Анна Немзер. Бродячий сюжет

Бродячий сюжет
Анна Немзер

Дата публикации: 22 Марта 2004

Э кономическое положение Петербурга и Москвы, к счастью, позволяет думать не только о хлебе насущном, но и о высоких материях. Стремительная капитализация и приобщение к жизни западной свершаются не только и не столько на событийном уровне, сколько на уровне сознания и подсознания российских граждан. Жители двух столиц (может быть, еще Екатеринбурга и Нижнего Новгорода) перенимают западные стандарты существования. Среди молодежи, носящей название "яппи", принято интенсивно и успешно работать, прилично зарабатывать и культурно отдыхать на выходных: клубы, бильярд, кинотеатры, выезды на пленэр. Среди людей творческих принято обращаться в суд в связи с нарушением авторских прав.

Одной из весьма распространенных схем судебного конфликта стало разбирательство между звукозаписывающей корпорацией и композитором (вариант - исполнителем), чьи произведения стали использоваться незаконным путем. Больше года назад разыгрался скандал между певец Александром Розенбаумом и компанией LG; затем его коллега Юрий Антонов выражал серьезное недовольство поведением южнокорейского концерна Samsung. Актер и режиссер Олег Табаков обвинил фирму "Мелодия" в незаконном использовании его голоса, а фронтмен группы "Ленинград" Сергей Шнуров подал в суд на звукозаписывающую компанию "Гала-рекордз". Известия о шумных юридических разбирательствах такого рода начали приходить к нам с Запада, это продолжается и по сию пору; подогревается интерес к тому, как разрешаются конфликты в "цивилизованном обществе". Было бы совершенной несправедливостью говорить о том, что нынешними российскими истцами движет исключительно желание калькировать образ жизни образцовых звезд вроде Эминема. Но и полностью игнорировать возможность такой мотивировки, кажется, неправильно. Российское судопроизводство, связанное с проблемами авторского права, имеет массу своих пригорков и ручейков. Открытые вниманию прессы тяжбы сплошь и рядом завершаются эдакой "гомеопатической" победой истцов: иски их вроде бы выиграны, но денежная компенсация оборачивается чистой фикцией. Так Сергей Шнуров, подсчитавший с адвокатами, что "Гала-рекордз" задолжало ему роялти на сумму около восьмидесяти тысяч долларов, удовлетворился несколькими десятками тысяч рублей - правда, на этом его тяжба еще не завершена и ждет продолжения. Сходную по результатам ситуацию описывал и Александр Розенбаум. Но дело не в деньгах, с редкостным единодушием заявляют истцы - от Олега Табакова до Шнурова, пылко декларировавшего, что ему важен показательный процесс вроде Нюрнбергского. Важно наказать нарушителей, наказать публично, а деньги - чего уж там; люди не бедные. Это невинное хвастовство - такой же компонент нового образа жизни. В иные времена нарушителей "приказали бы высечь на конюшне" или там - при удачном и нечастом силовом раскладе - на них можно было бы "основательно наехать". Теперь пришла пора цивилизованного решения проблем.

Занятным образом обнаружилось типологическое сходство западной и российской историй "об авторском праве". В Парижский суд поступил иск французского писателя Франка Ле Кальвеза: американские киностудии "Дисней" и "Пиксар", по его заявлению, использовали в известном орденоносном мультфильме "В поисках Немо" образы из его книжек. Им самим сочиненные, выпестованные образы рыбок. Собственно говоря, французские книжные магазины первыми обратили внимание на это совпадение и прекратили продажу книг Ле Кальвеза, заподозрив его в плагиате и опасаясь преследований Голливуда. Но хронология событий была иной: сначала Ле Кальвез создал своих рыбок и уж потом родился на свет мультфильм про Немо.

Российская писательница Ольга Славникова опубликовала роман "Бессмертный" в 2001 году в журнале "Октябрь". Также вполне орденоносное произведение (премия Аполллона Григорьева, номинация на русского Букера, шорт-листы премии Белкина и "Национального бестселлера"). Осенью 2003 года роман должен был быть издан во французском издательстве "Галлимар", но вышедший на экраны фильм немецкого режиссера Вольфганга Беккера разрушил эти планы . Сходство сюжетов и деталей (констриурование-воспроизведение-воскрешение прошлого - советского ли, гэдээровского - в отдельно взятой квартире) поставил в тупик осторожных французских издателей. Их можно было понять: беккеровский фильм раскрутился мгновенно и снискал шумную популярность. Славникову попросили написать предисловие с "хронологическим" расставлением точек над i. Писательница, недовольная необходимостью оправдываться, решила, что лучшая оборона - это наступление, и обвинила в плагиате создателей фильма.

Если сюжет с Ле Кальвезом может иметь "правовое" развитие, то история Ольги Славниковой станет достоянием прессы. На юридическое разрешение не рассчитывает, в первую очередь, сама писательница. В тончайших прецедентах, связанных иной раз с бродячими сюжетами, архетипами, разобраться всегда непросто; особенно в стране с не вполне сложившейся традицией такого рода судопроизводства. У нас этими вопросами раньше занимался Пропп. Но он урегулировал подобные конфликты сравнительно мирным путем.

Сочувствуя всем возмущенным истцам, не могу не заметить, что свой процент популярности с этих скандалов всегда получить можно. Прославилась чуть не на весь мир Таня Гроттер . Эдуард Успенский напомнил соотечественникам о существовании потесненного Мики-Маусом (чтоб не сказать покемоном) Чебурашки. Правда, пострадала Светлана Мартынчик, создательница писателя-фантаста Макса Фрая, обнаружившая , что издательство собирается незаконно использовать псевдоним и вынужденная раскрыть тайну своей креатуры. Макс Фрай ненадолго помер, потом, оскорбленный, восстановился, да еще и Светлана Мартынчик родилась. Чем плохо?

Большая часть российских копирайтных скандалов разыгрывается, как уже было отмечено, в крупных городах ( за редким исключением ). Здесь можно себе это позволить. Здесь хочется уметь обращаться в суд и отстаивать свои права. Здесь приходится пожимать плечами и разводить руками; за кадром всех громких скандалов лейтмотивом пульсирует тревожная мысль: все-таки у нас в России с авторским правом пока еще совсем не все в порядке. Все-таки нет еще такой, знаете... как следует... традиции.