Оригинал материала
Об Ориане Фаллачи
Дата публикации: 7 Февраля 2005
В конце 2004 года в издательстве "Вагриус" вышел русский перевод книги известной итальянской писательницы и журналистки Орианы Фаллачи " Ярость и гордость ". РЖ публикует цитаты из статей Фаллачи в Corriere della Sera с комментариями Карлоса Запиолы и опубликованное той же газетой открытое письмо, адресованное писательнице профессором Мигелем Кансьо.
Карлос Запиола
об Ориане Фаллачи и 11 сентябряНапомню сразу, что она тяжело больна, у нее рак. И, может быть, ей не стоило браться за эту тему, ведь она всегда обо всем пишет со страстью, отстаивая свои радикальные убеждения. Но она такова. Она всегда была такой. Она всегда оказывалась там, где ее присутствие и суждения были нужны. У нее всегда находились поклонники и яростные оппоненты, но мы, все те, для кого очевидна необходимость сохранения мира, как бы ни различались наши убеждения, должны внимательно прочесть написанное ею - профессионалом, свидетельницей и участницей множества судьбоносных событий второй половины ХХ века.
Рассказывая об исполнителях террористических актов, она говорит: "Я считаю их тщеславными. Вместо того, чтобы искать славу в кино, политике или в спорте, ищут ее в самой смерти и во всем, что связано с ней. Смерть для них - что-то вроде "Оскара", министерского кресла или чемпионского титула, с ее помощью они стремятся завоевать восхищение. О ни молятся Аллаху о том, чтобы для них нашлось место в раю, о котором говорится в Коране, там "героям" нравятся гурии".
Тут же вспоминаются ее суждения об Арафате как об одном из действующих лиц этой истории.
"Как бы мне хотелось иметь возможность бросить обвинения в лицо сеньору Арафату, чтобы он их услышал! Я не могу найти в себе даже тени сочувствия этому человеку. Я бы прокричала ему: знаменитый сеньор Арафат, мученики - это пассажиры четырех самолетов, угнанных и превращенных в "человеческие" бомбы.
Они уже в раю, знаменитый сеньор Арафат. Несчастье заключается в том, что Вы сейчас пожизненный глава государства, и вам кажется, что вы вправе вести себя как монарх: встречаться с Папой Римским, подписываться в своей нелюбви к терроризму, посылать соболезнования Бушу. Допускаю, что при Вашей способности к мимикрии, Вы даже мне могли бы ответить, что я говорю правду. Так как весь мир знает, что я больна, я могу сказать, что от разговоров об Арафате у меня поднимается температура".
Потом она с восхищением говорит о США. Она утверждает, что "на многонациональной сущности Америки основывается ее внутренняя свобода, уважение как к гражданам, так и к гостям. Так, около 24 миллионов американцев это арабы-мусульмане. И когда Мустафа или Магомед приезжают, например, из Афганистана навестить своего дядю, никто им не запрещает записаться в специальную школу, чтобы научиться управлять "Боингом-757", или поступить в университет, чтобы получить знания по биологии и химии, без которых невозможно развязать бактериологическую войну. Никто, никто из правительства не боялся, что сын Аллаха угонит "Боинг-757" или бросит горсть бактерий в водохранилище и организует гекатомбу. (Я так говорю потому, что на этот раз правительство ничего не знало, хотя по хвастовству ЦРУ и ФБР не имеют себе равных. Если бы я была президентом США, я бы выгнала всех этих кретинов пинком под зад.)"
Потом об авторе чудовищного замысла Осаме бен Ладене: "Мне представляется этот грустный миллионер, этот неудавшийся плейбой, который только что ухаживал за принцессами и проводил время в ночных клубах (в Бейруте, к примеру, когда ему было 20 лет), теперь развлекается, убивая людей во имя Магомета или Аллаха. Его чрезмерный патримонизм происходит также от дохода корпорации, специализирующейся на разрушениях, и от того, что он сам был экспертом разрушителем".
