По итогам голосования прошедшей недели наибольшее число голосов набрала книга Иосифа Бродского "Творчество, личность, судьба". Рецензия на журнал появится в РЖ в течение двух недель. А голосование продолжается!
24-25 мая 1997 года в Российском этнографическом музее в Санкт-Петербурге состоялась конференция "Искусство и наука", материалы которой составили настоящий сборник. Организаторами конференции выступили журнал "Кабинет" (Россия), журнал "Крис" (Швеция) и Стокгольмский институт современной эстетики. На конференции выступили с докладами ученые из России, Швеции и Голландии. Среди обсуждавшихся тем - актуальные проблемы современной философской антропологии и эстетики, возможность и способы существования искусства в постиндустриальном обществе, интерпретации эстетических взглядов Хайдеггера и Беньямина .
Эллиот Арансон - известный американский психолог, ученик Абрахама Маслоу (создателя теории самоактуализации ) и автор одного из самых популярных в США учебников по социальной психологии. Э. Арансон сам написал предисловие к русскому изданию, в котором так отзывается о своей работе: "Мне хотелось написать книгу для моих студентов, рассказав им, по возможности живо, о той области знания, которую я люблю. В процессе этого рассказа я хотел оставаться во всем ученым, но в то же время не хотел, чтобы моя строго научная образовательная "закалка" привела бы в результате к появлению книги идеально выверенной, сухой, скучной и чрезмерно осторожной." Арансону действительно удалось соединить в "Общественном животном" достоинства обстоятельного учебника и увлекательной книги о науке, интересной для любого из нас. Именно потому, что человек - животное общественное, о чем написал в свое время еще Аристотель.
Величайшим из японских хайдзинов - сочинителей трехстиший-хайку - традиционно и заслуженно называют Басе. Вслед за ним - Кобаяси Иссу, последнего из классиков жанра, и Есу Бусона. Три великих поэта олицетворяют для поклонников хайку - а эти короткие стихотворения сейчас популярны во всем мире - три века японской поэзии: Басе - XVII, Бусон - XVIII, Исса - XIX. Кроме стихотворений в книгу Бусона вошли ритмизованные прозаические отрывки дневникового характера - так называемые хайбун, обширная статья Т. Л. Соколовой-Делюсиной о рэнку, "поэзии нанизанных строф". Бусон был признанным мастером и в этом жанре. Как все книги "Японской классической библиотеки", "Стихи и проза" Бусона снабжены предиловием и подробным комментарием.
Критики уже давно называют Игоря Клеха одним из наиболее интересных русских прозаиков. Трудно поверить, что перед нами первая книга писателя, публиковавшегося до этого только в журналах. При этом небольшой по объему сборник - почти полное собрание сочинений, "написанное с 1970 по 1998", выражаясь словами Дмитрия Пригова . Среди достоинств его рассказов - изысканность языка и стиля, обилие аллюзий, тонкая ироничность. Впрочем, многие склонны упрекать Клеха за излишнюю усложненность текстов и своебразный эстетический радикализм. Однако все это - скорее выражение творческой позиции автора, склонного к глубокой рефлексии, чем явные недостатки.
Книга Виктора Мазина представляет собой художественное исследование истории и эстетических принципов некрореализма - течения в кино и живописи, зародившегося в Ленинграде в начале восьмидесятых годов. Особое внимание автор уделяет творчеству Евгения Юфита - режиссера-неформала, стоявшего у истоков некрореализма в альтернативном кино и ставшего ныне классиком жанра.
Без преувеличения, в средневековой Японии существовал культ поэтического слова. Всякий благородный человек, от самого великого императора, воспринимавшегося как живое божество, до простого самурая, чье богатство составляли доспехи и меч, был просто обязан уметь сочинять стихи на японском и китайском языке. Неудивительно, что при таком внимании к поэтическому искусству в Японии возникли и процветали на протяжении четырех веков поэтические турниры, ставшие одним из любимых развлечений знати. Такие соревнования проводились в домах первых вельмож государства, в жюри входили члены императорской фамилии, а иногда и сам император, а в команды наряду с придворными приглашали известнейших поэтов. Темы стихотворений, их размер и даже цвета одежды участников команд регламентировались строгими правилами. Известны случаи, когда императоры выступали участниками, а не судьями таких соревнований. Победа, естественно, была предрешена, ибо "никто в империи не может сравниться талантом с Господином", как трогательно пояснил один из комментаторов.