Игорь Манцов. Дочки-матери

Дочки-матери
Игорь Манцов

Дата публикации: 24 Марта 2005

"Е сть люди, которые по любому поводу создают портрет французской молодежи и при этом описывают целое поколение с такой уверенностью, словно речь идет об одном человеке. - Это Бальзак начинает свой очередной нестареющий очерк. - Самые разнообразные характеры, нравы и умы они выражают одной общей формулой. Но формула эта меняется в зависимости от автора. Отсюда определения самые неожиданные и противоречивые: молодежь серьезна, молодежь легкомысленна; она трудолюбива, она предается безделью; она полна учености, она невежественна; она невоспитанна, она образец прекрасных манер; она действует, не думая, она думает, не действуя" . Но если сразу два автора, независимый и коммерческий, черный и белый, сходятся, мы говорим: однако, тенденция! Опозна е м в грезах и вымыслах правду жизни. Молодежь, впрочем, американская. Но все равно любопытно.

Черный и независимый - это Спайк Ли, автор картины She Hate Me , "Она меня ненавидит". Белый и коммерческий - Пол Вайц, сценарист и постановщик фильма In Good Company , в нашем прокате "Крутая компания". Два невеликих фильма без претензий, но смотреть надо, смотреть не противно. Тема такая: способный молодой человек адаптируется к ценностям среднего класса. Пробует на зуб офис. Пытается делать карьеру, а вместо этого делает ошибку . Вываливается на обочину жизни. Ищет выход из положения, то есть адаптируется по новой.

Самое забавное - оба фильма заканчиваются в одном и том же месте: на морском пляже, на песочке. А начинаются среди стекла и бетона, среди дизайна . Не знаю, насколько сознателен такой выбор натуры, однако моя разборчивая память квалифицировала его как явление значимое, как выразительную метафору. Будто героя вытолкнули с автобана в кювет: это закрепилось в голове, это сигналит. Вроде мелочь, а ведь именно она характеризует отчетные произведения экрана как произведения культурные . Системные. Нацеленные на диалог и если не на переворот в зрительских умах, то на легкий сдвиг, на необременительную внутреннюю работу. Первую и последнюю минуты запоминаешь лучше, не правда ли? Но наши никогда об этом не думают, нет. Наши не заинтересованы в диалоге, у них, как правило, богатый внутренний мир. Поэтому выразительная оппозиция "дизайн - песочек" - не их уровень. Слушаешь автокомментарии наших в телевизоре - даешься диву: непременные Достоевский, Бродский, Борхес и Пруст. А надо бы начинать с бинарных оппозиций и внятной социальной схемы. С простого вещества. У американцев это бетон, стекло и песок. У иранцев - соль, вода и хлеб. У французов - вино, постель и поцелуи. И только у наших сразу поэзия . Но поэзию надо заслужить.

Два отчетных фильма - заведомая проза. Кто-то ведь должен разгребать повседневное дерьмо и собирать рабочие модули. Итак, парень адаптируется . В постиндустриальной среде. Черный герой Спайка Ли окончил Гарвард: биотехнологии, руководящий состав, перспективы роста. Белый герой Пола Вайца занимается рекламой: слоганы, образы, продажа воздуха. Замечен на самом верху, предназначен для стремительной карьеры. Первый, черный (меланхоличный Энтони Макки), честно доложил в комиссию по биржевым операциям о хищениях со стороны руководства и был уволен с волчьим билетом. Против него начали коварное судебное преследование, его банковский счет заморозили, а имя опорочили. Внезапный маргинальный статус, безработица и безденежье. Второй, белый (бойкий Тофер Грейс), похитрее: предъявил сообразительность и в свои 26 лет был назначен начальником престижного отдела. Прежний 52-летний начальник (Деннис Куэйд) придан ему в качестве заместителя. Казалось, паренек навсегда победил, однако в команде смертельно оскорбленного папаши внезапно сыграла его двадцатилетняя дочка (Скарлетт Йоханссон).