"Поэтому, когда я увидела белых и черных, плачущих обнявшись (я подчеркиваю: обнявшись), когда я увидела демократов и республиканцев, поющих вместе "God bless America", когда я увидела их, забывших все свои различия, я была потрясена. Такое же потрясение я испытала, услышав Билла Клинтона (человек, к которому я до этого не испытывала никакой нежности), заявившего: "Мы должны поддержать Буша, доверять нашему президенту". То же повторили и бывшая первая леди - Хиллари Клинтон, сейчас сенатор от Нью-Йорка, и Либерман, экс-кандидат от демократов на пост вице-президента. Промолчал только бывший вице-президент Альберт Гор. Конгресс единодушно голосовал принять войну и наказать виновных.
Единодушны были абсолютно все. Молодые, старики и люди среднего возраста. Белые, черные, желтые, коричневые и фиолетовые".
"Вы их видели или нет? В то время, когда Буш благодарил их, они не переставали махать американскими флажками, поднимая их в сжатых кулаках и кричать: "USA, USA, USA!" Случись это в тоталитарной стране, я бы подумала: "Как хорошо он манипулирует своими подданными". Но в Северной Америке - нет. В США такие вещи не организовываются. Особенно в таком разочарованном мегаполисе, как Нью-Йорк, и с такими рабочими, как рабочие Нью-Йорка".
"По моему мнению, США - страна абсолютно свободных плебеев (черни). В Северной Америке все простолюдины: белые, черные, желтые, коричневые, фиолетовые, глупые, умные, бедные и богатые. Я включаю в число плебеев именно американских богатых, в большинстве случаев плохо воспитанных и невежественных. Сразу заметно, что они ничем не выделяются, они даже одеваются безвкусно, хотя на свою лишенную всякой элегантности одежду ухитряются истратить такое количество денег, какое не позволяет себе и английская королева. Но они освобожденные. И в этом мире нет ничего более сильного и могущественного, чем освобожденные плебеи. И ты всегда чувствуешь и ведешь себя непринужденно среди них".
"Вы не понимаете или не хотите понимать, что, если мы не будем противостоять, если мы не будем обороняться, если мы не будем бороться, джихад победит. И разрушит мир, который, хорошо или плохо, мы продолжаем строить, менять, улучшать и делать немного более интеллигентным и менее лицемерным. И с разрушением нашего мира, рушится наша культура, наша наука, наши моральные устои, наши ценности и наши радости".
"Вы не отдаете себе отчета в том, что такие, как Осама бен Ладен, считают, что заслуживают уважение, убивая вас и ваших детей, потому что вы пьете вино или пиво, потому что вы не носите длинные бороды или чадру, потому что вы ходите в театр и в кино, потому что вы слушаете музыку и поете песни, потому что вы смотрите телевизор, потому что вы надеваете мини-юбку или шорты, потому что в море или в бассейне вы купаетесь голыми или почти голыми и потому что вы занимаетесь любовью, когда хотите, где хотите и с кем хотите. Для вас это все не важно? Я атеистка, спасибо Богу. И не согласна жить для того, чтобы умереть, как жертва, принесенная чьим-то принципам".
"Есть люди, думающие, что можно быть безразличными, что Северная Америка очень далеко и между Европой и Америкой океан. Нет уж, мои дорогие, нет. Океан - это не больше чем полоса воды. Потому что, когда на карту поставлена судьба Запада, выживание нашей цивилизации, Нью-Йорк - это мы все. Америка - это мы все: итальянцы, французы, англичане, австрийцы, болгары, чехи, поляки, скандинавы, бельгийцы, испанцы, греки, португальцы. Если потонет Америка, потонет и Европа. Если потонет Запад, мы все потонем".
"Осама бен Ладен утверждает, что вся земля должна быть мусульманской, что мы должны обратиться в ислам, хорошие мы или плохие, он нас обратит, именно для этого он нас истребляет и будет истреблять. И это не может нам нравится. Напротив, у нас есть более чем достаточные причины, чтобы убить его".
"Но со смертью Осамы бен Ладена проблема не решится. Потому что есть еще 12 тысяч бен Ладенов и они не только в Афганистане, но и в остальных арабских странах. Они есть во всех странах, и самые стойкие из них именно на Западе. В наших городах, на наших улицах, в наших университетах, в наших лабораторных технологиях. Технология, которой может управлять любой идиот. Много лет назад начался крестовый поход. И они функционируют с исправностью швейцарских часов, и соединение фанатичной веры и вероломства в их действиях сравнимо только с фанатизмом и вероломством инквизитора Торквемады. По правде говоря, с ними невозможно вести диалог. Пытаться убедить - немыслимо. Снисходительность, терпение и надежда на убеждение в отношениях с ними - самоубийство. И тот, кто думает иначе, заблуждается".
