Крис Эрнандес. Болевые точки

Болевые точки
Крис Эрнандес

Дата публикации: 18 Февраля 2005

Р еформа образования уже идет. Но ее последствия начинают просчитывать только сейчас. И только сейчас делают попытки внятно объяснить представителям образовательных властей регионов и обществу, зачем и как необходимо реформировать наше образование. Правда, пока не очень получается.

То, что в области образования ответов ясных и простых нет, обозначил на открытии второй международной конференции "Тенденции развития образования" Теодор Шанин - ректор Московской высшей школы социальных и экономических наук. Тема этой конференции, проводимой НФПК и Центром исследования образовательной политики 13-14 февраля, - проблемы управления системой образования региона. Цель встречи - как сделать так, чтобы с реформой образования не получилось "как всегда".

Теодор Шанин во вступительном слове заявил, что два простых ответа: "Ну, в России всегда так" и "У нас нет ресурсов" - не срабатывают. Он уверил собравшихся, что Россия сталкивается с теми же трудностями, что и Европа (в которой тоже идет волна реформ), в особенности в том, что касается отношений между центром и региональными структурами. Так что проблема не в национальных особенностях и не в недостатке денежных средств. Все дело в невозможности внедрить в регионы (как будто те являются чем-то пассивным) разработанное на уровне федеральных властей решение. И не только, как оказалось, из-за специфики региона, но и из-за того, что реформа должна восприниматься обществом как осознанная необходимость, а не навязанная директива сверху.

На конференции как раз и пытались отыскать компромисс, понимая, что взгляд на реформу образования из-за стола ведущего бюрократа и то, как реформа понимается на местах и как там воплощается в жизнь, - совсем не одно и то же.

Логика альтернатив

В какой логике могут проходить изменения, планируемые Министерством образования и науки, объяснил Игорь Ремаренко - заместитель руководителя департамента государственной политики в области образования.

Первая альтернатива - ностальгический вариант. Основная идея - сделайте так, как было в советское время, то есть обеспечьте максимальную доступность образования. Вторая альтернатива - крайне рыночная. Согласно ей, чем меньше расходует государство на образование, тем лучше, потому что за все должны платить работодатели.

И тот и другой вариант имеет множество минусов. Если следовать логике ностальгической альтернативы, то можно, например, поднять зарплату учителям до 10 000 рублей в месяц, таким образом израсходовав за год весь стабфонд, а потом снизив зарплату до прежнего уровня. Можно также перестать сравнивать себя с другими и, как следствие, проиграть в конкурентной борьбе, скажем, транснациональным образовательным компаниям. Словом, следуя по этому пути, в итоге можно получить рост доступности образования при снижающемся качестве.

Основные риски крайне рыночной альтернативы - снижение доступности образования, усиление расслоения общества и территорий, а следовательно, неизбежность социальных взрывов.

Таким образом, появляется третий взвешенный вариант, минимизирующий риски. Предполагается, что государство будет поддерживать точки роста при сохранении социально ориентированных образовательных программ. Регулирование образовательной деятельности будет происходить при участии общества и работодателей.

Хорошо в теории

В теории найти компромисс не сложно. Но понятно, что за каждой альтернативой стоит группа интересов и что выбор альтернативы в регионе не должен зависеть от стихийно складывающихся люббистских сил. На выбор должно влиять общество. По мнению Александра Адамского (ректора института образовательной политики "Эврика"), подобные гражданские институты могут возникать при рекрутировании местной гражданской элиты образовательным сообществом, подготовке этих общественных управляющих и готовности власти делегировать им управление образовательными учреждениями.

Рынок всегда подстроится

Понятно, что вузы должны будут бороться за абитуриентов, за признание своих дипломов, то есть будут развиваться за счет конкуренции. Но Евгений Сабуров полагает, что развитие школ может тоже пойти по пути конкурентной борьбы. Один из инструментов - нормативно-подушевое финансирование, когда школы вынуждены соперничать за учеников, потому что от количества учеников будет зависеть финансирование школы. Конкуренция, полагает эксперт, приведет к тому, что на рынке школьного образования будет работать механизм слияний и поглощений. Более успешные школы, по словам Сабурова, будут брать шефство над менее удачными. Это может выглядеть так: лучший учитель выступает в качестве лектора, остальные учителя работают в качестве тьюторов и осваивают вместе со школьниками программу. Такая форма обучения позволит, по мнению Сабурова, перейти к игровым формам обучения и решит проблему сельских школ. Однако публика без особого энтузиазма встретила такую идею. Директор образовательных программ ЦИОПа Анатолий Каспаржак заметил, что не согласился бы присоединить к себе еще и школы. "Введение нормативно-подушевого финансирования приведет к сокращению финансирования инновационных школ в несколько раз", - возразил он против предложения Сабурова. А представитель из Хабаровского край заметил, что для Севера, где маленькая плотность населения и связь между несколькими населенными пунктами осуществляется только при помощи авиасообщения, модель слияния и поглощения кажется сомнительной. Как бы там ни было, г-н Сабуров заявил, что переход к нормативно-подушевому финансированию назрел и регионы должны будут отвечать за общее образование.

Подобных дискуссий было много и будет еще больше. Конференция выявила болевые точки: оценка качества образовательных программ, профориентация, нормативно-подушевое финансирование, ЕГЭ. Но пока эти проблемы осознаются как заказ сверху, мало что изменится.