Итак, по законам жанра и по законам жизни решающее влияние на судьбу обоих молодых людей оказывают женщины. Однако если белый мучается с одной-единственной, то черному приходится последовательно удовлетворять семнадцать оголтелых лесбиянок, пожелавших забеременеть от кого-нибудь физически здорового, но ненавязчивого, не претендующего на отцовство и брак. Еще будучи успешным, этот черный парень неосторожно женился на бисексуалке (Керри Вашингтон). Теперь, в трудную минуту, она благородно приходит к нему на помощь: предлагает за очень хорошие деньги ему и неплохие проценты ей оплодотворить и любимую себя, и девственниц подружек. Парень скрипит зубами, однако выбора у него нет. В конечном счете, работа как работа. Те же биотехнологии. Хотя общественность изрядно возмущена. А почему? Ведь все его мытарства спровоцированы его же патологической честностью. Рождается семнадцать детей, а отец-герой делает своей бывшей жене и жене жены предложение - жить втроем, то есть, включая деток, впятером. Фильм вырулил в неожиданное русло! Как аттестовать эту судьбу и этот финал? Счастье? Позор Позорович? Компромисс? Месть лицемерному обществу? Вознагражден или унижен? С этим непроницаемым черным меланхоликом ничего не ясно: безупречный выбор актера! Традиционная система оценок полетела к черту. Разогнав публицистический пафос до стадии сатирического гротеска, в финале Спайк Ли резко затормозил, и здесь выяснилось, что незаметно оформилась новая социальная норма. Ни сатиры, ни гротеска, ни проблем как не бывало. Финал - идиллия. Море, лесбиянки с покорным партнером, ангелы-дети, умиленный папаша героя в инвалидной коляске. Саркастичный автор демонстрирует волю социума к нормализации. Воровали, доносили, собачились, да так, что начальники выкидывались из окон и, как прекрасные чайки, разбивались об асфальт; расширяли гендерные горизонты, теряли девственность, делали бизнес на оплодотворении, рожали и судились; наконец, запатентовали семейную ячейку нового типа. Маргинальное - легализовалось. Черный ангел, секс-объект Энтони Макки смотрит в будущее обреченными глазами. Прежде он не согласился на одну-единственную бисексуалку, и вот теперь ему придется кормить двух недоступных лесбиянок, аккуратно оплодотворяя сотни их подружек-недотрог. Что же, жизнь не стоит на месте.

Я запомнил Спайка Ли после картины Girl 6 (1996), где в момент реализации романтической грезы героини, пресловутой "девушки номер шесть", удовлетворявшей мужчин посредством телефонных разговоров, прямо с неба на нее и встречных прохожих сыпались тысячи (!) разноцветных телефонных аппаратов. Они разбивались об асфальт большого города. Были подобны праздничным, но опасным конфетти. Так Спайк Ли выиграл новое качество и зацепил меня навсегда. Будто алхимик, выделил из жесткого социального сюжета его квинтэссенцию, его материальный эквивалент, своего рода простое вещество постиндустриальной эры: телефон. Вот и теперь в фильме, снятом за пригоршню долларов на 16-миллиметровой пленке, он смоделировал броуновское социальное движение. Показал, как взаимопереплетены бизнес с гендером, как стремительно меняются социальные роли, короче, как все непросто . Будьте покойны, у нас непрерывно происходит что-то свое , однако, отворачиваясь, а скорее, не умея заметить, наши привилегированные художники поют раз и навсегда заученную парадно-выходную арию: "Достиг я выс-сшей власти..." Поздравляем. С убедительной победой над здравым смыслом.

Белый парень продержался "в хорошей компании", то бишь в офисе, значительно дольше, почти до самого финала. От него поначалу тоже ушла жена, потому что он слишком отдавался карьере. Мечты сбылись, и парень вроде бы оседлал социальную вертикаль, однако по сравнению с замом, Куэйдом, его положение куда менее надежно. У того - семья и налаженный быт, то есть неотчуждаемая горизонталь. У этого - много молодости и даже талантов, но никакой корневой системы. Закономерно, что именно агент той самой горизонтали, старшая дочка Куэйда, наносит герою без малого смертельный удар. Она лениво, нехотя, играючи, будто пробуя свои силы (три-четыре поразительных фронтальных плана Скарлетт Йоханссон, сыгравшей смертельную опасность экономно, но тем более убедительно!), соблазняет юного папиного начальника, влюбляет в себя, а потом бросает. К полному папиному удовлетворению. В сущности, семья Куэйда уподобляется агрессивному спруту, отвоевавшему-таки жизненное пространство и материальные блага у юного выскочки, не связанного никакими кровнородственными узами и потому совершенно беззащитного.

По результатам перепродажи "хорошей компании" экспансия и триумф мощной корневой системы узаконены: новый босс возвращает доблестного семьянина Денниса Куэйда на место начальника, а побывавшего в шкуре секс-объекта Тофера Грейса - увольняет. Правда, Куэйд великодушно предлагает юноше должность своего зама, однако тот благоразумно отказывается: пока он один-одинешенек, разумнее держаться от монстроидального спрута подальше. Пробежки по пляжу - все, что юноше остается. Меж тем как Деннис Куэйд ожидает очередного прибавления в семействе и, значит, роста своего могущества.

"Этнологи показали, что в так называемых архаических обществах умели скрывать социальные или политические маневры под маской родственных отношений; отсюда вопрос: не стремится ли современное общество скрыть под маской политики или экономики генеалогические мотивы?" (Ф.Зонабенд). Именно. В секуляризованном обществе дети активно используются для анестезии страха смерти. Вот отчего внезапно обеспокоились и принялись рожать девственницы-лесбиянки Спайка Ли. Кроме того, кровнородственные отношения обеспечивают почкование социального тела и закономерное увеличение суммарной огневой мощи, что остроумно продемонстрировал сюжет Пола Вайца: все-таки в споре один на один у архаичного Куэйда не было никаких шансов.