"Когда я оказывалась в мусульманских странах (не могу сказать, чтобы они оставили у меня хорошие воспоминания), я никогда не забывала, что я гость и иностранка. Я внимательно следила за собой, чтобы не оскорбить их обычаи, жестом или поведением, которое для нас нормально, а для них немыслимо. К их обычаям я всегда относилась с подчеркнутой вежливостью, заранее извиняясь, если по невнимательности нарушила их правила или игнорировала какой-нибудь запрет, пусть даже он и представлялся мне чистейшим суеверием".
"Есть и другая вещь, которую я не понимаю. Если они действительно такие бедные, кто им дает деньги на билет на самолет или на корабль, который их доставляет в Италию? Кто им дает 10 миллионов лир каждому (10 - это как минимум), необходимые, чтобы купить билет? Я не знаю, кто им это оплачивает, но уверена, что хоть какую-то часть готов платить Осама бен Ладен, стремясь таким образом завоевать не только души, но и территории".
"Хотя все наши гости были пока абсолютно невинными, хотя среди них не было ни одного, кто попытался бы разрушить Пизанскую башню или колокольню флорентийского собора, никого, кто попытался бы заставить меня надеть чадру, никого, кто хотел бы сжечь меня в костре новой инквизиции, меня все равно тревожит их присутствие в Италии. И моя тревога растет. Заблуждаются те, кто не видит здесь опасности, причем достаточно долгосрочной. И напрасно сравнивать большую волну эмигрантов из мусульманских стран, свалившихся на Италию и Европу, с волной эмигрантов, которые были перевезены в Америку в середине XIX века, включая также и конец XIX и начало XX".
"Мой Бог! (шучу), я говорю тебе, что мы, итальянцы, находимся в других условиях, чем американцы: у нас нет такой мозаики этнических и религиозных групп, смешения тысячи культур, которое открыто для любого вторжения и в то же время способно отречься от них всех. В Италии существует складывавшаяся веками и высоко ценимая абсолютно неповторимая культура, поэтому нельзя терпеть волну эмигрантов, состоящую из людей, для которых эта культура и история - пустой звук, которые хотят менять нашу жизнь. Отменить наши ценности. Мы не хотим принимать их пресловутые минареты, проклятые (в оригинале гораздо грубее) чадры, их лицемерный отказ от алкоголя, все их дремучее средневековье. Потому что это было бы эквивалентно тому, что выбросить Данте Алигьери, Леонардо да Винчи, Микеланджело, Рафаэля и свободу нашей родины, которую мы хорошо или плохо, но отвоевали. Это значило бы подарить им Италию. Я им Италию не подарю".
"Я итальянка. Ошибаются те дураки, которые считают меня американкой. Я никогда не просила американского гражданства. Много лет назад один американский дипломат предложил мне гражданство. Я поблагодарила его, сказав: "Сэр, я достаточно привязана к Америке. Я с ней всегда боролась, я бросала ей в лицо множество обвинений, однако я глубоко привязана к ней. Америка для меня любовник или муж, который всегда остается верным. Который никогда не наставит мне рога. Я люблю его. И я никогда не забуду, что, если бы Америка не решилась бороться против Гитлера и Муссолини, я бы сегодня говорила на немецком. Я никогда не забуду, что, если бы она на встала на пути СССР, я бы говорила сегодня на русском".
"Для меня сторонники Осамы бен Ладена - это тоже самое, что французы, вторгшиеся в Италию с Наполеоном, подчинявшие себе Италию австрийцы, гитлеровские интервенты.
Я преданно передаю тебе привет, мой дорогой Феручо, и обращаю твое внимание: ты никогда не просишь у меня ничего большего, как только вступать в полемику. То, что я должна была тебе сказать, я сказала. У меня это вызвало злость и гордость. Чистая совесть и возраст мне это позволяют. Но сейчас я должна возвращаться на работу и не хочу быть уставшей. Конец".
