Жаклин Реми. Счастье по-французски

Счастье по-французски
Жаклин Реми

Дата публикации: 16 Декабря 2003

С овременные французы считают, что они живут в обществе, свободном от религии, идеологии и лишенном каких бы то ни было корней. Что касается счастья, то они готовы довольствоваться весьма малым. На эту тему размышляют многие французские авторы.

Кажется, что в небе над Францией плывет простая и нежная мелодия. Это победная песнь тихого счастья, мудрой непритязательности, удовлетворенности самым необходимым. Французы не верят больше ни в небесный, ни в земной рай. Не верят они и в то, что завтра будет лучше, чем вчера. Страна празднует крах иллюзий, развенчание идеологий, кризис религий - в сущности, всего того, что объединяло нацию, формировало ее историю и звало к светлому будущему. Отрезвленные, лишенные прежних ориентиров, французы, если и продолжают кому-то доверять, то лишь самим себе и своим близким. Как за соломинку, цепляются они за то малое, что у них осталось, - домашний очаг.

Однако, впервые обретя полную свободу выбора, они преисполнены самых тягостных сомнений в правильности своих действий. И когда их собственные дети задают им извечный вопрос: "Как стать счастливым?" - взрослые французы не знают, что и ответить.

Некоторые, вероятно, с долей раздражения скажут, что вопрос поставлен в корне неверно, сославшись на Паскаля Брюкнера , некогда яростно опровергавшего столь распространенное заблуждение, что человек рожден для счастья.

Впрочем, мы, как правило, и не ищем для себя какого-то особенного, сказочного счастья. Почитайте Жана-Луи Сервана-Шрейбера, главного редактора "Психологического журнала" . В издательстве " Albin Michel " вышло его полное безмятежности эссе под названием " Ж ить довольным" . В нем говорится, что счастье зависит не от событий, которые происходят в нашей жизни, а от того, как мы их воспринимаем: "Чтобы быть довольным - надо просто все видеть в позитивном свете".

"Банальность", - скажете вы. Возможно. Однако Жан-Луи Серван-Шрейбер совершенно прав, утверждая, что мы склонны забывать о существовании тех милых сердцу мелочей, благодаря которым жизнь стоит того, чтобы ee прожить. Книги этого автора, как и многих других, свидетельствуют о том, что данная простенькая и прагматическая философия набирает силу. Соединяя в себе отголоски буддизма и американской когнитивной психологии, эта философия зовет к самопознанию и к самосовершенствованию. Человек одновременно является инструментом и творцом своего счастья: ему необходимо постоянно наблюдать за своими эмоциями, оттачивать свое зрение, искать и развивать свои скрытые возможности.

Ничего нового не добавляет к этому и только что вышедшая в издательстве " Odile Jacob " философская сказка Франсуа Лелорда "Путешествие Гектора, или поиски счастья" . Герой повествования, психиатр, покидает свой рабочий кабинет, чтобы окунуться в реальную жизнь. В ней он, разумеется, встречает немало людей, которые, как утверждает Лелорд, "несчастны без причины". Гектор совершает полное приключений кругосветное путешествие, но, где бы он ни был, он не перестает размышлять о том, почему люди недовольны своим существованием. В конце концов он начинает записывать рассказы своих многочисленных собеседников и составляет длинный перечень их определений счастья. Одно из этих определений резюмирует все остальные: "Счастье - это образ видения мира". "Счастье, - пишет Франсуа Лелорд, - может принимать самые различные формы, и было бы рискованно проповедовать стоицизм или гедонизм в чистом виде. Часто люди, никогда не задававшиеся вопросом, как им стать счастливыми, бывают счастливы сами по себе. Можно быть счастливым, сидя на куче мусора".

Итак, счастье - это врожденное или воспитанное в себе умение ловить на лету посылаемые нам судьбой сюрпризы и различать в потоке жизни крупицы красоты: мимолетную улыбку прохожего, таинственность хайку, взмах чьих-то ресниц или сияние солнечного луча над полем после грозы. Об этом же и надпись над дверью колбасной лавки: "Не проходите мимо простых вещей!" Об этом и слова певца Давида Бови на втором канале 12 сентября: "Нам, наверно, надо научиться жить просто, день за днем. Если, конечно, мы на это способны".

Филипп Делерм, со своей стороны, опять приглашает нас в путешествие по стране "миниатюрных радостей", на этот раз в компании своей жены Мартины. Она фотографировала, он писал текст. В очаровательной небольшой книжице - "Мгновение - Париж" (издательство " Fayard " ) - они продолжают втолковывать читателям, что во время обычной прогулки по улицам столицы у каждого из них найдется тысяча поводов для умиления. "Мы поднимаемся по лестнице, - начинает Филипп Делерм, - и замечаем квадратик синего неба над выходом из метро, набухшую водой тряпку в водосточном желобе, черепичную крышу бара, стулья в саду Тюильри, детей, ладошками черпающих лучики солнца в фонтане. Но главное - это какая-то особая радость, вернее, легчайшее чувство удовлетворения, удивительное ощущение того, что все хорошо".

Одни говорят, что счастье рядом, стоит спустить ноги с постели, выглянуть из окна, вернуться к истокам, к первичным ценностям.

