Бактериофаги — новая надежда

Хотя сравнительно недавно бактериофаги утратили популярность в медицине, уступив в конкурентной борьбе антибиотикам, которые оказались дешевле и проще в использовании, теперь ученые полагают, что именно бактериофаги могут сыграть ключевую роль в борьбе с бактериями, устойчивыми к антибиотикам.

Открытые в 1917 году французско-канадским биологом Феликсом д'Эреллем бактериофаги представляют собой крошечные вирусы, проникающие в бактерий и убивающие их. К 2012 году бактериофаги выращивались для медицинского применения только в России, Грузии и Польше. Однако теперь бактериофаги стали новой надеждой в борьбе с «супермикробами» — бактериями, получившими резистентность к основным антибиотикам. Поэтому в последнее десятилетие исследования бактериофагов возобновилось в Европе и США.

По данным Всемирной организации здравоохранения, устойчивость к противомикробным препаратам представляет собой растущую опасность для глобального здоровья, ставя под угрозу десятилетия прогресса медицины и превращая обычные инфекции в смертельные. В отчете ООН, опубликованном в прошлом году, предполагается, что ежегодная смертность от лекарственно-устойчивых заболеваний может через 30 лет вырасти с нынешних 700 000 до 10 миллионов, если не будут приняты меры. Особенно уязвимыми оказываются развивающиеся страны. Согласно прогнозу 2014 года, на страны Азии и Африки к 2050 году будет приходиться более 90 % смертей, вызванных бактериями, устойчивыми к антибиотиками.

В 2014 году биомедицинский инженер Тоби Найджел (Tobi Nagel) из Калифорнии основала проект Phages for Global Health (PGH), чтобы помочь развивающимся странам бороться с «супермикробами». «У нас есть 30 лет до наихудшего периода этого кризиса. На основе бактериофагов можно было сделать лекарства менее чем за 10 лет. Я всё больше разочаровывалась из-за того, что лекарства, над которыми я работала в США и разработка которых обычно обходилась в один миллиард долларов, становились недоступны для большинства людей, живущих в развивающихся странах, — говорит она. — Бактериофаги дешевле и быстрее в разработке, чем обычные лекарства, они могут быть использованы для минимизации устойчивости бактерий в будущем и не имеют побочных эффектов. Их можно производить на относительно простом оборудовании, доступном для ученых из развивающихся стран, которым больше всего угрожает распространение лекарственно-устойчивых заболеваний».

У бактериофагов есть свои слабые места. Они действуют медленнее антибиотиков, менее устойчивы, по сравнению с химическими препаратами, и имеют узкий спектр действия: один бактериофаг поражает только один вид бактерий. Фаготерапия, как правило, применяется индивидуально, что затрудняет сравнение методов, и вполне вероятно, что бактериофаги более эффективны против определенных бактерий, в то время как антибиотики лучше работают против других. Поэтому современные исследователи считают оптимальным сочетание двух методов лечения. Необходимы также дополнительные исследования, чтобы узнать, оказывает ли использование фагов какое-либо негативное влияние на организм человека, но до сих пор сообщалось о нескольких побочных эффектах.

«У развивающихся стран есть особые потребности. Даже у обычных бактериальных инфекций будут свои штаммы, связанные с конкретными странами, — говорит профессор микробиологии Марта Клоки (Martha Clokie) из Университета Лестера, работающая в PGH. — Например, сальмонелла встречается во всем мире, но в каждой африканской стране, вероятно, свои штаммы этих бактерий и, следовательно, потребуются специфичные бактериофаги».

За последние три года в Африке было организовано четыре двухнедельных семинара, где работали около сотни ученых, которые передали свои знания более чем тысяче студентов. Пятый семинар, который хотели провести в Малайзии, был перенесен на следующий год из-за пандемии. В новых условиях работа PGH была переведена в онлайн-режим. Часть учебных материалов скоро будет доступна на сайте phage.directory благодаря гранту от Mozilla Foundation.

Но разработка фаговой терапии сталкивается с большими препятствиями. Отсутствие клинических испытаний, соответствующих международным стандартам, означает, что в большинстве западных стан доступ к фагам либо отсутствует, либо возможен только в исключительных случаях. Во многих странах отсутствует соответствующая нормативно-правовая база. Пока ВОЗ официально не включила фаготерапию в план действий по борьбе с устойчивостью к антибиотикам, но Тоби Найджел и ее коллеги надеются, что это может измениться, если результаты новых клинических испытаний окажутся положительными.