Мигель Кансьо
Открытое письмо, адресованное удивительной Фаллачи
(о статьях в защиту свободы и необходимости наказания террористов)
Я, Мигель Кансьо, профессор социологии университета Santiago de Compostela (Испания - Галисия). Мне бы хотелось, чтобы мое письмо опубликовали в Corriere della Sera или любым другим способом отослали Ориане Фаллачи. Я познакомился с ней, когда она печатала свои сенсационные репортажи и интервью времен сражений за свободу в Испании, а сейчас хочу выразить ей поддержку и благодарность за замечательные статьи "Ярость и гордость", опубликованные в Италии в Corriere della Sеra и в Испании в El Mundo (в трех выпусках: воскресенье 1 сентября и в понедельник и вторник 1 и 2 октября 2001 года).
В этих статьях непосредственно перед чудовищной атакой 11 сентября, порожденной непоследовательной политикой США в отношении фундаменталистских режимов, Ориана одна заявила о необходимости деятельно и ответственно отстаивать принципы и ценности демократической цивилизации, с не меньшей последовательностью, чем разделяются церковь и государство в Испании и во всем мире.
Ориана с гневом и гордостью отстаивает дорогие мне истины. Гражданка Италии и мира сражается против лжи и мошенничества, трусливой капитуляции старых и новых культур перед политиканами, "избавителями", международными чиновниками и популярными лидерами. Она объявляет войну торговцам опасными мифами, химерами и идеологиями, которые всегда стараются выглядеть добродетельными и чистыми, хотя в действительности забывают о границах добра и зла и прибегают к услугам любых агентов и групп, которые поддерживают спрос на их аморальном рынке.
Мне 53 года. Получив экономическое образование в Испании, в Париже я учил социологию в университете и, как многие другие эмигранты из Галисии, изучал военное дело. В Галисии, Испании и Франции я, рискуя своей шкурой, боролся в подполье с диктатурой Франко, этого темнейшего политика, подчинявшего себе интеллектуальную, религиозную и культурную жизнь, боролся для того, чтобы достичь свободы и достоинства граждан, уважения и защиты демократических прав и свобод для граждан Испании и для граждан всего мира.
Куба! Моя дорогая Куба в руках тирана Кастро и его коммунистической диктатуры, которая несравненно опаснее и долговечнее диктатуры Франко. Нельзя забывать, что этот жестокий диктатор опирался даже на руку... аятоллы Хомейни, для того чтобы поддерживать демонстрации антиглобалистов, а не так давно он участвовал в сессии Генеральной ассамблеи ООН, посвященной расизму, сидя рядом с другими диктаторами и фундаменталистами, давая миру уроки эмансипации и толерантности. Режим Кастро не устает поддерживать все средства международного терроризма, рассылая по всему миру специально обученных "шакалов". Китай - другая диктатура, тоталитарная, жестокая, ультраразвращенная. Северная Корея - еще одна тоталитарная диктатура, которая держала свой народ в страхе и голоде, обладая при этом могущественной и боеспособной армией. Марокко - режим авторитарный и глубоко коррумпированный, полностью опирающийся на поддержку Востоком. Алжир - именно ФЛН был большой надеждой европейского мира, что арабский мир покончит с колониализмом, экономической эксплуатацией, бесправием женщин мусульманок, вместо всего этого в Алжире вырос номенклатурный режим, насквозь коррумпированный, который освободил... и укрепил фундаментализм в еще более жестоких и кровожадных формах. Иран - когда я учился в Париже, будущий тоталитарный фанатик Хомейни скрывался неподалеку от того места, где жил я сам, и клялся защищать демократические права по возвращении на родину. До этого он поддерживал Фуко, который совершил путешествие, чтобы рассказать о превосходствах иранской революции. В Иране "хомейнизм" утверждался кровью и огнем. Исламский тоталитаризм превзошел все остальные в варварстве, в уничтожении прав женщин, и сейчас они перещеголяли талибов, следуя по их пути...
В 1970-х, когда Испания достигла демократии, казалось, что возникает настоящая свободная политическая система, где будут строго разделены полномочия центральной и местной власти, судебная и исполнительная власть окажутся под эффективным демократическим контролем общества, будут проведены референдумы, предвыборные расходы будут контролироваться и т.д. Казалось, что номенклатурная, бюрократизированная, корпоративная власть должна будет уйти в прошлое, когда все граждане страны получат возможность зайти в кабинку для тайного голосования и свободно отдать свой голос. Представлялось, что важнейшую роль в формировании всех демократических институтов общества и власти сыграет независимая, нескомпрометированная пресса. Но в действительности оказалось, что поддерживают власть и в ответ получают ее поддержку (фактически сами властью и становятся) или те, кто всегда располагал привилегиями, богатством и социальным статусом, или те, кто все то же самое приобрел с установлением новой политической системы. Так богачи, крупные землевладельцы, представители старых корпораций и олигархии легко нашли общий язык для защиты своих интересов с новым чиновничеством, профсоюзами, новыми предпринимателями.
