провести совместные операции силовых структур Узбекистана, Таджикистана и Киргизии против вооруженных групп боевиков ИДУ. Но на этот раз и узбекские боевики подготовились довольно основательно. Они лучше экипированы, вооружены новейшим оружием, в том числе снайперскими винтовками с глушителями, приборами ночного видения, минометами - словом, всем необходимым для ведения партизанской войны и диверсионных операций, рассчитанных на длительное время. Но тактика та же, прежняя, баткентская, так сказать: в качестве надежного щита боевики выбирают селения, но на этот раз без взятия в заложники местных жителей. Видимо, не успели или это не входило в их планы. Другая характерная черта заключается в том, что узбекские боевики, по всей видимости, хорошо ориентируются на местности. Это говорит о том, что они достаточно времени посвятили рекогносцировке. Об этом же свидетельствует и тот факт, что они целые четверо суток продержались в кольце блокады и, как видно из сообщений тех же официальных узбекских источников, боевики были рассеяны на более мелкие группы, а никак не уничтожены полностью. Если верить официальным сообщениям из Ташкента, всего их уничтожено 15-16 человек. И эта деталь говорит о многом: боевики прошли специальную подготовку. Они достаточно долго и скрупулезно готовили эту операцию. Разработали всевозможные тактические варианты ведения боевых действий в условиях высокогорья. Тщательно изучалась местность. Проблемы местного населения и их умонастроения, возможная реакция. И еще одна важная деталь: мне кажется, боевики ИДУ никуда оттуда, из Сурхандарьинской области, и не уходили. Скорее всего, после прошлогоднего поражения в Баткенде, на юге Киргизии, узбекские боевики мелкими группами, а то и в одиночку стали концентрироваться на юге и на северо-востоке Узбекистана. Так что корни конфликта нужно искать в Узбекистане, так будет, во всяком случае, честнее, а не валить все с больной головы на здоровую, обвиняя в своих проблемах Таджикистан. И другое: видимо, уроки Баткента для узбекских боевиков не прошли даром. Знают с кем будут воевать, как будут воевать, какими возможностями и силами располагает их противник. То есть, если баткентский "поход" был для узбекских боевиков своего рода генеральной репетицией, то нынешние операции на территории Узбекистана стали их бенефисом.

А.Г.: И все-таки, окажет ли Россия при необходимости военную помощь Узбекистану, а теперь и Киргизии?

В.К.: Думается, что Москва ждет, когда руководители Узбекистана и Киргизии предпримут свои те или иные шаги, которые они сами задумали, запланировали, сочли целесообразными. С другой стороны, нужно учесть и тот факт, что Узбекистан преподносит этот вооруженный конфликт как свой сугубо внутренний вопрос, а отнюдь не международного характера и содержания, хотя у боевиков как раз таки наоборот: тут и капиталы Бен Ладена, и поддержка талибов в Афганистане, и поддержка определенных кругов в Пакистане. Одним словом, целый интернациональный букет получается. Поэтому, очевидно, для ДКБ государств СНГ настал час испытания. Тем более, что "родиной" этого Договора является не Москва, а Ташкент. То есть, первый шаг, особенно на уровне военных, должен быть сделан не Россией, а как раз таки Узбекистаном и Киргизией. А что касается Киргизии, то в недавно подписанной российско-киргизской Декларации о вечной дружбе и союзничестве вопрос оказания военной помощи в случае угрозы безопасности одной из сторон расписан четко и ясно. Конечно, можно предположить, что Киргизия и Узбекистан сами окажутся в состоянии ликвидировать очаги вооруженных конфликтов, о чем говорится в последних сообщениях. Ну а если действия Бишкека и Ташкента не дадут положительных результатов, тогда... Тогда РФ, являясь одним из гарантов мирного процесса в Таджикистане и неся определенные обязательства в рамках ДКБ государств СНГ и в пределах этого же Договора, может предпринять необходимые меры. Тем более что превентивные меры относительно талибов в Афганистане еще не исчерпаны.

А.Г.: А что Вы скажете по поводу синхронности вторжения узбекских боевиков на территорию Узбекистана, а теперь уже и Киргизии с продвижением талибов на севере Афганистана?

В.К.: Их планы ясны как божий день. Разработчикам подобных "сценариев" нужно во что бы то ни стало открыть против России так называемый второй чеченский фронт. Если хотите, назовем его ямой для того, чтобы загнать туда "русского медведя". Этакую ловушку, чтобы максимально втянуть туда все силы и ресурсы РФ. С одним и тем же результатом: чтобы Россия навсегда ушла из этого региона. Пока это выглядит отвлекающим маневром. Пока. Так, видимо, задумано разработчиками военных "успехов" талибов на севере Афганистана. Это, если хотите, солидарный ответ на бездействие Москвы, а может быть, и на отсутствие совместных действий Москвы и Вашингтона. Для чего нужны такие отвлекающие маневры наподобие вооруженного конфликта на территории Узбекистана и Киргизии?

Во-первых, чтобы дестабилизировать ситуацию там, в этих странах, вызвать панику, сумятицу, неразбериху... И все это на фоне страшной засухи и неурожая на юге Узбекистана...

Во-вторых, чтобы вызвать напряженность в только что потеплевших было отношениях между Душанбе и Ташкентом. Вбить клин вражды и подозрительности между ними, с тем чтобы Таджикистан, Узбекистан и Киргизия не доверяли друг другу, а в кризисных ситуациях не могли действовать сообща, скоординированно и, следовательно, были бы разбиты поодиночке.

В-третьих, чтобы создать атмосферу страха и безнадежности в Казахстане. Подогревать там уйгурскую проблему. Разыграть карту казахско-узбекских территориально-пограничных взаимных притязаний. Ведь, как видим, как бы ни укрепляли свои границы государства Центральной Азии, для боевиков они оказываются достаточно прозрачными.

И, наконец, в-четвертых: цель разработчиков сценария для нынешних вооруженных конфликтов на юге и северо-востоке Узбекистана и на юге Киргизии √ втянуть Россию в "большую войну в Центральной Азии" с вытекающими отсюда последствиями. Горький опыт бывшего СССР в Афганистане известен. Поэтому, может быть, и к лучшему, что Узбекистан не просит военной помощи у России, а пытается своими силами справиться с локальным конфликтом на своей территории. И может быть, Киргизия тоже справится сама... Здесь очень важно не загасить пожар, а ликвидировать саму почву для конфликта. Если и не насовсем, то хотя бы сделать его контролируемым, прогнозируемым, ожидаемым. Сегодня со всей очевидностью можно рекомендовать Центру по борьбе с международным терроризмом в странах СНГ браться за дело. Если терроризм и наркотрафик - явления международные, то и бороться с ними нужно вместе. Может быть, есть смысл привлечь возможности, имеющиеся у США. Ведь они как никто другой обладают богатым опытом сотрудничества с теми, кого сегодня сами же именуют международными террористами под разными номерами.