Оригинал материала
Иномарки: выпуск 4
Yves Courriere. Jacques Prevert. - 718 pages. - Gallimard; ISBN 2070740552.
Превер. До оскомы типичный парижанин, романтик и лирик, любитель розыгрышей, великий поэт, начинавший карьеру с халявных приработков, а затем работавший моделью в магазинах "Бон Марше". Знался сперва с сюрреалистами, затем - с коммунистами (труппа театра Groupe Octobre); на пару с Марселем Карне сочинял киносценарии ("Дети райка" в том числе). Дружил со многими фигурантами послевоенной богемы: Марселем Дюамелем, Ивом Монтаном, Симоной Синьоре. И, на минуточку, с Ивом Куррьером . Блестяще написанная биография, ворох прославленных имен и детализированный портрет послевоенной Франции.
Дж.К.Оутс - американская Л.С.Петрушевская. Разве лишь старше (р.1938), многоречивей и безысходней. Ее "Свой круг" называется "Делай со мной что захочешь" , ее "Время ночь" - "Сад радостей земных" . Тот факт, что эта угрюмая романистка-бытописательница вдруг сочинила толстенную книгу о Мерилин Монро, парадоксален лишь на первый взгляд. Конечно, Мерилин-икона интересует Джойс Кэрол в последнюю очередь. А в первую - Мерилин - Норма Джин: прыщавая щека провинциальной девчонки, перечеркнутая кровавым мазком (психиня мамаша надавала тампоном по морде); достоевский дебош на глазах у всей нации (Happy birthday, Mr.President); прощальная одурь валиума пополам с "Джек Дэниэлс" (у каждого свои недостатки). Повествование агонизирует, дробится, мечется от "она" к "я". Надувная блондинка с навеки задравшейся юбкой в оборочках тихо хнычет меж строк, истекая белями и клюквенным соком.
Университетский сатирический роман в духе Кингсли Эмиса или Дэвида Лоджа . Или, коль уж на то пошло, Джона Барта (действие ведь происходит не в Королевстве, а в Штатах). Главный герой, потрепанный судьбою prose'аик Тед Свенсон, преподает писательское мастерство в захудалом вермонтском колледже. Внезапно среди одутловатых семинаристов (вроде тех, что, как голуби, обсиживают дворик Литинститута на Тверском) вспыхивает беззаконная комета - смазливая мажорка Энджела Арго; ее креативный дебют называется "Первый поцелуй: блюз городского дна" и начинается с роскошной фразы "Летний зной навалился на взопревший переулок, а заодно и на Лидию Санчес так, что ни охнуть ни вздохнуть" . Свенсон и раньше-то не смел ущипнуть за бедро директорскую секретаршу, опасаясь судебных преследований за сексуальные домогательства, а теперь волей-неволей вынужден играть роль Гумберта при перезрелой Лолите. Короче говоря, роман Фрэнсин Проуз - гневный протест против предрассудков, которые мешают честным гражданам Новой Англии осуществлять свое право на sexual writing и creative harassment. Смешно. Стилистически мастеровито.
Jean Giono, Jean Paulhan. Correspondance 1928-1963. - 155 pages - Gallimard; ISBN 2070756696.
Жан Жионо, Жан Полан; первый - писатель-отшельник из Прованса, второй - парижский критик, редактор La Nouvelle Revue Franсaise. Полярные люди, полярные жизненные стилистики. После встречи в 1929-м между Жионо и Поланом занялась дружба, продолжавшаяся более тридцати лет. В книге представлена их переписка, которая выгодно отличается от прочих опубликованных переписок того периода тем, что почти не затрагивает злободневных реалий, ни социальных, ни литературных. А если затрагивает, то по такой нестандартной касательной, что живо вспоминается Генри Торо, который плевал на современников с безоблачных высот своего Уолдена.
Яркая, нетривиальная книга на донельзя замызганную тему. В 1946 году, еще до официального дня рождения государства Израиль, молодая лондонская парикмахерша-идеалистка еврейских кровей Ивлин Серт эмигрирует в Палестину - и уже там, в Тель-Авиве, осознает, что британские гены в ней превалируют над семитскими: местные кухня, обычаи, наряды и подходцы претят ей, как агорафобу - вид Мертвого моря с птичьего полета. Вспомним, что до 14 мая 1948 года Палестина числилась протекторатом UK и все английское там считалось дьявольским, и нам станет понятно, по какой причине у Ивлин съехала крыша: она клинически раздвоилась на себя-брюнетку и себя-блондинку, оторву под псевдонимом Присцилла Джонс (все равно что если б некий рьяный чеченец ночами блуждал бы по улицам Урус-Мартана с документами на имя Ивана Бычихина в кармане и воплем "Смерть черножопым!" на устах). После Освенцима стыдно сочинять стихи; более того, после Освенцима вообще все стыдно.
