Денис Бычихин. Консервированный эон

Консервированный эон
Денис Бычихин

Дата публикации: 21 Апреля 2000

Сегодня праздник. Во-первых, завтра суббота, во-вторых, нынешние тексты - сплошь по сезону и общей тональности естества: задорные и зубастые. Типа "Авиньонских девиц".

Здоровья киноварь, как говорил поэт. С известной, конечно, червоточиной.

Но о ней позже.

Офф-лайн

Главная публикация - в "Коммерсанте": отклик Михаила Новикова на устроенную в "О.Г.И." презентацию самого полного собрания сочинений Льва Рубинштейна. На днях его выпустило издательство "НЛО". Таким образом поэт подвел итоги двадцатипятилетних творческих трудов.

Смысл заметки Новикова прост: разумеется, ars longa, только иногда долголетие это служит ему не лучшую службу. Как с консервированной тушенкой - со временем она отдает только жестью и консервантом. А вот тем, что живописуется на этикетке - увы и ах:

Акунин не усмехнулся ни разу. Трепещет в толпе вечно скорбный Сергей Гандлевский - и тоже: ни улыбки, ни вздоха. Белеет широкое лицо Семена Файбисовича, темнеет узкое - Михаила Сухотина. Ба! Да это ведь те же, кто был тогда, эон назад в Армянском переулке. И им по-прежнему невесело?

Вообще-то, "смешно-несмешно" - критерий устаревший. Но поскольку речь идет о публичном выступлении, именно он верней других. К тому же особое экзистенциальное занудство, некая тяжесть, появлявшаяся после приема определенного количества Рубинштейна, никуда не делись. То же касается и книги: это никак не легкое чтение, поскольку и сам не заметишь, как затянет тебя в воронку великой тоски под названием "конец века". Который, конечно, ерунда и условность, но который все-таки ужас.

Кстати, в заметке допущена неточность. Утверждается, что Рубинштейн слывет самым остроумным человеком в Москве. Между тем, всем известно, что самый остроумный в Москве - Макс Фрай (так же, как и то, что он уругвайский негр). А самый человечный - mr. Parker.

А самая красивая девушка в Москве запоем читает Селинджера.

Сеть

Другая исключительная девушка - Линор Горалик - делает то же самое с библией латвийских чиновников .

Вообще, такого рода занятия станут теперь для Линор регулярными: на "ОЗОНЕ" открылась новая ее авторская колонка . Открылась как раз текстом о "Лолите", вернее же, о Шарлотте Гейз - матери главной героини.

Штука в том, что как раз второстепенным, но, по мысли Линор, зачастую более живым и кровно близким персонажам известных сочинений и посвящен этот проект.

Что до Лотты (г-жи Гейз), то Линор ее действительно жаль - нет, разумеется, не по-женски или каким-то еще неинтересным образом. Чисто по-человечески:

Гумберт говорит о жене с нежностью, вспоминая ее лежащей на асфальте: "Шарлотта, когда для меня приподняли плед, оказалась лежащей комочком, с совершенно нетронутыми глазами, с еще мокрыми черными ресницами, слипшимися, как твои, Лолита!"

С этого момента Гумберт к мыслям о мадам Гумберт не возвращается. Шарлотта, чей искусственный призрак еще лежит "с чем-то желудочным" в палате выдуманной Гумбертом больницы, Шарлотта, чей первый муж умер, а второй ее предал, чья жизнь состояла из попыток войти в не желающее принимать ее рамздельское высшее общество, из ненавистной дочки и разваливающегося дома, после смерти снова оказывается одна.

Вообще, колонка обещает стать проектом очень и очень занимательным. Может быть, даже более, чем "Конденсатор" и "Чтение без разбору" , вместе взятые. По крайней мере, судя уже по первому выпуску: сделано отлично.

Теперь червоточина

Рубинштейн и правда сдал. Тексты его скучны. Вот свидетельства:

первое

и второе .

Ни то, ни другое не впечатляет.