Игорь Анатольев. Гитлер с нами!

Гитлер с нами!
Игорь Анатольев

Дата публикации: 18 Июля 2001

П ионером современного подхода к объединению Европы был Гитлер. Вначале он показал свое умение на Австрии, которую мечтал уничтожить как государство и присоединить к рейху. Политика Гитлера состояла в том, чтобы всеми силами способствовать эрозии австрийского государства изнутри, и когда оно окажется неспособным защищать себя, нанести решительный удар.

Гитлер, которого до 1941 года немцы считали миротворцем, в решении "австрийского вопроса", предпочитал тактику "мирной эволюции". С одной стороны, Австрии предлагалось вступить в валютный союз с Германией и начать процесс экономической интеграции. С другой стороны, австрийцам предлагалось дать амнистию нацистам, которые были замешаны в убийстве главы государства, и, более того, дать им важные посты в правительстве. Австрийские нацисты выступали за ликвидацию - если потребуется, вооруженным путем - того самого государства, в правительстве которого им предлагалось участвовать. Германия также настаивала на том, чтобы нацистская пропаганда в Австрии велась без ограничений.

Пользуясь политическим жаргоном современной Европы, Гитлер выступал за свободу слова, права национальных меньшинств, экономическую интеграцию и переговорный процесс.

Австрийцы оказались непослушными. В тайне от Гитлера австрийский канцлер Шушниг подготовил референдум, на котором избирателям было предложено ответить на вопрос: поддерживают ли они "свободную, немецкую, независимую и социальную, христианскую и единую Австрию" и отдают ли свой голос "за свободу, работу и равенство всех, кто выступает за расу и родину". Итог референдума был с самого начала очевиден: да - единой Австрии, нет - вхождению в рейх.

Только увидев, что его переиграли на пропагандистском поле, Гитлер решил выйти за его пределы и предпринять открытую военную интервенцию. Геббельс предложил совместить вооруженное вторжение с организацией беспорядков внутри страны. С этой целью тысяча самолетов должна была разбрасывать листовки, в которых австрийцев призывали подняться на борьбу против собственного правительства. Шушнигу направили ультиматум с требованием отложить референдум, уйти в отставку и назначить нациста на свой пост. Брошенные другими державами на произвол судьбы, австрийцы в конце концов сдались. Вскоре толпы местных нацистов захватили помещения местных органов власти. Австрийский нацист, назначенный канцлером, попросил Германию о "помощи" с наведением порядка.

Впрочем, фюрер читал его мысли. Гитлер отдал вермахту приказ занять Австрию за полчаса до поступления телеграммы с просьбой о помощи. Австрийские власти полностью капитулировали, но движение гитлеровских дивизий было уже не остановить. Американский журналист Уильям Ширер иронически заметил, что тем самым Гитлер нарушил условия собственного ультиматума.

Интересно, что даже тогда в планах Гитлера не стояло немедленного аншлюса, то есть включения Австрии в состав рейха. Но восторженный прием, оказанный ему австрийцами, и иностранная пресса, писавшая об аншлюсе как о свершенном деле, прибавили фюреру решимости. Аншлюс состоялся на следующий день после ввода войск.

Гитлер, правда, считал австрийских нацистов ленивыми и плохо организованными. Так что в страну сразу же были направлены чиновники из НСДАП и СС. Евреев вывели на улицы чистить зубными щетками мостовые, начались массовые аресты коммунистов, социал-демократов и прочих профнепригодных к жизни.

На последовавшем вскоре плебисците 99,75% австрийцев проголосовали за аншлюс и "список фюрера".

Так Гитлер первый провел тестовое уничтожение государства в рамках своего проекта построения ведомой Германией единой Европы. России, разумеется, с самого начала отводилась роль сырьевого придатка рейха, "германской Индии".

Впрочем, уничтожение государств никогда не было для Гитлера искусством ради искусства. Гитлер уничтожал суть государства, его независимость - но не оболочку. В этом смысле Австрия была скорее эмоциональным исключением, - нельзя забывать, что фюрер сам был австрийцем.