Другие считают, что этого мало и требуется поработать над собой. Нужно научиться возделывать себя, как огородную грядку, - упражнять свое тело, эмоции, органы чувств, способности. Все в себе следует контролировать - не для того, чтобы подавлять и взнуздывать, а с тем, чтобы правильнее направлять свои шаги в этом мире, который, по мере того, как мы пытаемся с ним примириться, также теряет по отношению к нам свою враждебность. Итак, то, что мы не можем изменить, необходимо спокойно принять. И, главное, избегайте крайностей, абсолютных истин и страстей.

Таковы правила ментальной гигиены, импортированные из США вместе с учебниками по саморазвитию, дающими множество наставлений о том, как "жить в мире с самим собой и с другими". Новый труд, пополнивший эту коллекцию, - книга Оливии Бенаму под названием "На счастье философам, практические и мудрые советы" , вышедшая в издательстве "Aubanel" . Как обрести удовлетворение жизнью? - Очень просто. Через смирение. Хватит с нас всяких там желаний! Желания нас загнали. Путь к счастью лежит не через революцию с громом и натиском. В наше время в воздухе носится идея самоограничения. Пьер Сансо, например, заявляет в своей новой книге: "Я отказался от мысли Вас соблазнить". Герой другого современного автора, Кристофа Оно-ди-Био, в его последнем романе "Отказ всем женщинам и самкам" (издательство "Plon") решительно отправляется на греческую гору Атос, где, как ему представляется, находится символический "концентрационный лагерь для заключения в нем страстей человеческих".

Нынешняя культура устремлена на поиски умиротворения и благополучия. Она, словно губка, впитала в себя дух буддизма, прониклась его прописными истинами. "Просто-напросто живите в дзен", - наставляют клиентов в чайной, где подают только зеленый чай. В ходу новые лозунги: ищите себя, изучайте себя, принимайте себя такими, какие вы есть. Доминирующий принцип поведения - открытая терпимость. Убеждения и взгляды доступны к обновлению, словно одежда в магазине, их можно выбирать, примерять, изготавливать на заказ. "Каждый живет ту жизнь, которую он себе выбрал", - написано на стене кафе при кассе взаимопомощи. "Как перестроить свою жизнь по принципам дзен?" называется новая книга Берни Глассмана (издательство "Albin Michel" ). Раймон Паниккар в "Похвале простоте" ( "Albin Michel" ) пишет: "У каждого свой собственный путь к достижению человеческого совершенства". И когда в телевизионном интервью на Canal + Паскаль Кларк просит Инессу де ля Фрессанж выбрать между Жан-Полем Вторым и далай-ламой, та без колебания отдает предпочтение последнему, восхищаясь простотой его слов: "Научимся видеть мир вокруг себя". Она смеется. Сейчас все смеются. Кто сегодня будет утверждать, что жизнь серьезна?

Впрочем, не являются ли сии дифирамбы умудренной простоте и непритязательности свидетельством скрытого внутреннего смятения, царящего в душах большинства французов? Об этом прозорливо пишет генеральный директор Credoc, Роберт Рошфор, в недавно вышедшей в издательстве "Odile Jacob" книге "Растерянная Франция" . По его мнению, этот всплеск массового беспокойства порожден утратой ориентиров, грузом одиночества (28% французов живут одни), страхом перед другими. "Можно сказать, что за последние пятнадцать лет Франция становится все более и более встревоженной, но ее страхи чаще всего не имеют под собой объективных причин. Так, логическим путем трудно объяснить, почему женщины больше мужчин опасаются тяжелых заболеваний, почему пожилые люди чаще, чем молодые, страшатся попасть в автодорожные аварии или почему люди без образования больше верят в вероятность ядерной катастрофы, чем дипломированные специалисты". С одной стороны, французы хотят видеть себя свободными от общества, с другой - они требуют от общества защищенности, гарантий своей безопасности, боятся малейшего риска. "Мы впадаем в одержимое состояние, - пишет Рошфор, - мы находимся на грани того, что вообще перестанем чего бы то ни было желать".

У французов кружится голова. Эмоции берут верх над разумом. Нация помешалась на индивидуализме. По выражению социолога Франсуа де Сингли, каждый француз - сам себе синдикалист, священник и депутат. Жители в массовом порядке отзывают своих представителей. Они хотят быть независимыми, они "портятся" от коллективности. Что у них остается? Чем они дорожат? - Компанией нескольких друзей, добрыми отношениями с соседями. В отличие от Канта, полагавшего, что счастье - удел немногих и достойных, постмодернистская идеология утверждает: "Я имею право быть счастливым, потому что я этого хочу и заслуживаю". Собственно, это даже долг каждого - не упустить своего счастья. Министр образования, Люк Ферри, посвящает свою последнюю книгу вопросу: "Что такое удачная жизнь?"

В монументальном опусе о депрессии, бестселлере 2001 года в США, писатель Эндрю Соломон восклицает: "Я люблю свою депрессию!" ("Внутренний дьявол" , издательство "Albin Michel" ). В стране, где власть перекладывает ответственность за психическое состояние нации на врачей и психоаналитиков и где каждый убежден в своей неспособности самостоятельно справиться со своими проблемами, - массовая идеализация "скромного тихого счастья" является нe чем иным, как серьезным симптомом коллективной депрессии. Неужели всерьез можно рассчитывать на спокойную и счастливую жизнь в обществе, не сумевшем сформировать ни коллективной этики, ни общих перспектив и надежд на будущее?

"L'Express" , 7 октября 2003 г.

Перевод Марины Эдельман