Оригинал материала
Виктор Сонькин. Ланцелот
Виктор Сонькин
Дата публикации: 28 Января 2000
Евгений Шварц. Дракон.
П ьеса "Дракон" осталась у меня в памяти смутными подростковыми воспоминаниями и юношеским просмотром фильма Марка Захарова. Был год, скорее всего, 1989-й, перестройка в расцвете, на улице интеллигентная мама, ведущая маленькую дочку из гостей, на моих глазах отбивалась от ее настойчивых вопросов: "Мама, а правда, что Сталин людей убивал? А правда, что он Менделеева убил?" Мама пыталась возражать. "Нет, правда, я слышала, он убил Менделеева и еще какого-то Сахарного". Но про то, что Ленин тоже еще как убивал людей, пока в открытую не говорили.
Время было довольно восторженное, и поэтому странно, что захаровский фильм даже тогда отчетливо разочаровал. Дракон-Янковский, намекающий на Сталина и Гитлера, бургомистр-Леонов, намекающий на Хрущева и Брежнева √ все это было плоско, неинтересно. Времена фиги в кармане прошли, и чтобы посмеяться над ограниченными генсеками или ужаснуться зверствам тиранов, не стоило устраивать маскарад с драконом и средневековыми башнями. Кажется, впрочем, что и башни, и всякие драконовы штучки удались неплохо √ это были буквально последние месяцы, когда отечественному кино еще удавалось работать профессионально, потом вдруг все словно враз разучились. Особенно звукооператоры.
Я стал перечитывать "Дракона", думая, что мне будет неловко, как будто я влез в узкие ботинки. Как будто решил перелистать подшивку "Московских новостей" за 1987 год или там "Детей Арбата". Я понимал, что написать пьесу против тирана в 1943 году √ это круто (сброд тонкошеих вождей не проведешь ведь намеками на другого тирана). Но оказалось, что помню я не пьесу, а злосчастный захаровский фильм, и поэтому глубоко ошибаюсь.
"Дракон" √ конечно, притча, но это притча не о деспотизме и не о лицемерии, а о человеческой природе √ в которую, впрочем, неизбежно входят и деспотизм, и лицемерие. Шварц создает свою пьесу на густом растворе сюра, начиная с первой же сцены, где действует говорящий кот по имени Машенька ("Да, я кот, но люди иногда так невнимательны"). Сама по себе удивительна смесь тонкого, остроумного морализма с парадоксальным постмодернистским сознанием. Шварц феноменально тонко чувствует, что происходит с обществом, над которым поставлен дракон. Например, как сразу и дотла распадается простая логика. ("Когда нашему городу грозила холера, он... дохнул своим огнем на озеро и вскипятил его. Весь город пил кипяченую воду и был спасен от эпидемии. √ Давно это было? √ О нет. Всего восемьдесят два года назад. Но добрые дела не забываются".) Как сильно привязана к драконовым прихотям жизнь каждого ("У меня сегодня распустились чайные розы, хлебные розы и винные розы. Посмотришь на них √ и ты сыт и пьян. Господин Дракон обещал зайти взглянуть и дать денег на дальнейшие опыты. А теперь он воюет. Из-за этого ужаса могут погибнуть плоды многолетних трудов"). Как упорно тирания сражается с арифметикой (вспомним "1984"): "Почему два, в сущности, больше, чем три? Две головы сидят на двух шеях. Получается четыре". Это все, конечно, никакие не прозрения. Это даже слишком очевидно. Но с большой временной дистанции гораздо очевиднее. А сказать об этом с таким обобщающим пафосом √ это при свете вечности такой же подвиг, как вообще сказать нечто подобное под носом у дракона.
К тому же в пьесе много просто удивительно незатасканного, приятного юмора. Бред притворщика-бургомистра бесподобен ("Лучшее украшение девушки √ скромность и прозрачное платьице. Зачем танцы, когда хочется поцелуев? Зачем поцелуи, когда стучат копыта?"). Трогательны признания осла ("Лошади меня смешат. √ Чем? √ Так... Дуры"). Но главное все-таки в другом, в другом...
Вернувшийся Ланцелот говорит: "Я не тот, что год назад". На это как-то не обращаешь внимания √ это же герой, настоящий победитель Дракона, "до самого темени набитый предрассудками" вроде чести и доблести, что признают даже его ярые враги. Но что делает этот благородный герой, как только власть оказывается в его руках? Он велит своим соратникам "взять этих людей" и, прошу заметить, не изгнать их из города с позором, а отвести туда, "откуда нет возврата". Убийственность этого жеста сильнее всего выражает крик души одного из уводимых, Генриха: "Но это ерунда, это неправильно, так не бывает. Бродяга, нищий, непрактичный человек √ и вдруг..."
В захаровском фильме, помнится, в финале Янковский в зимней шапочке, весь окруженный детьми, запускал в небеса бумажного змея-дракона, по-ленински хитро щурясь на разочарованного Ланцелота. Неправда. Все гораздо хуже. Пройдет немного времени, и такого змея станет запускать сам Ланцелот.
Web-присутствие
В библиотеке Мошкова есть несколько самых известных вещей Шварца - " Дракон ", " Обыкновенное чудо ", " Тень ", сценарий кинофильма " Золушка ", " Повесть о молодых супругах ". Другая подборка произведений Шварца, несколько поменьше, есть на сайте kharkov.com.
По уверениям сотрудников НИИЧАВО , драконов "не бывает". Однако интернетовская публика с этим активно не согласна. Я даже не ожидал, что драконология окажется в сети столь популярной темой. Ознакомиться можно на сайте " Dragons " (GeoCities), " Types of Dragons " (а их множество, типов драконов - выверн, амфиптер, вырм, нага и, конечно, василиск); " Types of Classic dragons " (где то же самое, но с картинками). Есть даже и такое: сайт ассоциации " Спасем драконов! " С уставом, списком членов и прочее. Желающим предлагают зарегистрироваться .