Сергей Карамаев. Котлеты

Котлеты - отдельно, мухи - отдельно
Сергей Карамаев

Дата публикации: 7 Августа 2001

Ч еловек власти соблюдает правила морали настолько, насколько ему это выгодно. Это даже не банальность - это просто факт. Спорить с этим утверждением сложно, поскольку достоверных примеров, опровергающих данный тезис, не наблюдается ни в настоящем, ни в обозримом прошлом. Примеры же, идущие вразрез с данным убеждением (скажем, легенды о "добрых царях"), учитываться не могут, поскольку являют собой скорее "вымышленное", нежели "бывшее", и на факты не опираются. (Даже если и опираются, то немедленно находится вереница других фактов, перечеркивающих красивую легенду.)

Почему? (Прекраснодушный моралист возопит: "Ну, почему так несправедливо"?) Казалось бы, кто проиграет от того, что у власти будет находиться высокоморальный, праведный человек? Всем же только лучше будет. Все же только выиграют.

Все проиграют.

Дабы не ходить далеко за примером... В начале второй мировой войны англичане раскрыли секрет немецкой шифровальной машины "Энигма" и начали регулярно читать немецкие сообщения. И вот однажды из перехваченной радиограммы выяснилось, что город Ковентри будет подвергнут жестокой бомбардировке, так сказать "показательной" - своеобразный урок англичанам. Черчилль оказался перед страшным выбором, причем в буквальном смысле. Либо он отдает приказ о принятии каких-то мер: обеспечение пожарной техникой, развертывание госпиталей, эвакуация мирного населения, - либо он оставляет все как есть. В первом случае немцы, сложив два и два, догадались бы, что коды разгаданы, затем последовала бы их смена, и все усилия разведки (в том числе жизни людей, которые погибли, помогая добыть эти коды) - все впустую. Во втором случае - массовая гибель гражданского населения, но работа над немецкими кодами продолжается. Как Черчилль поступил - известно. Ковентри превратился в дымящиеся руины, а немцы так и не догадались, что их шифры разгаданы.

Как должен был поступить Черчилль? С точки зрения морали - принять решение об обеспечении безопасности Ковентри, спасти жизни ни в чем не повинных людей, пусть даже ценой того, что немцы бы обо всем догадались. Допустим на минуту, что он так бы и поступил (негоже выставлять такого государственного мужа нелепым чудаком, но ради чистоты эксперимента придется) - и не только поступил, но и объявил бы нации, что "благодаря героическим усилиям наших доблестных военных мы разгадали коварный план немецких варваров - бомбардировку мирного города Ковентри". Ковентри спасен (насколько возможно, конечно), Англия благодарит своего премьера, и, начиная от высшего света Лондона и заканчивая ливерпульскими докерами, все с одобрением отзываются о "старине Уинстоне", что, мол, правильно поступил. А дальше... дальше война затягивается, не в последнюю очередь по этой причине - немцы меняют коды, союзники безуспешно пытаются их прочитать, а тем временем все больше молодых парней в хаки и мирных граждан гибнет на фронте и под бомбежками. Скажут за такое спасибо? Боюсь, что нет.

Могут возразить - так то была война, это было критическое решение, скорее как исключение, а в обычной жизни такие решения, как правило, не принимаются. Увы и ах... Для политика, человека власти, - любое решение критическое. Потому что какое бы решение он ни принял, оно неизбежно затронет интересы большого количества людей, и многим, кого это решение затронет, оно сильно не понравится. Если действовать морально, то такого решения принимать нельзя. И вообще никакого нельзя - а иначе утонешь в пресловутых "слезинках ребенка".

В ситуации с Ковентри Черчилль принял единственно возможное решение - пожертвовал малым (относительно), но спас, в конечном итоге, большее. И решение это резко расходилось с моралью. Черчилль, был не просто Уильямом Леонардом Спенсером Черчиллем, герцогом Мальборо. Он был премьер-министром, главой страны, человеком, наделенным высшей властью, - и обязан был принимать решения, сообразуясь с конечным итогом - победителей не судят. Если же на пути к осуществлению этого решения находились препятствия - что ж, тем хуже для препятствий.

Препятствия же найдутся всегда. И создает их не что иное, как мораль.

Определений понятия "мораль" существует множество. Обобщая, можно сказать, что мораль - это идеал поведения. А что такое идеал? Это не то, что есть, а то, что должно быть, иначе говоря, противоположность реальности. Следовательно, мораль всегда должна вступать в противоречие с реальностью. Говоря проще - мораль очень часто мешает жить.

Мораль противостоит человеку на каждом шагу, вставая между ним и различными его жизненными целями. А что во все времена являлось и до сих пор является самой высокой и самой желанной целью для человека? Власть. Более заманчивой цели человечество еще не придумало. Богатство, слава, влияние, почет - это всего лишь производные. Власть - вот то, ради чего люди несколько тысяч лет грызутся между собой. Понятно, чем выше уровень власти, тем жестче борьба за место. И чем выше ты забрался, тем сильнее твое желание забраться еще выше. И с каждым новым уровнем моральных препон становится все больше. Выход один - нарушать их, только таким образом можно выиграть. И выиграет тот, кто сильнее, кто хитрее, кто энергичнее, тот, кто сможет изыскать любой способ не дать сопернику занять свое место. А в такой борьбе, как гласит поговорка, "все средства хороши". Ясно, что в этих условиях мораль задвигается очень далеко.

И еще неизвестно, испытывают ли моральные укоры люди, пробившиеся на самый верх. "Мальчики кровавые в глазах" - это слова Пушкина, а не Годунова. И Николаю I духи повешенных декабристов в ночных кошмарах, вероятнее всего, не являлись. Равно неизвестно, мучился ли Сталин угрызениями совести. Едва ли. Хотя бы по одной причине - когда человек достигает высоких властных вершин, он испытывает ощущение собственного всемогущества - которое окупает любые (предположительные) "муки совести".

Отсюда напрашивается несколько простых выводов:

а) мораль и власть несовместимы;
b) они были несовместимы всегда - достаточно взять в руки даже самый простой учебник истории;
c) мораль и власть никогда не будут идти рука об руку (в некоторых случаях будут, на очень короткое время, только когда это выгодно власти).

Положение вещей, когда власть использует (если не сказать - "употребляет") мораль по своему усмотрению, не нравилось и не нравится многим. В частности людям, у которых моральные мотивации поведения превалируют над остальными. Таких людей можно условно назвать "интеллигенцией" . Интеллигент никогда не достигнет власти, поскольку мораль ограничивает интеллигента, понижая его конкурентоспособность в сравнении с человеком "аморальным". Интеллигенты самим положением вещей принуждены быть вечными критиками власти . И даже если на вершине власти вдруг окажется человек высокоморальный (допустим такое на минуту), то он ничего не сможет сделать. Просто потому, что не сможет принять решения. Вот и ответ на вопрос - выиграет ли общество от того, что у власти будет моральный человек.

"И что же делать?" - возопит высокоморальный человек. Да ничего. Жить обычной жизнью. Только имей в виду: если тебе дорога мораль - не ходи во власть. Если идешь во власть - будь готов, что порой мораль придется засунуть поглубже. Выбор у каждого свой.