Илья Овчинников. Возвращение Вайнберга

Музыка

Н аблюдения за последними музыкальными сезонами и их отражением в прессе показывают, что критика потеряла интерес к концертной программе как к таковой; основное внимание уделяется раскрученным именам, о каких бы произведениях ни шла речь. Поветрие захватило и публику, хотя пока еще она остается чуть более благодарной: так, на декабрьском концерте БСО, составленном из посвящений Владимиру Федосееву, зал был полон. Однако это, несомненно, стоит отнести на счет фигуры самого Федосеева, а не на счет музыки Р.Леденёва, Б.Чайковского, М.Вайнберга и других композиторов "третьего уровня известности". О том, что произведения названных авторов, как и сочинения Мясковского, Шебалина, Тищенко, сегодня почти не звучат, мы говорили на днях в артистической Малого Зала Консерватории с бессменным виолончелистом квартета им.Бородина Валентином Берлинским.

По инициативе Берлинского в Москве проходит очередной фестиваль квартетного искусства, в рамках которого 23 февраля при полупустом зале выступил " Романтик-квартет ". Невнимание публики в тот вечер было особенно обидным потому, что наряду с квартетами Моцарта и Шнитке в программе значилось раритетнейшее сочинение - квинтет М.Вайнберга для фортепиано и струнных (партию фортепиано исполнила Наталия Катюкова). Исполнить его молодым музыкантам предложил Берлинский, в свое время игравший этот опус в составе квартета Бородина вместе с автором - замечательным композитором и талантливым пианистом. Их исполнение, записанное на пластинку и переизданное на CD, сейчас найти практически невозможно; тем более уникальной была возможность услышать квинтет Вайнберга вживую, непосредственно накануне 26 февраля - годовщины со дня смерти композитора.

Хотя Вайнберг никогда не был учеником Шостаковича в буквальном смысле, тридцать лет дружбы и активного сотрудничества позволяли ему сказать: "Школа Шостаковича является основой моей творческой работы. Я чувствовал себя счастливым человеком, потому что могу показать свои произведения лучшему композитору двадцатого века. Это была честь и она подсознательно активизировала сочинительство музыки" . Возможно, среди последователей Шостаковича Вайнберг наиболее близок к творческой манере учителя; мера таланта ученика и острота его художественного восприятия действительности делают сравнение лучших сочинений Вайнберга с шедеврами Шостаковича вполне допустимым. Знавший себе цену Дмитрий Дмитриевич воспринимал младшего коллегу как равного: Вайнбергу многократно доводилось впервые исполнять новые произведения Шостаковича в четыре руки с автором. А на премьере цикла романсов Шостаковича на стихи Блока Вайнберг выступил в ансамбле с Давидом Ойстрахом, Мстиславом Ростроповичем и Галиной Вишневской, оказавшись адекватной заменой Святославу Рихтеру.

Вайнбергу посвящен десятый квартет Шостаковича , о чем последний писал: "Он [Вайнберг] написал девять квартетов (у меня их было восемь). Я поставил задачу догнать и перегнать Вайнберга, что и сделал" . Естественно, что теперешнее исполнение квинтета Вайнберга вызвало ассоциации в первую очередь с квинтетом Шостаковича : это сочинение, соединившее черты баховской фуги с типично шостаковичевскими тревожными и колючими интонациями, было написано в 1940 г. - Шостакович был уже всемирно известен как автор двух опер, трех балетов и шести симфоний. В прошлом осталась чуть не стоившая композитору жизни "проработка", связанная со статьей " Сумбур вместо музыки "; предстояло пережить период борьбы с формализмом в музыке и еще одну, не менее жестокую, полосу шельмования. Квинтет Вайнберга, одно из первых зрелых сочинений двадцатипятилетнего композитора, также появился в короткий промежуток между двумя наиболее драматичными периодами в биографии его автора.

Судьба

П о большому счету, мы почти не знаем музыки Вайнберга; по свидетельству вдовы композитора, О.Ю.Вайнберг, около 70% его произведений не опубликовано даже в виде нот. Наибольшая заслуга в популяризации его творчества принадлежит английской фирме " Olympia ", выпустившей 18 дисков с музыкой Вайнберга (несколько наименований вышло на лейблах "Chandos" и "Russian disc"). Для переиздания на CD были не только отреставрированы старые записи, сделанные на "Мелодии", но и выполнены новые: многие сочинения оказались исполнены и записаны впервые. Серия охватила примерно половину симфонического и квартетного наследия Вайнберга, довольно полно представив также его фортепианные и виолончельные сонаты; в последние полгода некоторые из дисков серии встречаются в магазинах сети "СОЮЗ". В продаже периодически бывает замечательный концерт для виолончели с оркестром, вошедший в серию записей Ростроповича "Russian years". Однако вне поля зрения остается огромное количество музыки, которой мы не знаем и, судя по всему, не слишком "интересуемся знать".