Во всех других обстоятельствах Гитлер предпочитал сохранить государственную оболочку нужной ему территории, внешние обряды и церемонии ее властных институтов. Пока у власти находился марионеточный режим, который, если пользоваться излюбленным выражением нацистов, "работал по направлению к фюреру", не было нужды в ликвидации такого государственного образования.

Формальную независимость в нацистской единой Европе сохраняли почти все существовавшие тогда государства. Исключение составляли, пожалуй, Югославия и Польша, но для особого обращения с этими странами были причины - как рациональные, так и эмоциональные.

Известно, что Гитлер был готов сохранить Польшу как государство при условии установления там марионеточного режима - и, разумеется, "возвращения" рейху некоторых ключевых областей. Польша имела неосторожность сопротивляться вермахту, и именно поэтому была ликвидирована.

Балканская стратегия фюрера предусматривала установление в странах региона, экономически привязанных к Германии, дружественных режимов. Максимальная экономическая выгода для Германии предусматривала мир на Балканах.

Вначале все шло по плану. Все балканские государства стали союзниками Германии - за исключением Греции и Албании (их намерена была захватить Италия). В 1941 году югославское правительство решило, что у него нет другого выхода, кроме как присоединиться к гитлеровскому блоку. 25 марта на торжественной церемонии в венском дворце Шлосс Бельведер югославский премьер Цветкович подписал с Гитлером пакт. Чтобы обеспечить себе мирный тыл в случае уже неизбежного нападения на СССР, Гитлер был готов принять условия югославского правительства: гарантии территориальной целостности Югославии, запрет германским войскам проходить через ее территорию, отказ от любых просьб о военной помощи и поддержка притязаний Югославии на греческие Салоники.

Подписание пакта, однако, вызвало бурю в Белграде. Прогерманское правительство было свергнуто; договор расторгнут. Гитлер был вне себя от гнева и поклялся немедленно уничтожить "предательскую" Югославию. Уже через десять дней Белград был подвергнут безжалостной бомбардировке (это была персональная месть: сражаясь против Греции весной того же года, Гитлер запретил бомбардировку Афин).

В утро бомбардировки по германскому радио была зачитана прокламация, в которой Гитлер заявлял, что "преступная сербская клика" собирается, как и в 1914 году, развязать новую войну на Балканах. За день до этого Югославия подписала договор о дружбе с Советским Союзом, но Сталин не стал вмешиваться. Да это было и невозможно - чтобы помочь Югославии, Красной Армии нужно было в короткий срок оккупировать Румынию. СССР еще не был готов к большой войне, считал Сталин.

Через две недели югославское государство перестало существовать. Задержка на Балканах, возможно, вынудила фюрера отложить нападение на СССР. В конце войны Гитлер жаловался, что именно югославы помешали ему разгромить Советский Союз в 1941-м. Если бы операция "Барбаросса" началась, как первоначально планировалось, 15 мая, говорил Гитлер, "восточная кампания" была бы завершена до наступления "русских морозов".

Итак, за немногими исключениями, гитлеровский "новый порядок" был вполне совместим с формально независимыми государствами, лидеры которых умели "работать по направлению к фюреру".

* * *

Опыт Гитлера пригодился в эпоху глобализации. Теперь государства создаются, поддерживаются и (в самом крайнем случае) уничтожаются международными структурами, цель которых - создание "нового мирового порядка" - о, конечно же, исключительно для блага пасомых народов. Обозреватель "Нью-Йорк Таймс" Томас Фридман окрестил новый подход к государственному строительству "глоболюцией". Если государство не в состоянии начать необходимые "экономические реформы" сверху или снизу, их нужно вызывать "со стороны", пишет Фридман. Внешнее вмешательство должно установить в стране режим, который готов сделать ее "членом международного сообщества", что предусматривает открытие экономики для международных игроков, проведение широкой приватизации, резкое сокращение социальных программ и так далее. Ирония истории состоит в том, что Югославия снова оказалась единственной страной в Европе, не готовой "вписаться" в предлагаемый "новый порядок".