Сегодняшние левые, провозглашая идеалы революции, солидарности, прогресса, свободного обмена и пр., грубо играют в антиамериканизм, делая из США "империю зла", виновника всего дурного, что происходит в мире. Но Ориана Фаллачи убедительно показывает, что есть все основания надеяться, что США сумеют извлечь урок из трагедии и не споткнутся дважды об один и тот же камень, поддерживая испорченные и диктаторские режимы. Потому что, несмотря на все ошибки, которые совершали и продолжают совершать США, они являются самой самокритичной в мире страной, где граждане имеют в своем распоряжении максимальное количество демократических ресурсов и процедур и где все это работает так, как не работает ни в одной другой стране. Для примера: США - это единственная страна в мире, где президенты, представляющие собой едва ли не самую мощную власть во всем мире, находятся под строжайшим демократическим контролем. Один был вынужден уйти в отставку, обличенный в нелегальном использовании возможностей государственных спецслужб, а другой, когда была публично установлена его ложь под присягой, был вынужден смириться и... спас Европу от национальных тоталитаризмов типа Милошевича, как когда-то Америка "планом Маршалла" спасла ее от угрозы распространения коммунистического и фашистского тоталитаризма.
Сегодня, после организованного исламскими террористами брутального посягательства на США, продолжающегося в форме бактериологического терроризма, как показывает Ориана Фаллачи, все западные левые и борцы с глобализмом не стесняются заявлять, что американцы понесли заслуженное наказание.
Управляемые фундаменталистами мусульманские государства располагают огромными запасами нефти и газа. Большая часть этих стран сейчас опираются на США, начиная с Саудовской Аравии, фундаментализм и неофеодализм которой укрепляет еще более архаичные формы фундаментализма по всему миру. Ни в одной из этих стран не возникло демократическое государственное устройство, там не уважают демократические свободы и права человека. Женщина в этих странах рассматривается как существо, мнение которого не ценится и вполовину мужского, и на фоне экономического благополучия еще ярче бросается в глаза бесправие женщин, которые безнаказанно могут быть унижены, оскорблены, искалечены и даже убиты.
Ориана Фаллачи, как мне кажется, во всем права. Если мы не выступим решительно и энергично на защиту общества, где ценится честная работа, где царят уважение свобод, гражданская ответственность и чувство собственного достоинства, если мы не сможем повсеместно утвердить гражданскую культуру, стремление к прогрессу и цивилизации, реальное равенство мужчин и женщин, то от идеалов либеральной демократии мы вернемся к темнейшему, тоталитарному варварству, агрессивному и жестокому, которое движет и старыми и новыми талибами, и всеми теми, кто в Европе и во всем мире так или иначе способствует их чудовищным действиям.
Дорогая Ориана, огромное спасибо тебе за необходимые и своевременные статьи. Я хочу процитировать афоризмы знаменитого Пепе Бергамина: "Жизнь - это наша страсть, правда - наш разум, освобождение от старых и новых систем - наша революция"; "Я ненавижу правду, когда она ложь, правда, чтобы быть правдой, должна быть обжигающей и обнаженной". Твои статьи - живые, смелые, страстные, освобождающие, обжигающие и обнаженные.
Спасибо тебе, удивительная Ориана! Твои замечательно смелые статьи заставили меня вспомнить восхитительное пение Тигрицы Кремоны (Мины), итальянской певицы, которая так же эмоциональна, воинственна и ослепительна, как ты. Ее песни одновременно чувствительны и поучительны. Как она пела, как выходила, как двигалась!!! "E se domani" "Ancora"... (названия песен Мины - "Если завтра" и "Теперь")...
Итак, если "завтра" или "теперь" попробуют вернуться тоталитаризм, фанатизм и мракобесие, мы не уступим, мы готовы будем в решительном бою защищать свободу и демократию, справедливость и прогресс, поэзию и счастье, страсть и правду.