Линда Грант - автор полудокументальных романов "Берег металлолома" и "Ты снова напомни мне, кто я такая" . Проблематика схожа: островная Британия, высотные Голаны┘
"Разрушительное чувство" из заголовка - это ревность. Всем нам знакомая зеленоглазая богиня. Социобиолог Басс, вооруженный "Происхождением видов" Дарвина и новейшими наблюдениями над этологией первобытных племен, ставит ее на одну гибельную доску с алкоголизмом и наркоманией. Он доказывает нам, что мужчины подвержены ревности исключительно оттого, что иногда им сдуру приходит в голову усомниться, а их ли, собственно, дети их дети. Женщины же - оттого, что в должной мере не прониклись духом феминизма, каковой позволил бы им усомниться, а их ли, собственно... И что Миссисипи впадает в Атлантический океан.
Дэвид М.Басс - автор и соавтор многих авторитетных исследований, среди которых особенно выделяется трактат "Кукурузные хлопья и отходы кукурузной промышленности" . С точки зрения дарвинизма.
Franсois Rachline. Le pari de Don Juan. - 118 pages. - РUF; ISBN 2130507409.
Дон Жуан как архетипическая фигура: идеальный герой своей эпохи и тысяч чужих. Мошенник и трус в XVII веке, циник и насмешник в XVIII, незадачливый протагонист в XIX, незадачливый Чарли в XX. Он позволяет вам приблизиться к себе - но сразу же отталкивает, не приемля взаимности, о чем бы ни шла речь: о любви, долге, смерти. Напоминает нам о том, кто мы суть на самом деле, указывая на то, кем мы не являемся. Франсуа Рашлен - литературовед деконструктивистской закалки; он выворачивает каждого из нас наизнанку, притворяясь, что всего-навсего анализирует общеизвестные тексты. Анна! Анна! - тишина.
Экскурс в историю Алжира минувшего десятилетия. Тематика для нынешней Франции по-прежнему болевая. Автор книги - журналист одного из алжирских еженедельников. Подробно освещена деятельность партии "Исламский фронт спасения", в 1990 году получившей большинство мест в Национальном собрании, а затем, после антиправительственных выступлений в марте 1992 года, запрещенной. После этого некоторые активисты ИФС перешли к террору, что способствовало развязыванию гражданской войны. Что происходило в это время в государстве? Опираясь на собственные наблюдения, Саид Заруйи повествует об "ужасах войны и надеждах Алжира" накануне ХХI века.
Чуть выше шла речь о Кингсли Эмисе, авторе "Счастливчика Джима". Российский читатель - по халатности отечественных издательств и переводчиков - даже не подозревает, что сын Кингсли Мартин отправился по стопам родителя и перещеголял его на литературном поприще, заслужив почетное звание Первого Постмодерниста Брегов Альбиона. Теперь, когда все успело пятнадцать раз отболеть, Мартин наскоро вспоминает об отце. 144 страницы крупного кегля - словно три пожухлых гвоздички на могилу раз в десять лет. Папа был, конечно, конфликтный и деспотический: на нем ретроспективно отдохнула природа. Отпрыск был, конечно, примерный и положительный - точь-в-точь артековское пузико, выпирающее с суперобложки.
Bruno Clement. L'invention du commentaire: Augustin, Jacques Derrida. - 177 pages. - PUF; ISBN 2130505678.
В III веке Блаженный Августин написал "Исповедь". В ХХ свою "Исповедь" (Circonfession) пишет Жак Деррида; комментариями к тексту служат факты биографии философа. Путем такого "далековатого" сопоставления Брюно Клеман пытается проанализировать вторые и третьи, непроявленные смыслы судеб двух гуру, первый из которых отдался созиданию, а второй - энтропии; по собственной ли воле? или в силу закономерностей контекста? Августин - рай, Деррида - ад; возможно, мы сами, воспринимающие их с актуальной колокольни, виновны в этой непримиримой дуалистичности оценок; разве райская сковородка и адское сиянье - не одно и то же? В конце же концов.