Увы: вряд ли ситуация изменилась бы кардинально, будь мы лучше знакомы с биографией Вайнберга, хотя она представляет несомненный интерес для каждого любителя современной истории и культуры. Если Бродскому, как известно, "будто нарочно делали биографию", то жизненный путь Вайнберга не в пример трагичнее. Его отец попал в Польшу в начале ХХ века, спасаясь от кишиневского погрома; будущий композитор родился в 1919 г. в Варшаве - отсюда польское имя Мечислав. Основной работой Вайнберга-старшего была игра на скрипке в варшавском еврейском театре, а с 10 лет сын присоединился к отцу - не только как пианист, но и как музыкальный руководитель некоторых спектаклей. В 12 лет Вайнберг поступил в класс фортепиано Варшавской консерватории (еще одна параллель с Шостаковичем, ставшим студентом Петроградской консерватории в 13 лет). Его приглашали продолжить обучение за океаном, но предложение не было принято, а затем наступил 1939 год.

Родители Вайнберга решили остаться в Варшаве, но детей - Мечислава и его сестру - отправили в Советский Союз. На полпути к цели сестре пришлось вернуться обратно - у нее стоптались башмаки; до белорусской границы Мечислав добрался один. Видя в нем в первую очередь еврея, спасающегося от немцев, советский пограничник записал имя нового гражданина СССР: Моисей. Отсюда путаница с именами - как правило, близкие друзья называли Вайнберга "Метек", коллеги - Моисей, в энциклопедиях же обычно фигурируют оба имени. Обосновавшись в Белоруссии, новоявленный Моисей два года учился в Минской консерватории по классу композиции. В 1941 г. Вайнберг оказался в эвакуации в Ташкенте, где работал в местном оперном театре; там родилась его первая симфония. В 1943 г. удалось послать ее Шостаковичу, одобрившему работу и пригласившему автора в Москву, куда Вайнберг и переехал в том же году. Позже удалось узнать, что его родных, оставшихся в Польше, немцы сожгли заживо.

Д.Д.Шостакович и М.С.Вайнберг (в центре - О.Ю.Вайнберг)

О быстро возникшей близости композиторов красноречиво говорит тот факт, что в 1947 г. Шостакович в четыре руки с Вайнбергом исполнял в кругу коллег свою Четвертую - фактически запрещенную - симфонию, надеясь вернуть ей легальное существование. Такой возможности не представилось - следующий, 1948 год принес новые беды и Шостаковичу, и Вайнбергу. Последний к тому времени был женат на дочери Михоэлса; 13 января 1948 г. Соломона Михоэлса в Минске сбила машина. С этого момента Вайнберг оказался "под колпаком"; как вспоминает его семья, он замечал за собою слежку в течение нескольких лет и 6 февраля 1953 г., в разгар дела врачей, был арестован. Вместе с первой женой композитора Шостакович неоднократно пытался хлопотать о его освобождении, но делу помогла лишь смерть Сталина (по горькой иронии судьбы совпавшая со смертью Сергея Прокофьева ) - 25 апреля того же года Вайнберга освободили.

Трех месяцев в тюрьме хватило, чтобы полностью подорвать здоровье музыканта и наложить на лучшие его сочинения отпечаток горечи и боли: на страницах Шестой, Седьмой, Двенадцатой симфоний, трилогии " На пороге войны " трагические события жизни композитора отражены в полной мере. Заказанная Большим театром, но так и не поставленная опера "Пассажирка" повествует о случайной встрече бывшей узницы концлагеря с бывшей надзирательницей. Одна из наиболее известных работ Вайнберга в кино - музыка к фильму " Летят журавли ". Тем удивительнее, что среди наследия Вайнберга немалую долю занимают сочинения крайне светлого характера; таковы, например, его камерные симфонии, решенные в духе позднего неоклассицизма. Вайнбергу принадлежит 17 струнных квартетов, более 20 симфоний, Реквием, ряд кантат и концертов. Не забудем музыку к 40 кинофильмам, среди которых " Афоня ", " Укротительница тигров ", " Медовый месяц ", " Гиперболоид инженера Гарина ", " Тегеран-43 " и многие другие. Вы не поверите, но именно Вайнберг сделал песню из стихотворения " Хорошо живет на свете Винни-Пух ". В Камерном театре Бориса Покровского шли его оперы "Поздравляем!" по Шолом-Алейхему и "Идиот" по Достоевскому; им написаны также оперы "Портрет", "Любовь д'Артаньяна", "Мадонна и солдат" - ленинградскую постановку последней в Малом оперном театре незадолго до смерти "пробил" Шостакович.

