Майкл Биньон был здесь

Майкл приехал чуть позже планируемого - «застрял у Кремля». Пробки.
- Водку будете? - сразу спросил его Дмитрий Ицкович.
- Буду, - согласился он.
Принесли хреновуху — оказалось, за 44 года регулярных поездок в СССР и Россию Майкл ее не пробовал.
- Какое удобное место! - сказал он, с рюмкой в руках оглядывая большой зал «ПИРогов на Сретенке», где есть место и для лекционного зала, и для бара.
После долгих уговоров переводчица тоже продегустировала напиток.

Майкл сказал, что ему нечего так уж особенно рассказывать на лекции, но поскромничал — его рассказ оказался грамотно построенным и очень информативным.

Он начал с того, что рассказал, как началась его работа с СССР в качестве международного журналиста газеты The Times.
Когда он впервые на четыре года приехал в СССР — в Минск, ему было 22 года, и он больше времени уделял не своей основной работе преподавателя английского, а актерской работе: тогда в студенческом театре ставили «Как важно быть серьезным», и он играл там главную роль. Спустя год он начал писать для The Times. Кстати, после лекции выяснилось, что у Майкла не было журналистского образования, хотя он успешно окончил Кембридж.

Молодому британцу открылся целый новый мир.
- За нами следили и нас постоянно контролировали, но писать мы могли что угодно, - рассказывал он.
Тогда статьи об актуальной жизни СССР были невероятно интересны британскому читателю, «как репортажи с Луны». Про политику, правда, писать было нечего. Главным вопросом из британской редакции был вопрос про Брежнева.
- Жив Брежнев или уже умер? - спрашивали его.
- А как вы поймете разницу? - шутил тогда Биньон.
Так что в отсутствие новостей о политике Майкл писал о повседневной жизни советских граждан: о балете и птичьем рынке. Тогда там можно было купить что угодно, кроме собак. Поэтому их предлагали тайно («Собачка, собачка»!), вынимая из-за пазухи.

Майкл стремился передать «всю картину культуры и повседневной жизни всей страны», а для этого важно было любить людей, которые жили в СССР. Он несколько раз за лекцию повторил о важности сочувствия и понимания в работе журналиста. Хотя хорошо писать и уметь проверять информацию, конечно, тоже важно.

У Майкла появились свои маленькие хитрости, как отличить реальную новость от пропаганды: если в сообщении «ТАСС» было несколько страниц, его можно было смело выкидывать, а если оно было коротким, значит, это была настоящая правдивая новость.

Майкл рассказал, как он связывался с редакцией. Тогда можно было позвонить только через телефонистку и только днем. Какой контраст с нынешней ситуацией! Сейчас можно узнать актуальную информацию даже из закрытых стран, благодаря Твиттеру, Фейсбуку и другим сайтам.

Затем он перешел к нынешней ситуации в газете The Times. Оказалось, дела плохи: теперь приходится работать 24 часа в сутки из-за большой конкуренции с интернет-изданиями. Это больше похоже на новостное агентство. Газета «желтеет», все хотят читать сплетни и новости о знаменитостях. К тому же серьезные аналитические материалы, которые теперь мало кому интересны, надо писать долго. Иначе качества не добиться. Так что газета потеряла 80-90% своих читателей. Одна надежда на Ipad. По его мнению, бумажная версия газеты сможет просуществовать еще максимум 5-10 лет.

Зато Майкл не чувствует цензуры, максимум, что может быть, это влияние мнения владельца газеты, Руперта Мердока. Издатель, к примеру, с подозрением относится к Евросоюзу, а еще у него есть влиятельные друзья, связанные с Израилем, так что надо осторожно писать о ситуации на Ближнем Востоке. Приходится также прислушиваться к мнению читателей: например, они ненавидели Буша, поэтому про него приходилось мало писать. Вообще же в Великобритании ситуация такая: каждая газета выражает определенные политические взгляды, а если прочитать их все, то получится полная картина.

Что касается позиции газеты по отношению к ситуации в нынешней России, то всех волнует один неразрешимый вопрос «Is it Putin or is it Medvedev?», совсем как во времена Брежнева. Но ответа никто не знает. А еще в газете пишут о социальных проблемах России и, конечно, о коррупции.
- Чем больше демократии в России, тем менее она нам интересна, - обобщил Биньон.

Заговорили о роли медиа в электоральной революции. По мнению Майкла, во время выборов всем хочется общаться с прессой, и именно в это время кандидаты чаще говорят правду. В Великобритании предвыборная гонка идет на ТВ, там проходят все дебаты.

Майкла спросили, почему о России не пишут ничего хорошего. Биньон рассказал, что они пишут новости, а главное требование к ним — чтобы они были новыми, а не льстили гражданам этой страны. Также это означает, что в России все относительно благополучно — хорошее пишут только о кризисных странах, когда там бывает зыбкое затишье.
- Мы почти ничего не пишем о Норвегии, Дании, Швеции, Финляндии, потому что там все хорошо, за исключением пьянства.

Следующий зритель, общественный деятель времен перестройки и брат Анатолия Чубайса, Игорь Борисович, задал вопрос о том, были ли у Майкла конфликты с КГБ или ФСБ, и как это Майкл говорит о любви к российскому народу, когда у нас такое правительство. Майкл ответил, что не было проблем, а народ можно прекрасно любить отдельно от правительства.

Было много и других вопросов — например, Биньона спрашивали, почему замалчивается коррупция. Он рассказал, что в газете об этом пишут, а вообще мы не одни такие. В Индии коррупция хуже в пять раз.

Обсудили ситуацию в Грузию. О конфликте в августе 2008 года Майкл сказал, что Саакашвили сам был виноват: дразнил большого соседа своими американскими советниками. Но хорошо, что конфликт закончился быстро, всего за пять дней.

Он рассказал о любопытной ситуации, которая сложилась сейчас: против Путина настроено всего 6-7% интеллигентов, которые живут внутри Садового кольца. Именно с ними и разговаривают международные корреспонденты. А потом удивляются, почему рейтинг у Владимира Владимировича 70%. В общем, люди в нашей стране разные, и их позиция объяснима и логична.

После лекции до поезда в Санкт-Петербург оставалось еще часа три. Так что Майкл с удовольствием присоединился к столу, где вместе с представителями британского посольства, а также с Борисом Долгиным и Дмитрием Ицковичем пил пиво (Борис уточнил, что лично он пил апельсиновый сок), а также обсуждал перспективы развития сотрудничества с Полит.ру. Кажется, будет что-то интересное.