Увы, нет уверенности, что мы когда-нибудь сможем услышать эти произведения: на пресс-конференции в Большом театре, посвященной премьере "Похождений повесы" Стравинского , дирижер Александр Титов говорил об исключительно малой востребованности опер второй половины ХХ века. Как рассказывает вдова композитора, Вайнберг был отчасти сам "виноват" в малой популярности своих произведений: сочинение музыки интересовало его куда сильнее, нежели ее последующая пропаганда. Вероятно, это утверждение справедливо не в каждом случае: иначе как объяснить появление симфонической поэмы " Знамена мира ", посвященной открытию XXVII съезда КПСС? Можно утверждать наверняка, что одной из причин работы над подобным заказом была гарантия его последующего исполнения и публикации. Впрочем, даже столь ангажированное произведение представляет несомненный интерес: как и Шостакович в симфонии " 1905 год ", Вайнберг цитирует здесь революционные песни, хотя цитаты скорее "спрятаны", нежели подчеркнуты. В последние годы жизни композитор был прикован к постели и тратил силы только на сочинительство. Мечислав Самуилович Вайнберг скончался 26 февраля 1996 года.

Музыка

З десь время вернуться к исполненному недавно в Консерватории квинтету Вайнберга. Он, как и квинтет Шостаковича, имеет пятичастную структуру; однако различие творческих почерков слышно с первых же минут. Ведя музыкальное повествование, Шостакович может быть весьма эмоционален, но при этом он стремится дать как бы объективный взгляд со стороны; тогда как первая часть квинтета Вайнберга носит более раскованный, хотя и более светлый характер. Один из эпизодов второй части по настроению и ритмическому рисунку прозвучал почти как блюз; из классиков ХХ века к блюзу обращались и Равель, и Стравинский, и Шостакович, а сам Вайнберг позже оказался автором культового блюза " Какое мне дело? " из фильма " Последний дюйм ". Во второй же части обратила на себя внимание пианистка Наталия Катюкова, мастерски справившаяся с "ударной" трактовкой фортепиано в духе " Свадебки " Стравинского и первой сонаты Шостаковича.

Вершиной исполнения стала третья часть - откровенно реминисцентная по отношению к квинтету Шостаковича, третий номер которого - также наиболее жизнерадостный и лаконичный. Престо, открывшееся тихими струнными, вскоре оглушило ликующим вальсом, сразу же вызвавшим желание слушать его еще и еще; "между строк" читались отсылки не только к Шостаковичу, но и к аллегро скрипичной сонаты Прокофьева #1 . Эмоциональная концентрированность третьей части такова, что после нее музыканты молчали около минуты, дав возможность слушателям прийти в себя и настроиться на задумчивое и продолжительное ларго - передышку между центром сочинения и его финалом.

Начало пятой части напомнило токкату восьмой симфонии Шостаковича , созданной всего за год до квинтета Вайнберга; монотонные пассажи струнных звучали не так зловеще и безжалостно, как в сочинении учителя, но столь же пугающе-механически. Этот эпизод сменился следующим, как бы "неоклассическим", вслед за которым мы вновь услышали лейтмотив первой части, поданный в более лиричной и в то же время более драматичной манере. Публика, не слишком многочисленная, по достоинству оценила малоизвестное сочинение - концерт завершился повторением третьей части на бис. Остается лишь посетовать, что диски с музыкой Вайнберга столь труднодоступны, а его сочинения звучат так редко: в свое время их исполняли Мстислав Ростропович, Леонид Коган, Эмиль Гилельс, Тимофей Докшицер, Рудольф Баршай, Кирилл Кондрашин, Геннадий Рождественский, что исчерпывающе говорит об их качестве. Как рассказал Валентин Берлинский (ему посвящены две сонаты композитора для виолончели соло), месяц назад бородинцы с огромным успехом исполнили в Мадриде восьмой квартет Вайнберга; музыкант пообещал, что со временем его услышат и москвичи. Исполнение квинтета - особенно на фоне общего однообразия репертуара - стало достойным напоминанием о годовщине со дня смерти композитора.